Метод Органа - Кира Уайт

Но пока что-то придумывать по этому поводу рано, для начала нужно стабилизировать его состояние.

Возвращаюсь к столу. Маттео как раз вытаскивает пулю, и она с громким стуком падает на дно металлической чаши. Отжимаю салфетку и осторожно стираю кровь по краям раны. Кейд благодарно кивает и с сосредоточенным видом принимается зашивать. Маттео подкатывает к другой стороне стола кресло на колесиках и максимально опускает спинку.

– Садись, Даниэль, – говорит он, вскрывая герметичные упаковки с прозрачными трубками и иглами.

Устраиваюсь полулежа и по очереди наблюдаю то за тем, как работает Кейд, то за действиями Маттео. Вскоре дело сделано. Рана зашита и заклеена пластырем поверх наложенной повязки, а кровь из моей вены поступает к Колту.

Маттео собирает все ненужное в мусорный пакет, Кейд моет руки. Смотрю на бледное лицо Колта. Щеки впали, а губы потеряли цвет. На лбу и висках проступила испарина, но он не двигается и дышит относительно ровно, что дает надежду на успех.

Перевожу внимание на подошедшего Маттео.

– Через пару часов все это снимем, – он жестом указывает на трубку, – постарайся отдохнуть.

Слабо улыбаюсь и кивком указываю на небольшой диванчик.

– Ты тоже.

– Ага. Поставлю будильник, если вдруг засну.

Маттео отходит и устало опускается на мягкое сиденье. Недолго возится с часами, а после откидывается на спинку и закрывает глаза. Перевожу внимание на Кейда, который так и стоит, прислонившись к раковине, и задумчиво наблюдает за тем, как поднимается и опадает грудная клетка Колта.

Миг, и наши взгляды пересекаются. В тишине проходит минута, а может, и больше. Или меньше. Время перестает иметь какое-либо значение, когда он так смотрит. За синими радужками скрывается настолько много стремительно сменяющихся эмоций, что мне становится не по себе.

– Кейд? – произношу полувопросительно.

Он отрывается от раковины и медленно идет ко мне, на ходу спрашивая:

– Как себя чувствуешь?

– Нормально. Для головокружения или слабости еще слишком рано.

Он останавливается возле стола и медленно качает головой.

– Я не о физическом состоянии.

Замираю на несколько долгих секунд.

– Все в порядке. Конечно, я испугалась, что Колт может умереть, но вы появились вовремя. Почему ты спрашиваешь?

Он стискивает зубы и ненадолго отводит взгляд куда-то мне за спину, словно собираясь с мыслями. Вот только сомневаюсь, что он там хоть что-нибудь видит. На лице Кейда появляется жесткое выражение, заставляющее насторожиться.

– Когда увидел тебя там всю в крови, я… – начинает он, неотрывно глядя мне глаза.

– Почувствовал волнение? – подсказываю, ощущая распространяющееся в груди тепло, которому здесь и сейчас вообще не место.

Кейд подается вперед и упирается ладонями в подлокотники кресла, отчего оно натужно скрипит и откатывается на пару сантиметров. Он пристально всматривается в мое лицо, очевидно, желая обнаружить там что-то иное, кроме завладевшей мною растерянности, которую я пытаюсь прогнать всеми силами.

– Это определение вообще не подходит, – жестко заявляет он.

– Я в порядке, – заверяю поспешно и провожу языком по пересохшим губам.

Он тут же прослеживает за этим действием и негромко произносит:

– А могло быть по-другому.

– Я в порядке, – повторяю чуть тверже.

– Дани…

– Принеси попить, пожалуйста, – прошу негромко, ощущая полнейший душевный раздрай от этого весьма странного диалога.

Кейд на миг прикрывает глаза, но все же молча кивает и отходит на поиски воды.

Черт! Черт! Черт!

Для меня все это в новинку.

Конечно, у меня есть Рори и Маттео, а до недавнего времени была и Кэсс, которые волновались так же, как и я за них, в случае опасности.

Но Кейд… это другое.

После неудачного замужества все мое общение с мужчинами сводилось к редким встречам определенного характера. Даже с Тумбсом, с которым я спала дольше, чем с другими. Никого не заботило мое благополучие, как и меня – их.

Но Кейд переживал обо мне и до сих пор продолжает это делать.

Нужно поскорее заканчивать это сотрудничество, которое с самого начала приняло совсем иной оборот, нежели я ожидала. И мне это и не нравится, и нравится одновременно.

Не собираюсь отрицать – Кейд вызывает у меня определенные чувства и желания. И это взаимно. Несмотря на то, что мы мало знаем друг друга, сроки значения не имеют. Это на уровне неподконтрольных разуму чувств и эмоций. Но к чему они в итоге приведут, если уже сейчас я хочу поскорее разойтись и в то же время, не желаю этого всем сердцем?

Ты по крупному встряла, Даниэль Кавана!

Наблюдаю за тем, как Кейд ополаскивает стакан под струей воды в раковине, после чего наполняет его из бутылки и несет мне.

– Можно было обойтись и без этого, – говорю я, заставляя себя улыбнуться, и благодарно опускаю подбородок.

– Так удобнее, – произносит он и оглядывается, спрашивая: – Перекусить хочешь? У меня в рюкзаке был батончик…

Ставлю пустой стакан на сиденье между коленями и перехватываю его за руку до того, как он уйдет. Миг Кейд смотрит на наши переплетенные пальцы, а после – мне в глаза.

– Ничего не нужно.

– Ладно, – легко соглашается он и высвобождается из захвата, отчего я чувствую легкое разочарование.

Кейд ненадолго отходит и возвращается со стулом, ставит его вплотную к креслу и садится лицом ко мне. Секунду спустя его рука находит мою, и Кейд принимается легко поглаживать мое запястье, посылая россыпь приятно согревающих искр вверх до плеча, а от него до шеи.

– Я напугал тебя, – говорит он без вопросительной интонации.

– Что ты? Я просто…

– Все нормально, Дани, – мягко произносит он, слегка улыбнувшись. – Я не привык ходить вокруг да около, как и выбирать выражения. Не всем это подходит. Вернемся к этому разговору в более подходящее время. Или не вернемся. На твое усмотрение.

С трудом сглатываю и медленно киваю. А что я могу на это ответить? Меня вообще не устраивает появившаяся вдруг неуверенность в себе, но избавиться от нее по щелчку пальцев тоже не получается, что до невероятного раздражает.

Прикрываю глаза, сосредоточившись на ощущениях легкого поглаживания. Думать не хочется, но сомнения и противоречия никуда не исчезают. Молчать кажется неправильным. Но что сказать? Вывалить на Кейда все свои переживания? А они ему нужны?

Кто же знал, что этот вынужденный союз, который не должен был затянуться, приведет ко всему этому?

Незаметно проваливаюсь в сон. Смутно помню, как Кейд вытаскивает иглу из вены и переносит меня на диван. А просыпаюсь полностью отдохнувшей и едва не