После вечеринки - Джеки Браун

Элла застыла, не донеся пригоршню попкорна до рта. Ответила она мягко, в глазах читались понимание и сочувствие. Но во взгляде Эллиота не было ничего, кроме растерянности.

— Элла. Я по поводу ирландских поминок…

— Боже мой! Я что, умираю?

Лицо дяди сморщилось. Элла поспешно бросила попкорн обратно в ведерко и взяла Эллиота за руку:

— Нет-нет, с вами все в порядке, Эллиот. Все хорошо.

Это, конечно, была неправда, но Чейз был от всей души благодарен Элле. Состояние дяди ухудшалось с каждым днем. Элла права: без врача не обойтись. Даже если у Эллиота действительно болезнь Альцгеймера, и он сам, и Оуэн с Чейзом должны наверняка знать диагноз, чтобы понимать, с чем имеют дело. И тогда, возможно, Эллиоту удастся помочь. Во всяком случае, ситуация прояснится.

— Тогда зачем поминки, да еще ирландские? — недоумевал Эллиот.

— Это просто шуточное название. Вы сами придумали. А на самом деле будет просто большой праздник.

— Праздник? Люблю праздники. В свое время устраивал замечательные вечеринки. Правда, Чейз?

— Да, — с трудом выговорил тот. В горле стоял ком.

— И что же мы празднуем? — уточнил Эллиот.

Элла как ни в чем не бывало ответила:

— Вашу долгую и плодотворную карьеру в качестве главы «Игрушек Трамбалл».

— Так, значит, я почетный гость?

Эллиот сразу просиял, у Чейза же упало сердце.

— Да, разумеется, — подтвердила Элла.

Она продолжала держать Эллиота за руку. Конечно, она жалела его, но старалась не показывать своих чувств. Улыбка Эллы была ободряющей — даже Чейзу при взгляде на нее стало легче. Сердце его сжалось. Только тут Чейз понял, какая опасность ему грозит. Он уже безнадежно подпал под обаяние Эллы. Да и какой бы мужчина на его месте устоял? Красивая, сексуальная девушка, энергичная и жизнерадостная. Однако сейчас Чейза притягивало к ней нечто более глубокое и серьезное, чем сногсшибательная внешность или обаятельная веселость.

— Чейз, что с тобой? — спросил дядя. — Ты какой-то бледный. Как себя чувствуешь?

Теперь на него уставились и Эллиот, и Элла.

— Все нормально.

Да уж, нормальнее не придумаешь. Чейз совсем растерялся. Вдруг Эллиот повернулся к нему и спросил:

— Кстати, а ты что тут делаешь?

Этот вопрос мгновенно заставил Чейза забыть о нежных чувствах и девушке, которая их вызывала.

— Ты собирался отправить за Эллой машину, а потом я предложил ее подвезти.

«Пожалуйста, вспомни, как мы об этом говорили», — мысленно взмолился Чейз. Эллиот будто услышал его призыв, но утешение было слабое. Чейз понимал, что такими темпами Эллиот скоро вовсе перестанет узнавать родных.

— А как же иначе? Знаешь, я не удивлен. Прекрасно тебя понимаю, — хитро прищурившись, прибавил Эллиот. — Восхитительная девушка. Будь я хоть лет на двадцать моложе, еще неизвестно, кому бы она досталась, мой мальчик.

Буквально минуту назад Эллиот не понимал, что творится вокруг, и вдруг начал улавливать все, включая скрытые чувства.

— Рановато вы списали себя со счетов, — улыбнулась Элла. — У зрелых мужчин тоже много плюсов.

— Ну, Чейз, держи ухо востро, а то упорхнет, только ты ее и видел.

На самом деле упорхнуть собирается не она, а Чейз, подумала Элла. Может, не прямо сейчас, однако его отъезд — вопрос решенный. Конечно, Чейз любит Эллиота, но один раз он уже покинул родной Нью-Йорк. Не хотел вставать между дядей и Оуэном. Однажды ночью, когда они лежали в постели, утомленные после занятий любовью, Чейз признался, что чувствует: одного его присутствия достаточно, чтобы в отношениях между отцом и сыном возникла напряженность. Но Элла была уверена: расстояния здесь ни при чем. Просто по непонятной причине в племяннике Эллиот видел одни достоинства, а в сыне — недостатки. Но свое мнение Элла решила держать при себе.

— Пойдемте ко мне в кабинет. Очень интересно узнать, как продвигаются дела.

Мультфильмы были забыты. С кресла энергично поднялся прежний Эллиот.

Кабинет оказался в два раза больше, чем офис Эллиота на Манхэттене, и размер был не единственным отличием. Если первый отличался свободным пространством, то второй был завален от пола до потолка. К тому же в этой комнате не было ни единой игрушки. Ни автодрома, ни автомата с конфетами, ни аппарата для приготовления мороженого. Если верить прочитанным Эллой статьям, именно здесь Эллиот работал всерьез.

— Да, завалов многовато, — пробормотал Чейз. — Не представляю, как он тут ориентируется. Давно уговариваю навести порядок, но толку никакого.

Элла обвела взглядом горы бумаг, чертежей и макетов разных степеней готовности.

— Что для одного беспорядок, то для другого необходимые условия работы, — парировала она.

— Может быть, — произнес Чейз.

Элла проложила себе путь к кожаному дивану, сдвинула в сторону кипу бумаг и присела. Она была намерена сразу перейти к делу.

— Сначала обсудим меню. В приглашениях сказано, что ужин начинается в шесть, но мы решили, что подавать угощение к столу не будем. Но если организовать шведский стол, при таком количестве народа начнется полное столпотворение. Даже если устроить несколько шведских столов, — последний вариант продвигал Чейз. Вот что я предлагаю: можно разместить по всей территории разные шведские столы. Блюда народов мира — в одной стороне мексиканская кухня, рядом — китайская и так далее.

— И сколько всего? — уточнил Чейз.

— Семь, — ответила Элла, заглянув в записи, и на одном дыхании перечислила остальные пять национальных кухонь. — Если хотите что-то исключить или добавить — не проблема.

— Прекрасная идея. Мне нравится, — ответил Эллиот.

Элла повернулась к Чейзу. Тот с задумчивым видом глядел на нее.

— Мне тоже.

Она едва подавила вздох облегчения.

— Отлично! С десертом можно поступить так же. На одном столе пирожные, на другом — мороженое, на третьем — пирог.

— А блинчики будут? — с надеждой спросил Эллиот.

— Это же ваш праздник. Что хотите, то и будет, — с улыбкой ответила Элла, делая соответствующую пометку в списке.

Двадцать минут спустя Дермотт объявил, что обед готов. К этому времени они успели согласовать предварительное меню. Оставалось только решить, где разместить все объекты, включая фотокабину, диджеевский пульт и танцплощадку. Что и говорить, планы торжества наводили на мысль не об ирландских поминках, а скорее о цирке с тремя аренами сразу.

После легкого обеда — к столу подали копченую индейку, сыр проволоне и лепешки с рукколой — все трое отправились осматривать территорию. По пути к дому Элла успела кое-что разглядеть из машины. Но тогда она была слишком занята разглядыванием аттракционов и не уделила должного внимания архитектуре величественного здания, теперь же во все глаза смотрела и на мансардные крыши, и на каменную кладку.