Любовь все прощает - Виктория Шарп

— То есть попросту говоря, ты хотел избежать нашей близости?

— Да. — Он смущенно переступил с ноги на ногу. — Попросту говоря, я струсил. Малодушно, позорно струсил.

С минуту Розалин молчала, обдумывая его слова.

— Но почему? — требовательно спросила она. — Почему ты боишься, что мы станем любовниками? Ведь ты же, кажется, хочешь меня? Или у тебя есть другая и ты боишься ей изменить?

— Нет, — торопливо возразил Джейсон, — у меня никого нет, кроме тебя. Честно говоря, я уже несколько месяцев один. Со своей предыдущей подружкой я расстался полгода назад.

— Ты все еще грустишь о ней?

В глазах Джейсона отразился такой неподдельный ужас, что Розалин чуть не расхохоталась.

— Нет, дорогая, нисколько не грущу. Да я уже и думать о ней забыл.

— Тогда в чем же дело? Не хочешь же ты сказать, что не можешь вступить в интимные отношения с женщиной, если не влюблен в нее до безумия?

Джейсон покачал головой.

— Нет, Розалин. В этом случае я должен был до сих пор оставаться девственником. Потому что я еще никогда и никого по-настоящему не любил.

— Ну тогда я тебя совсем не понимаю.

Розалин немного помолчала и встревожено спросила:

— Я чем-то отталкиваю тебя? Может быть, я веду себя слишком напористо, тороплю события? Наверное, да, хотя такое поведение обычно мне не свойственно. Но у тебя, конечно, сложилось совсем иное впечатление. — Она вздохнула. — Я не удивлюсь, если ты считаешь меня сумасбродкой, которая всегда бросается в любовь, словно в омут. Возможно, ты даже считаешь меня нимфоманкой или искательницей приключений.

Джейсон успокаивающе поцеловал ее в лоб, а затем легонько приподнял ее подбородок.

— Никогда не думал о тебе подобных гадостей, — твердо сказал он. — И, пожалуйста, Розалин запомни раз и навсегда: в тебе нет ничего такого, что могло бы меня оттолкнуть. И вообще, если говорить откровенно, проблема кроется совсем не в тебе, а во мне.

Янтарные глаза Розалин наполнились сочувствием.

— Что за проблема, Джейсон? Ты не хочешь мне объяснить?

— Хочу, — сказал он. — Но сейчас не могу. Потому что…

Потому что боюсь окончательно испортить эту чудесную ночь. И потерять тебя навсегда.

— Просто я сейчас не готов к откровенному разговору, — с виноватой улыбкой сказал он.

— Хорошо, — согласилась Розалин. — Не рассказывай, если не хочешь.

Она посмотрела на луну и нерешительно спросила:

— Так что же… мы будем сейчас делать?

Джейсон осторожно коснулся губами ее век. Когда их взгляды снова встретились, Розалин увидела в глазах Джейсона трепетную нежность и желание.

— Простила ли ты меня настолько, чтобы пойти ко мне домой и снова заняться со мной любовью? — с волнением спросил он. — Пожалуйста, дорогая. Я обещаю, что на этот раз не буду вести себя, как тупоголовый осел, и не испорчу все. О, Розалин! Я так сильно хочу тебя, что просто теряю разум!

Сердце Розалин учащенно забилось, во рту стало сухо. Страстная мольба Джейсона в сочетании с каким-то непонятным отчаянием тронула ее до глубины души. Одно только немного смущало ее: Джейсон так и сказал, что любит ее, хотя весь его вид просто кричал об этом. Но, может, причина в том, что он еще не до конца уверен в своих чувствах? Что ж, она постарается быть терпеливой. Она обещала дать ему время и не требовать больше того, что он может ей дать. И она сдержит свое слово, хотя это будет нелегко.

Положив руки на плечи Джейсона, Розалин с обожанием посмотрела ему в глаза и томно прошептала:

— Да, любимый.

Он тотчас прижал ее к себе и осыпал ее лицо благодарными поцелуями: Его руки порывисто обежали изгибы ее стройного тела. Потом он приник к ее губам и очень нежно, почти благоговейно поцеловал их.

— Пойдем домой, дорогая, — прошептал он, обжигая ее щеку своим раскаленным дыханием.

Весело посмеиваясь в предвкушении любовных утех, они побежали к коттеджу Джейсона. Перед тем как войти, Джейсон задержался на крыльце и кивком головы указал на луну.

— Посмотри, какая она сегодня необычная, Розалин. Не белая и не светло-желтая, а оранжевая, словно огромный апельсин. Да и еще висит так низко, будто собирается заглянуть в наши окна и подсмотреть, чем мы занимаемся.

— Должно быть, именно это она и хочет сделать, — с улыбкой согласилась Розалин, в очередной раз удивившись, что у Джейсона хорошо развито поэтическое мышление. — Ну и как, мы позволим ей эту небольшую шалость?

— Не знаю. Тебе решать. Ведь это именно ты, моя маленькая колдунья, приказала луне спуститься так низко. И я даже знаю зачем.

— И… зачем?

— Чтобы я не сбился с дороги, когда пошел тебя искать, — объяснил Джейсон с крайне серьезным видом.

Розалин заразительно рассмеялась, запрокинув голову и внимательно рассматривая луну.

— Ну что ж, я признаюсь тебе. Да, это я попросила луну осветить тебе путь. И, как видишь, она успешно справилась со своей задачей.

Джейсон притянул Розалин к себе и шутливо взъерошил ее волосы.

— А твои прекрасные локоны случайно сотканы не из лунного полотна? — игриво спросил он. И, не дожидаясь ответа, подхватил Розалин на руки и перенес ее через порог дома.

Как жену, подумал он и с изумлением понял, что эта мысль не вызывает у него неприятия.

В этот раз Джейсон принес Розалин прямо в спальню. Пока он ходил на кухню за минеральной водой, на него снова нахлынули сомнения. Он отдавал себе отчет в том, что поступает дурно, собираясь заняться с Розалин любовью, так и не открывшись ей. Но теперь сделать это было тем более невозможно. Натянутые до предела нервы Розалин просто не выдержат его полубезумной исповеди. Да и он не переживет, если она сейчас уйдет от него. Только не сейчас! Пусть лучше потом, когда эта волшебная ночь останется позади.

Встряхнув головой, Джейсон решительно отбросил мрачные мысли и пошел к Розалин. Навстречу своей любви и… неотвратимой судьбе.

В этот раз они не тратили времени на поцелуи и нежные объятия. Просто быстро разделись и легли в постель. Оба так долго ждали этого момента, что им не терпелось поскорее соединиться, слить воедино души и тела. Желание Джейсона было огромным, но и страсть Розалин ничуть ему не уступала. И, как только ее грудь оказалась прижатой к теплой и сильной груди Джейсона, она перестала замечать что-то вокруг.

Розалин даже не поняла, когда Джейсон вошел в нее; казалось, это случилось само собой, без каких-либо усилий с его или ее стороны. Она лишь почувствовала, что ее наслаждение стало еще острее. Ее пальцы судорожно впились в спину Джейсона, все поплыло перед глазами, а затем Розалин почувствовала, что начинает растворяться в опьяняющих ласках Джейсона и в его захватывающих поцелуях.