Княгиня и ее маски - Рия Маркез

А вот потом… Когда все будет, как я хочу… Я позволю себе делать глупости. Позволю себе влюбляться. Позволю себе путешествовать, купаться, смеяться, заниматься любовью, где заблагорассудится, не планировать, не задумываться о завтрашнем дне… Я… попробую быть такой. Иной. Не такой, какая я сейчас. Ведь я просто хочу быть счастливой…

Но получится ли у меня?

- Крис! О, Трехликий! Крис, держись!

Меня подняли на руки и куда-то понесли.

Неужели он узнает местность? Он ведь еще в день Экиноса упомянул, что частенько бывает в Пустошах, так может и в самом деле для меня еще есть надежда? Если он знает стоянку в этой зоне, то, возможно, получится укрыться от снега? Хотя замерзание пальцев отлично отвлекает от чувства иссушения своих неактивный магических каналов…

И кажется, я на какое-то время отключилась. Пришла в себя, поняв, что движение остановлено, а я все еще лежу на руках и коленях мужчины, а вот снег продолжает падать мне на лицо.

Так значит, стоянки не будет?

- Крис? Крис! Потерпи еще немного! Не смей умирать у меня руках, вархазова спасительница! Сейчас по ходу только ты, знаешь, что делать с этой дрянью, которая всплыла на Турнире!

Да если бы…

- Уже недалеко пещера, где мы сможем развести огонь! Потерпи! – И он вновь поднялся на ноги, продолжая движение.

Значит, он знает стоянку! Трехликий! Если мы разведем огонь, возможно, мы не окоченеем и сумеем что-то придумать!

Я то отключалась, то снова приходила в себя. Все тело окоченело и, казалось, я не понимаю, эта тупая и ноющая боль идет от холода, от пытки над каналами из-за Пустоши, или все вместе? И как вообще справляется герцог? Да, он не выжат, как я. Да, его тело не терпит отката от заклинания, когда повышались все резерва организма, а теперь пытаются восполниться, но… Но в этом месте очень сложно находится сильным магам. А герцог именно таков. Почувствовал же он скверну. Да еще и холод. Как он меня еще удерживает?

В очередной раз я очнулась от тихой ругани. Ран-Эльвайр пытался развести огонь чем-то похожим на огниво – какая-то металлическая финтифлюшка и странной формы камень. Вот только старые лохмотья, которые он пытался поджечь, видимо отсырели.

- Точно! – Пробурчал герцог и поднявшись устремился… вглубь маленькой пещерки, в которой мы оказались.

Я даже нашла в себе силы чуть осмотреться и повернула голову, хоть она и казалась, чем-то отдельным от меня. Пещера и в самом деле была очень маленькой и с очень низким сводом, через который, каким-то образом, пробивался тусклый свет, позволяя различать предметы. Настолько низким, что герцог, например, не мог выпрямиться во весь рост. Но может это и здорово! Ведь узкий проход нашего временного пристанища перекрывался огромной каменной глыбой, которая не позволяла снегу и ветру проникать внутрь, а значит, разведя огонь, мы реально сможем, чуть погодя, согреться! Ведь на полу как раз был выложен аккуратный очаг из небольших камней. Здесь имелись даже дровишки! Склад каких-то глиняных и металлических чашек и тарелок, какие-то тряпки и даже подобие, побитого жизнью матраса! Я, кстати, лежала на чем-то похожем.

Да, маги и в самом деле, пытались облагородить стоянки в Ахалинских Пустошах. Присутствовало даже негласное правило, что маги, которые оказывались однажды здесь и выживали, были обязаны потом вернуться и пополнить припасы на вот таких вот стоянках. Каменные очаги, огниво, чугунки или котелки, дровишки и какой-нибудь старый топор – это то, что всегда можно было найти на специальных стоянках. Главное было знать, где они находятся. Магистр Арлестр, действительно, заставлял меня изучать Пустоши, давая разные задания в них, но… В снежной зоне мне бывать не приходилось.

Герцог вернулся к очагу с чем-то похожим на старую бумагу. Скомкав все что было у него в руках, он вновь заработал огнивом.

Мне казалось, что я только моргнула, а огонь уже медленно разгорался по старым тряпкам, обещая в скором времени перейти на дрова. Вот это я моргаю! Таким макаром, я не скоро восстановлюсь. Как бы уже к ночи не окочуриться! Если и не от холода, то от того, что организм просто-напросто не справиться!

Следующее мое «моргание» окунуло меня в новую ругань герцога. Ран-Эльвайр стянул с меня сапоги и растирал мои ледяные ступни. Я же обнаружила, что на мне старю-у-ущее и воняющее одеяло, а от костра уже чувствуется жар. Над огнем раскинулась металлическая тренога, а на ней висел котелок.

Живем!

И больше никакой Рисциллы, мать ее! И опустошения резерва!

- Крис? – Ран-Эльвайр заметил, что я открыла глаза. – Ты как?

Я же лишь кивнула, понимая, что сказать вряд ли что-то смогу.

- Сейчас заварю восстанавливающий сбор. – Он продолжал растирать ладонями мои ступни. - Оставлял его как-то здесь. Вроде он в нормальном состоянии, не рассыпался…

А я поймала себя на мысли, что хочу, чтобы он продолжал говорить. Его голос почему-то давал уверенность в том, что все будет хорошо. Что я переживу эту ночь. Что завтра мы сможем найти точку открытия портала. И… что я открою портал домой. Не отправлюсь с герцогом на разборки, а смогу привести себя в порядок, поговорить с магистром Арлестром, и заявиться на вручение награды, во всеоружии. Если, конечно, награждение не отменили из-за расследования. Ведь Империю попытаются обвинить в попытках нечестной борьбы за счет воздействия на магические потоки. Сможет ли выкрутиться Гарац III? Да еще и без своего первого Чистильщика?

Глава 23

Спустя какое-то время я пришла в себя осознав, что мне стало немного лучше. Это уже было не из разряда «медленного моргания», а четкое осознание того, что в пещере мы точно не замерзнем, дров, недалеко от костра, прибавилось, снятый с треноги котелок дымился рядышком, а герцог сидел напротив, завернувшись во что-то такое же древнее, что служило одеялом и мне.

Он спас мне жизнь. Дважды.

Сомневаюсь, что пережила бы ту последнюю «грязную» атаку. Наверное, он хотел телепортироваться по арене, а та дрянь попала в плетение портала и нас закинуло… куда закинуло.

- Ты как?

Ран-Эльвайр поднялся со своего места и присел на корточки рядом со мной.