Мой порочный маркиз - Констанс Холл

— Замечательно.

Баррет дожидался, пока они уйдут. Тогда он вошел в комнату.

— Я уж не осмеливаюсь спросить, куда вы собрались с леди Аптон, — сказал он.

— За покупками. — Меган уставилась на его шею со странным шарфом, связанным неумелыми руками. Там, где нить соскакивала с крючка, петли были неровные, а в иных местах и вовсе пропущены. Поэтому пузырящиеся участки на шарфе чередовались с широкими дырами. — Что это на вас?

Суровые глаза Баррета сразу оттаяли. Лицо сделалось беззащитным, как у человека, вынужденно перешедшего в оборону.

— Это подарок Энни. Она хотела вручить его раньше, но меня здесь тогда не было. — Он притронулся к шарфу так, будто ничего более дорогого не существовало в целом мире.

Между Меган и Барретом словно возникли невидимые узы. За это Меган была готова простить ему вчерашнюю ночь. Почти готова.

— Если вы не возражаете, я оденусь, — высокомерно произнесла она, сама того не желая. — Будьте любезны оставить меня одну.

Продолжая поглаживать свой шарф, Баррет посмотрел на нее долгим насмешливым взглядом. И наконец произнес:

— Хорошо.

Глядя ему вслед, Меган думала о семье Холли. Все они, казалось, были так счастливы! Сердце вдруг сжалось от безысходности. Она нахмурилась и, сбросив одеяла, свесила ноги на пол.

Через минуту в комнату вплыла Тесса с каким-то массивным сооружением из тюльпанов, роз и орхидей.

— Посмотрите-ка, что вам прислали.

— Кто?

— Не знаю. Я села за ленч, только кусочек проглотила, и тут доставили эти цветы. Я сразу понесла их вам.

Меган вынула вложенную в букет открытку. На ней аккуратным почерком было написано:

Надеюсь, вы сможете простить меня за то, что я покинул вас прошлой ночью. Обещаю загладить свою вину.

Баррет.

— Кто их послал? — спросила Тесса.

— Лорд Уотертон. — Меган наклонилась и понюхала цветы. Аромат был просто божественный.

Горничная удивленно подняла брови.

— А тут что-то еще. Вот, посмотрите. — Она достала небольшой сверточек.

Меган чувствовала себя маленькой девочкой, открывающей свой первый подарок. Она надорвала коричневую обертку и вынула изящную коробочку. Открыла и обмерла. Целое состояние! Алмазное ожерелье подмигивало ей сотнями своих граней. В центре подложки, сплошь усыпанной бриллиантами, висел маленький кулон в виде слезинки.

— Боже! Какая красота! Мисс, я думаю, он хочет умаслить вас за свой ночной проступок.

— Похоже на то. — Меган вынула ожерелье из футляра и приложила к шее. — Изумительная вещь, — сказала она, смотрясь в зеркало. — У меня никогда не было такого изысканного и дорогого украшения.

— Даже слишком, чтобы примерять его к ночной сорочке, — усмехнулась горничная.

Меган чувствовала, как постепенно проходит ее обида. Баррет написал, что загладит свою вину. Как его понимать? Решил разделить супружеское ложе? При этой мысли у нее бешено застучало сердце.

— Тесса, я хочу надеть мое лучшее утреннее платье. Синее.

— Мисс, не давайте вскружить себе голову безделушками. Вы лучше подумайте, почему он их дарит. Оставил вас в брачную ночь, а теперь… — Служанка тряхнула чепцом, убирая рюши, хлопающие по ее пухлым щекам.

— Как я могу оставить это без внимания! — воскликнула Меган. Нет, она не позволит Тессе своим пессимизмом омрачить ей радость. Нужно незамедлительно поблагодарить Баррета.

Полчаса спустя Уотертон вошел в свой кабинет. Сзади, постукивая коготками, бежал Надоеда, вволю нарезвивший-ся со старшими сыновьями Аптонов, хотя не без некоторого убытка энергии. Это было заметно хотя бы по тому, как пес шлепнулся на коврик возле камина.

Баррет тоже плюхнулся в свое кресло и сердито взглянул на стопку приглашений и писем. Он не был расположен вскрывать почту. Ум его занимала пара сверкающих фиалковых глаз. С какой холодностью она выставила его из своей спальни! Другого не следовало и ожидать. Разумеется, он заслужил этот гнев за свой уход прошлой ночью.

Громкий стук прервал его мысли.

Он посмотрел в сторону двери.

— Войдите.

Вошел Фенвик в пиджаке и бриджах пурпурного цвета, явно дисгармонирующих с узорчатым жилетом, расшитым яркой золотой нитью. Баррет чуть слышно застонал.

— Вы что-то сказали? — спросил Фенвик.

— Нет, ничего, — поморщившись, сказал Уотертон. — Присаживайтесь.

Фенвик хлопнулся в стоящее рядом кресло с высокой спинкой.

Надоеда поднял голову со своего уютного местечка, следя за каждым его движением и слегка пошевеливая хохолками, завешивающими глаза.

— Вы посылали за мной? — сказал Фенвик, бросая на Баррета тревожный взгляд.

— Я хотел поговорить с вами о некоторых вещах, касающихся моей жены. — Услышав собственный голос, произнесший слово «жена», Уотертон нахмурился. Затем вытянул перед собой ноги, скрестив лодыжки.

— О каких вещах?

— Ваша сестра просила, чтобы вам было позволено жить вместе с нами. Я не возражаю. Вы встретите радушный прием в любом из наших домов. — Баррет сопроводил свои слова самой любезной улыбкой, но глаза оставались холодными.

— Вы очень добры, в самом деле.

— Она также просила передать ей права на Фенвик-Холл и охотничий домик в Шотландии, — продолжал Баррет. — Я написал своему поверенному, чтобы он занялся оформлением документов, — добавил он.

Лицо собеседника сравнялось по цвету с малиновыми вкраплениями на шелковом жилете.

— О, это должно ее обрадовать, — сказал он, избегая смотреть Баррету в глаза. — Она так сильно возмущалась, когда я их потерял. Увы, в ту злополучную ночь госпожа Удача оказалась не на моей стороне.

— Уже давно, насколько я могу судить.

— Последние шесть месяцев. — Фенвик задумчиво смотрел на огонь в камине.

В тишине было слышно шипение смолы и треск поленьев в пламени.

Уотертон вынул из ящика чек и через письменный стол подтолкнул его Фенвику:

— Возьмите.

Гарольд прочитал сумму и захлопал вытаращенными глазами:

— Двадцать тысяч фунтов!

— Именно так. — Баррет откинулся в кресле и скрестил на груди руки.

— Но я не могу их принять.

— Я лишь даю вам ссуду, чтобы вы заплатили свои долги.

Удивление Фенвика как ветром сдуло.

— Черт подери, это все Мэгги! — заворчал он.

Баррет кивнул.

— Я не собирался просить у вас денег, а потому… — Фенвик умолк и в раздумье опустил глаза на чек.