За гранью зеркал - Рина Роук

— Все так думают, но я нет. Они не могли так погибнуть, они ушли по граням, — возразил я. Несколько лет назад я нашел ритуал призыва ведьмы по ее зеркалу. Для его проведения я долго искал зеркало Айрин, но смог найти только зеркальце Камилы. Тогда я провел ритуал призыва Камилы, и поэтому приехал в эту деревню, поближе к Эдриану, так как ведьма должна была появиться рядом с ближайшим кровным родственником. Позже с помощью Камилы я рассчитывал отыскать и Айрин.

Я замолчал, обводя взглядом мага и ведьму. Они смотрели на меня с непониманием и тревогой. И я их понимаю, сам нахожусь в таком состоянии. Видя, что все ждут от меня продолжения, я добавил:

— И вот, спустя время, в деревне появилась Женя.

Эдриан вскочил, с грохотом отодвигая стул, Женя от испуга вздрогнула, а Кисточка перебежала от меня к хозяйке, успокаивая ее. Маг быстрым шагом ходил по комнате, как зверь загнанный в клетку.

— Ты хочешь сказать, что… — он замолчал, остановился, глядя на меня яростным взглядом. — Что…Женя…что она моя дочь?

— Чего? — выдала ведьма, — Какая еще дочь? Ирвин, ты с ума сошел?

— Я понимаю, что вы мне не верите, я и сам сомневаюсь, поэтому говорю вам об этом только сейчас, когда нашел способ проверить свои подозрения.

— И как это проверить? — спросил Эдриан, подойдя и, поставив руки на стол, наклоняясь ко мне, глядя в глаза.

И я рассказал о втором ритуале. Также, как и я, все заинтересованные лица хотели поскорее узнать правду, поэтому решили провести его прямо сейчас. Только Верея оставила нас, она пошла ко мне домой, Малек, наверно, уже проснулся, а ему ни к чему видеть то, что мы собираемся сделать. А Кисточку Женя отправила во двор, чтобы никто случайно не стал свидетелем ритуала.

Я достал зеркало Камилы и поставил его на стол. Рассказал Жене, что нужно продемонстрировать свою силу перед зеркалом, еще решили, что заклинание прочитает Эдриан, как обладатель активной магии.

Как только Женя коснулась зеркала, оно увеличилось в размерах. Эдриан начал читать заклинание, следя за происходящим с ведьмой. Я сидел тихо и наблюдал, не зная, что еще делать, ожидание было таким томительным.

Женя начала менять свою внешность перед зеркалом, используя дар, под тихо, но угрожающе звучащий голос Эдриана. И спустя несколько минут зеркало засветилось ярко-желтым светом.

— Это невозможно! — прохрипел маг.

Женя обернулась на меня, потом на Эда:

— Что? Что это значит?

Я понимаю, что для этих двоих, произошедшее сегодня неожиданно, но ведь они должны быть рады. Тогда почему такая странная реакция?

Я вот очень рад, ведь я на шаг ближе к своей сестре.

Глава 26

ЕВГЕНИЯ ВЕРЕСОВА

Как же так? Что же делать? Эдриан не должен быть моим отцом.

После ритуала, я не смогла оставаться в комнате, рядом с Ирвином, который был слишком довольным, и особенно рядом с Эдрианом, поэтому выскочила из дома и побежала на луг, где обычно собираю травы, возможно, там, в спокойной тихой обстановке, смогу обдумать и как-то понять, что произошло.

Кисточка бросилась за мной, и когда я, прибежав на луг, упала на траву, лицом вниз, плача и, откровенно говоря, находясь практически в истерике, моя красавица улеглась рядом и от нее шла какая-то волна тепла, которая успокоительно на меня действовала.

— Спасибо, Кисточка, ты мне помогла, — немного успокоившись, и вытирая слезы, сказала я зверю. — Я сразу поняла, что ты необычная, но не думала, что настолько.

Я села, скрестив ноги, а Кисточка устроилась рядом, положив голову мне на колено.

Так, первые эмоции выплеснуты, а теперь надо подумать здраво.

Могу ли я быть дочерью Эдриана? Теоретически могу. Возраст совпадает, своих родителей и, вообще, детства до десяти лет я не помню, что тоже может быть косвенным доказательством. Возможно, после случившегося в замке, я и оказалась в ту грозовую ночь на пороге приюта. И к тому же я — ведьма.

По словам Ирвина, зеркало, что мы сегодня использовали, принадлежит мне. Получается, оно вернулось ко мне, как и говорила Верея. Теперь, я смогу использовать свою силу в полной мере, даже путешествовать по граням. Звучит очень интересно и заманчиво.

Я сорвала травинку и сунула ее в рот, почувствовав легкую кислинку, скривилась. В этот момент подумала о том, что как бы мне не хотелось, а мысли возвращаются к Эдриану.

Разве судьба может быть такой жестокой? Как мужчина, которого я полюбила всей душой, к которому неимоверно тянет, голос которого пробирает до мурашек, особенно его рычащие нотки, запах которого убирает все преграды мог оказаться моим отцом?

Как быть теперь? Я же не смогу думать о нем, как об отце, после всего, что успела нафантазировать за время, что нахожусь в этом мире. А как быть с нашими поцелуями?

Никогда не смогу их забыть.

Я всегда хотела найти родителей или хотя бы узнать, кто они, почему-то я никогда не верила, что меня бросили. Но сейчас я совсем не рада тому, что нашла отца.

Ну, почему все так?

— Женя? — за спиной, как гром среди ясного неба, прозвучал голос Эдриана.

— А? — я резко обернулась к нему, чтобы тут же отвернуться, не могу смотреть ему в глаза.

— Давай поговорим, — Эдриан сел рядом со мной. — Я понимаю, как тебе сейчас, потому что сам чувствую то же самое, но мы не можем просто избегать друг друга, да я и не хочу этого.

Слезы снова покатились из глаз, как я не пыталась быстро-быстро моргать, чтобы сдержать их. И ответить ничего не могла, тугой ком в горле не давал издать ни звука. Сердце болело и будто огнем горело от обиды и разочарования.

А еще я подумала о том, что мне, наверно, легче, чем Эдриану. Я ведь своего отца совсем не помню и для меня это как-то все нереально, а Эд ведь Камилу помнит десятилетней девочкой, он помнит, как играл с ней, как носил ее на руках. Неужели, я так изменилась, что он не узнал меня. Хотя, конечно, еще вчера я выглядела как парень, и первые его чувства ко мне появились задолго до того, как он увидел мой настоящий облик.

— Женя, мы не сделали ничего плохого, ведь мы не знали. Ты не должна винить себя ни в чем. Если тебе будет лучше, я могу переехать на время, пока ты свыкнешься с этой мыслью.

— Нет, только не это.