Найди свою звезду - Кэтрин Полански

Энн похолодела.

Конрад держал сейчас ее любимую брошку — божья коровка, сделанная из стразов. Обычно Энн носила ее прицепленной на воротнике блузки или на кармане сумки, а вчера потеряла и не смогла найти. Девушка решила, что брошка завалилась в дальний угол костюмерной, где громоздились старые костюмы, и собиралась сегодня вечером их разобрать и найти пропажу. Но что делало украшение в бухгалтерии — Энн понятия не имела.

— Я знаю, — раздался звонкий голос Люси Хаген, — это брошь Энн Лейси.

Все взгляды обратились к Энн. Девушка медленно встала и сделала несколько шагов вперед, понимая, что попала в передрягу. Но как…

— Фредерика тоже это вспомнила, — сказал Конрад, обратив взгляд холодных светлых глаз на Энн. — Я решил вызвать полицию, но Фредерика убедила меня обойтись своими силами. Мы взяли на себя смелость заглянуть в шкаф Энн и нашли там пропажу.

— Была спрятана в коробке из-под туфель, — добавила фрау Бойн.

— Фройляйн Лейси, — произнес Конрад, — как вы это объясните?

Энн растерянно обвела взглядом зал — кто-то смотрел на нее с недоумением, кто-то с жалостью. Альберт делал вид, что его это не касается, а взгляд Люси горел торжеством. На Матиаса Энн смотреть опасалась. Теперь она окончательно дискредитирована в его глазах. Хотя и понятно, чьи уши торчат из этой истории…

— Я не брала этих денег, — четко произнесла Энн, глядя на режиссера. — Брошку я потеряла вчера.

— Да, в бухгалтерии, когда брала конверт! — воскликнула Люси. Энн с ненавистью посмотрела на нее. Наверняка все подстроила противная девица, но как это доказать?

Энн снова взглянула на Альберта, ожидая, что он ей поможет, вступится за нее, но Кершнер молчал и смотрел в сторону.

— Можно мне задать один вопрос? — раздался мягкий голос Матиаса.

Все взгляды обратились на Реннера. Матиас стоял, прислонившись к роялю, и еле заметно улыбался.

— Да, разумеется, — хмуро сказал Конрад.

— Вопрос у меня к фройляйн Хаген. Люси, скажи, пожалуйста, откуда ты знаешь, что там был именно конверт? Деньги могли лежать в папке, завернутые в бумагу, в прозрачном «файле», в коробке, наконец. Но ты сказала — конверт. Почему?

— Ну, — глаза Люси забегали, она поняла, что прокололась, — обычно бывают конверты…

— Полагаю, что тебе это должно быть хорошо известно, — кивнул Матиас. — Ведь это именно ты вытащила конверт из стола фрау Бойн.

— Что?! — выкрикнула Люси и сжала кулаки. — Это клевета!

— Похвально, что ты знаешь такие слова, — почти промурлыкал Матиас. Сейчас Энн ни за что не назвала бы его добрым — он был очень, очень зол и опасен. Вдруг Энн поверила, что все будет хорошо. — Так как то, что ты говоришь про Энн, именно клевета.

— Ты защищаешь ее, потому что она тебе нравится! — вскипела Люси.

— Я защищаю Энн Лейси потому, что она невиновна, — не дрогнул Матиас, — а также потому, что я видел тебя вчера после спектакля с серым конвертом в руках, но не обратил тогда на это никакого внимания. Фредерика, какого цвета был конверт?

— Серый, — хмыкнула бухгалтер, с интересом глядя на Матиаса. — С логотипом компании-спонсора.

— Полагаю, Энн не потеряла вчера брошку — это ты ее взяла, Люси, чтобы оставить в бухгалтерии и тем самым якобы указать на вора. Если уж мы заговорили об отношениях, то тебе захотелось отомстить Энн потому, что она увела у тебя Альберта. — Матиас говорил, будто резал острой бритвой. — Глупо. Если бы режиссер вызвал полицию, она проверила бы отпечатки пальцев, и обман бы мгновенно раскрылся.

Люси пошла красными пятнами. Энн вдруг стало жалко ее — да она ведь просто дурочка, которая выбрала не слишком умный способ отомстить. А Матиас расщелкал ее, как орех. Возможно, Энн справилась бы и сама, обратив внимание на слова Люси о конверте, но уж слишком растерялась вначале.

— С таким же успехом ты мог взять конверт! — крикнула Люси Матиасу. — Ты ведь тоже знаешь, какого цвета он был!

Реннер откинул голову назад и расхохотался. Он смеялся так весело и заразительно, что кто-то подхватил этот смех. В толпе присутствовавших нарастало хихиканье.

— Очень смешно, — подытожил Конрад и перевел свой взгляд-рентген на Люси. — Если ты виновата, проще сознаться сейчас и не доводить меня до белого каления.

Люси затравленно огляделась, потом умоляюще посмотрела на Альберта, но тот словно воды в рот набрал. Господи, как неприятно, подумала Энн. Этот человек не станет выручать ни ее, ни свою бывшую девушку. Весьма показательно, весьма.

— Я… — Люси закусила губу, поняв, что помощи ждать неоткуда, и неожиданно разрыдалась. — Герр Франке, я хотела лишь, чтобы она страдала так же, как я!

— Все понятно, — протянула до сих пор молчавшая Амалия и поморщилась, будто наступила на таракана. — Конрад, думаешь ли ты о том же, о чем и я?

— Полагаю, да. Люси, после окончания мюзикла мы разрываем с тобой контракт.

— Но я…

— Я бы выгнала тебя прямо сейчас, но дыру в массовке заткнуть некем, — процедила Амалия. — Вон с моих глаз на ближайшие сутки.

— Альберт… — Люси умоляюще протянула руку к бывшему любовнику, но тот демонстративно повернулся к ней спиной.

— Идемте, фройляйн Хаген, у нас с вами будет длинный разговор, он займет вас на какое-то время, — сказала бухгалтер.

Конрад повернулся к Энн.

— Я приношу вам свои извинения за этот неприятный инцидент. — Режиссер протянул девушке брошь. — Возьмите ваше украшение.

— Спасибо. — Энн подошла к Франке и забрала божью коровку. Что делать дальше, девушка представляла слабо. Альберт так и не сказал ни слова в ее защиту. Неужели Матиас был все-таки прав? Энн посмотрела на Кершнера, тот поймал ее взгляд, пожал плечами и усмехнулся. Дескать, не бери в голову, детка, все закончилось хорошо, и можно об этом забыть.

Режиссер и бухгалтер ушли, уведя с собой всхлипывавшую Люси. Амалия кивнула Дитмару и велела продолжать репетицию, но Энн расхотелось смотреть. Она увидела, что Матиас направляется к двери, и пошла следом за ним, чтобы поблагодарить за помощь.