Ни слова о любви - Вера Фальски

Сабина и вспомнить не могла, когда в последний раз ходила на свидание: за последние пятнадцать лет уж точно ни разу не ходила. Тем не менее она ничуть не нервничала. Перспектива встречи с Ежи была приятна, но учащенного сердцебиения не вызывала. Что ж, возможно, в ее возрасте уже все переживается не так эмоционально — даже первое свидание. Вечер в мужском обществе, возможно, немного скрасит будничную жизнь, которая вновь начинала угнетать ее… Но чтоб это стало началом чего-то серьезного? Нет, на это Сабина не надеялась. Напротив: сама мысль о новых отношениях порождала у нее инстинктивное желание сбежать.

От Каси, которая упорно твердила, что та встреча в ресторанчике была абсолютной случайностью, Сабина уже знала о Ежи немало. Несколько лет тому он отважился на риск и основал местную сеть стоматологических клиник — и это стало попаданием в десятку. Дела его процветали, и, казалось, в жизни Ежи недостает лишь одного — женщины. Уже много лет он был вдовцом, его жена еще молодой заболела и умерла, и после этого он так ни с кем и не завязал серьезных отношений. Это был человек широкого кругозора и открытого сердца: он любил путешествовать, увлекался современным искусством и поддерживал молодые таланты, а кроме этого помогал нуждающимся. Слушая все это, писательница просто не могла поверить, что тогдашняя встреча в «Афродите» не была подстроена. Касины восторги по поводу достоинств предприимчивого стоматолога были так горячи, что Сабина смекнула: пахнет сватовством.

Сабину это не слишком удручало — она оставалась устойчивой к воздействиям подобного рода. Принятие приглашения на ужин было с ее стороны спонтанной, чтобы не сказать физиологической реакцией на приятный разговор с мужчиной, а вовсе не декларацией чего бы то ни было. Она всего лишь хотела приятно провести время и рассчитывала на аналогичный подход и с другой стороны. Впрочем, в этом отношении она чувствовала себя в безопасности: все указывало на то, что Ежи — приличный и уравновешенный мужчина, из тех, которые не позволяют себе нелепого поведения.

И план их свидания стал очередным подтверждением этого. Встретиться Ежи предложил в Гданьске. Сабине предстояло приехать туда сразу после обеда — чтобы он успел показать ей несколько интересных местечек в городе. Вечером — спектакль в театре «Побережье», а затем быстрый вояж в Сопот: именно там, по словам Ежи, находится лучший рыбный ресторанчик на всем Поморье (Ежи рекомендовал заказать балтийского лосося в тесте под мандариновым соусом, хотя уверял, что и морские гребешки в исполнении тамошнего шеф-повара тоже чрезвычайно вкусны). Очень вежливо, без тени какого-либо намека, он сообщил Сабине, что после ужина ее будет ждать номер в отеле в самом сердце Гданьска, на берегу Мотлавы, — не отпустит же он ее так поздно в Миколово одну, об этом не может быть и речи! Итак, вечер обещал быть весьма культурным, даже не без светского лоска.

Когда наступила пора собираться, Сабина пришла к выводу, что вся эта ситуация ее даже забавляет. Она всерьез задумалась, как одеться. Перемена в стиле жизни вовсе не выкорчевала из нее желания ухаживать за собой и не превратила в отшельницу, принимающую душ раз в неделю и забывающую о депиляции. Она по-прежнему любила хорошо выглядеть, а выход в свет в компании Ежи был удачным случаем попрактиковаться в этом искусстве. С другой стороны, ей не хотелось слишком уж выряжаться, чтобы не создавалось впечатление, что она старается изо всех сил. Словом, пришлось немного порыться в ящиках и кульках с одеждой, прежде чем удалось подыскать что-то подходящее. Она выбрала ненавязчиво облегающий свитерок любимого бежевого цвета: праздничный вид ему придавали вплетенная в трикотаж золотая нитка и довольно глубокий вырез. К свитерку — прямые черные брюки и ботильоны на высокой шпильке. Дополнением к образу послужил естественный макияж, ненавязчиво, но мастерски подчеркивающий блеск глаз Сабины и форму ее скул. Волосы она собрала в небрежный пучок, на шею повесила тоненькую, точно нитка, золотую цепочку с блестящим камнем-кулоном и окинула свое отражение в зеркале быстрым, но внимательным взглядом, удостоверившись, что вид у нее именно такой, как надо.

Уже добравшись к условленному месту, она с облегчением для себя обнаружила, что Ежи подошел к вопросу одежды так же, как и она: выбрал необязывающую элегантность со спортивным акцентом. Она немного побаивалась, как бы он не явился в официальном костюме. Все вещи, в которые он был одет, оказались самого высокого качества. Наблюдательный глаз Сабины подметил его инициалы на манжетах рубашки, что могло свидетельствовать о том, что она была сшита по индивидуальному заказу. Да, писательница не могла не признать: выглядел ее спутник превосходно. Прямая осанка, упругая походка, никакого тебе выпирающего живота. Борода придавала Ежи своеобразности и оригинальности. Держался он свободно, благодаря чему и Сабина вовсе не чувствовала себя неловко, несмотря на то, что они практически не знали друг друга. «Вечер обещает быть и впрямь приятным», — подумала она.

Так оно, по сути, и вышло: придраться ей было не к чему. Она с удовольствием посмотрела спектакль, наблюдая за игрой талантливых актеров из Труймяста, которые, в отличие от своих столичных коллег, не были задействованы во всех возможных сериалах и их лица зрителю не примелькались. Еда в ресторане, который выбрал Ежи, действительно оказалась утонченной и невероятно вкусной. Сам же Ежи производил впечатление мужчины более вдумчивого и чувствительного, чем усредненный польский типаж, кроме того, Сабина ему явно нравилась. Довольно скоро, но тактично он направил разговор на более личные темы.

— Чтобы переехать сюда, нужна большая храбрость. Таких решений не принимают с бухты-барахты, — закинул он удочку, расправляясь с крупным морским гребешком.

— Это правда, я нуждалась в переменах. Но ты даже не представляешь себе, какую огромную роль в моем решении сыграло иррациональное начало.

Ежи улыбнулся — казалось, он хорошо ее понимает.

— И как ты здесь? Освоилась? По Варшаве не скучаешь?

— По Варшаве? Да ты шутишь! Только здесь я заново учусь дышать полной грудью.

— Я знаю, о чем ты. Когда мне приходится улаживать какие-то дела в Варшаве, стоит мне побыть там два дня — и проявляются симптомы невроза. Глупости говорят, что, мол, только там можно вести настоящий бизнес. Бизнес можно с успехом делать где угодно, при этом вовсе не обязательно включаться в эти безумные гонки — никому они на самом-то деле не нужны. Я никогда не пойму людей, которые забывают, что жизнь — она для того, чтобы жить…

Он обвел взглядом интерьер ресторана, освещенный теплым рассеянным светом: зал был полон расслабленных людей, погруженных в разговоры, и эти разговоры наверняка были не о рабочих проектах, не о денежных переводах и не о выгодных заказах.

— Здесь время течет по-другому. Здесь лучше… А как ты справляешься с одиночеством? — внезапно спросил он, вот так просто, глядя ей в глаза.

Сабина медлила с ответом.

— Кажется, пока я его не ощущаю. Скорее я заново открываю жизнь. Слишком долго я пробыла в браке, который давно себя изжил.

Ежи продолжал смотреть на нее в надежде, что она скажет что-то еще, но не дождался.