Нелюдимый - Алена Февраль

Он точно изменился за почти три месяца, что мы не виделись. Стрижка по короче, отросшая щетина, а лицо бледно-зелёного цвета.

«Колючий» — всплыло в голове и я попробовала приподняться.

— Лежи! — резко командует Кос и отворачивается.

Откинув голову назад, я впервые осматриваюсь.

Первое, что бросается в глаза — это коричневая вагонка, сплошь покрывающая стены и потолок помещения. В воздухе отчетливо чувствуется запах сухой листвы и трав. При этом сама я лежу на чём-то твёрдом и горячем. Помещение совсем небольшое, но света очень много, он режет глаза и заставляет щуриться.

Неожиданно раздаётся звук открывающейся двери.

— Нашёл? — слышится голос Дианы и я вся подбираюсь.

— Да… — сухо отвечает Костя и загораживает собой бьющий мне в глаза свет, — еле отыскал… в сугроб уселась…

— Она ведь без куртки убежала, — зло выговаривает девушка и подходит к Косте, — вот как додумалась? Хотя знаешь, она много пила, может перепутала двери и…

— Не знаю, — устало перебивает Диану мужчина, а я сжимаю губы, чтобы не вмешиваться в их беседу. Губы сразу же обдаёт огнем и я еле сдерживаю стон.

Я снова для всех безмозглая дура, хотя возможно так и есть. Зачем было вообще меня искать? Замерзла бы в снегу и проблем никому не доставляла.

— Руки и ноги целы? Не отморозила? — продолжает Диана и подходит наконец к моей лежанке, — Кир, ты умом тронулась что-ли? Куда тебя черти понесли?

Девушка внимательно осматривает меня и оборачивается к Косте.

— Другая бы точно замерзла, а ей хоть бы что…

Вот здесь я не выдерживаю. Еле разлепив горящие губы, я блекло шепчу.

— Так унесите меня назад… в снег. Я спасателей не вызывала.

Прикрыв веки, я сжимаю зубы и мысленно матерюсь. Пусть я и совершила очередную ошибку, но зачем они при мне обсуждают мои интеллектуальные способности. Пусть выйдут и уж за дверью поливают меня грязью от души.

— Хм, — усмехается Диана, — посмотри на неё Кос — ни капли благодарности, ещё и зубы скалит.

Костин ответ я не слышу — он говорит слишком тихо, но и это становится ещё одной каплей в стакане обиды.

Собравшись с силами я снова пытаюсь подняться, но перед глазами сразу всё меркнет и я погружаюсь в темноту.

Просыпаюсь от слабого толчка. Ещё не открыв глаза, я чувствую, что кто-то меня тормошит.

— Давай… просыпайся. Хватит летать, Бойцова. Ну же…

С трудом разлепив веки, я вздрагиваю. Прямо над моим лицом склонился совершенно незнакомый мужчина.

— Ну вот и проснулась! Как себя чувствуешь?

Мужчина выпрямляется и я вижу, что на нем белый халат. Значит врач.

— Нормально… — на автомате отвечаю я, а прислушавшись к себе с облегчением понимаю, что у меня действительно ничего не болит.

— Отлично. Давай осмотрю тебя. Медленно приподнимись и попробуй сесть.

Пока врач меня осматривает, я пытаюсь вспомнить как здесь оказалась, но попытки оказываются тщетными.

— Как я сюда попала? — тихо уточняю я.

Врач вначале не отвечал на мой вопрос, но после, когда закончил осмотр, всё же ответил.

— Тебя привезли две недели назад… с небольшим обморожением. На вторые сутки добавилась пневмония, с который ты довольно тяжело, но справилась.

— А кто меня привёз в больницу? — немного подумав спросила я.

— Двое парней и девушка. Девушка потом ещё твои вещи привезла. Сейчас они тебе как раз и понадобятся, потому что лежать ты будешь в больнице ещё дней десять. И это как минимум! В следующий раз не будешь такой легкомысленной, — назидательно закончил врач и поднялся с кровати.

— С интенсивной палаты в обычную мы тебя переведём сегодня вечером, а пока попрошу сестру принести тебе обед.

На языке вертелся ещё один вопрос: «Кто-нибудь приходил ко мне?», но я не решилась его задать. Зачем давать себе ложные надежды.

— А и ещё, Бойцова. Чуть не забыл, — обернулся ко мне доктор и я насторожилась, — к тебе психиатр зайдет на днях. Девушка, которая принесла твои вещи, сказала, что ты склонна к самоубийствам, поэтому тебя возможно нужно изолировать на некоторое время. Врач как раз проведёт диагностику и решит…

— Я не больная! — перебив врача восклицаю я, а про себя «благодарю» Диану за участие. Только она могла оказать мне такую услугу.

— Психиатр разберётся, — сухо говорит врач и выходит из палаты.

Стянув с себя одеяло, я сбрасываю ноги на пол и начинаю готовиться к встрече с психиатром. Какие вопросы он может задать? Что мне на них ответить? Надо всё продумать, чтобы не загреметь в психушку. Лучше уж умереть, чем превратиться в живого овоща. Наверняка в психбольнице делают из людей безэмоциональных существ.

Какая Диана молодец — стереть меня с обозримого настоящего и наслаждаться романом с Костей. Интересно Григорьев тоже считает меня больной?

Через час медсестра принесла тарелку с супом и совсем не любезно проговорила.

— Давай быстрее ешь, мне ещё капельницы разносить да и кухня через пять минут уедет.

Если честно, то кушать мне совсем не хотелось, но вспомнив про визит психиатра, я не охотно беру в руки ложку и начинаю есть. Ем, значит хочу жить — наверняка подумают врачи.

Пока я ела сестра крутилась у окна, но потом словно что-то вспомнила и подошла к кровати.

— Твои вещи отнесу сразу в палату. Скоро уже переведем тебя. Там ещё записка с вещами была. Её тоже принесу в палату.

— А от кого записка? — всполошившись спросила я у сестрички.

— А я откуда знаю. Я чужие письма не читаю.

Я опустила глаза и всё же решилась задать самый волнующий вопрос.

— А про меня вообще кто-то спрашивал? Может приходили или звонили?

— В мою смену точно нет, — сухо ответила девушка и снова поторопила меня с едой.

Глава 9

В общую палату меня перевели на следующий день к вечеру. К этому моменту я вся измаялась — мне безумно хотелось увидеть записку. Вдруг она от Кости, а я ее ещё и в глаза не видела.

Но вечером медсестра принесла ужин и сухо бросила.

— Перевод откладывается. Анализы пришли плохие, поэтому ещё сутки тебя подержим здесь.

— А можно мне записку увидеть? — возбуждённо прошептала я, но когда заметила непонимающий взгляд сестрички, чуть громче добавила, — вы про неё в обед мне говорили… Ну что записка с вещами была…

— Аааа. Я про нее и забыла, — махнула рукой