Семейные Ценности - Зозо Кат

Тсуна и Такеши, что стояли рядом, лишь виновато пожали плечами, мол, не обращай внимания. Хотя в глазах Савады ещё имело место быть беспокойство. Он беспокоился, но не за меня, а за Хаято. Ну… Это не удивительно. Друзья же.

Прозвенел звонок.

Все расселись по своим местам и дожидались прихода учителя, как вдруг по школьному радио пронеслось:

— Внимание, ученица Риччи Велия, просьба немедленно явиться в кабинет Дисциплинарного Комитета. Повторяю, Риччи Велия, необходимо немедленно явиться в кабинет Дисциплинарного Комитета.

— Ого, — присвистнул Такеши, сидя за своей партой. — Это что же ты успела сделать Хибари?

— Вел-сан, если хотите, лучше убегайте! — прошептал Тсуна, оборачиваясь в мою сторону, но после со слезами добавил: — Хотя это бессмысленно. Он в любом случае догонит. Лучше идите сами… И простите.

— Ладно… — отозвалась я, поднимаясь со своего стула, и, не собирая вещей, вышла из кабинета. В принципе, этого следовало ожидать. Эх, осталось только понадеяться, что Кёя не заставит меня делать что-то невозможное.

Пятью минутами ранее.

Гокудера Хаято был на взводе. Он уже и забыл, когда нормально спал или ел. Единственное, что он точно не забывал делать — это непрерывно курить и думать о Вел. Прошло ещё несколько дней, но единственное, чего он добился, — это короткий ответ от Хибари: «Она здорова и жива». Не где она, не как она, не почему вообще исчезла… Сколько бы Хаято не расспрашивал, Кёя молчал и вообще считал необязательным отвечать на его вопросы. А если Гокудера сильно давил на Главу Дисциплинарного Комитета, то в итоге получал ещё несколько синяков к уже имеющимся.

Плевать!

Одним больше, одним меньше… Хаято так просто не сдастся и, если надо, разнесёт к чёрту его кабинет, но узнает правду. Именно с такими мыслями он вошёл сегодня в класс. Джудайме, естественно, этого не одобрит. Скорее наоборот, отчитает, но разве это важно?

— Гокудера-кун, — раздался голос Босса.

Хаято ему даже в глаза смотреть не может.

— Доброе утро, Джудайме, — отозвался он, словно под гипнозом направляясь к своей парте, что находилась около самой доски.

— Гокудера-кун, Вел-сан вернулась, и я подумал, может, вы не будете ругать…

Что он сказал? Вел вернулась⁈

— Вел⁈

Резко обернулся на голос Босса и тут же отыскал девушку. Да. Это она. Стояла рядом с этим бейсбольным идиотом. Такая же спокойная, мягкая, красивая, но самое главное — живая и здоровая. Однако Хаято не мог поверить до конца своим глазам. Даже не зная, куда бросил свою школьную сумку, сорвался с места и уже через мгновение стоял рядом с девушкой, держа её пухлые ладони в своих руках. Они были в перчатках, но тем не менее тёплые. Настоящие.

— Вел, я… — начал он, но запнулся.

Надо же… В голове было столько мыслей и заготовленных фраз все эти дни, но вот он столкнулся с ней и все отработанные реплики, словно ветром сдуло. Он ведь так много ей хотел сказать. Так много важного. Но сейчас он просто радовался, что она стоит перед ним.

Вот только… В голубых глазах Велии читалось непонимание. Да… Хаято совсем забыл, она его ненавидит. Его единственного. Ненавидит до дрожи. Но сейчас дрожит именно он. Почему?

Нет, нужно собраться. Он с самого начала знал об этом. Речи здесь не нужны. Нужно произнести всего одно единственное слово. Всего одно слово, которое мучило его больше недели, — «Прости». Только одно «прости» и всё.

— П… п… п… — Но даже это слово не может вырваться из уст парня. Её глаза такие холодные. А в сознании всплывают слова «Я тебя ненавижу. Ненавижу».

Ну же! Гокудера Хаято, не будь кретином! Ты хотел шанс! Так вот он!

Но что же происходит? В горле пересохло, сердце колотится, как ненормальное, а собственные руки леденеют так, что он готов надеть такие же перчатки, как у Вел.

— Прочь с дороги, ты мешаешь, — в итоге произнёс парень в привычной грубой форме, обойдя девушку и буквально повиснув на подоконнике. Дьявол! Была бы возможность, Хаято тут же бы пристрелил сам себя. Ну почему он такой?.. — Идиот…

Прозвенел звонок, и Гокудера вернулся за свою парту. Чёрт подери! Впервые ему не нравилось сидеть на первой парте, так как вечно хотелось обернуться назад. Хотя он и раньше это делал без зазрения совести, но сейчас… Эх, дьявол, да что не так⁈

— Внимание, ученица Риччи Велия, просьба немедленно явиться в кабинет Дисциплинарного Комитета. Повторяю, Риччи Велия, необходимо немедленно явиться в кабинет Дисциплинарного Комитета.

Это что ещё за новости? Что понадобилось Хибари от Вел? Она только пришла в школу, а он уже что-то надумал? Чёрт, как же бесит этот тип. Вечно строит из себя самого крутого. И сигареты ему мои не нравятся, и правила я, видите ли, не соблюдаю.

— Чёрт! — рыкнул Хаято, вставая с места после того, как из класса вышла Вел.

— Гокудера-кун? — удивился Босс, что сидел прямо позади Хаято. — Ты куда?

— Эм… Извините, Джудайме, — с улыбкой отозвался парень. — Я кое-что… забыл.

— А? Забыл? — не понимал Савада, хмуря брови. — Но урок только что…

— Ай, оставь его, Тсуна, — махнул рукой Ямамото, беззаботно улыбаясь. — Видно, приспичило. Природа, сам понимаешь.

— Ты! Заткнись, бейсбольный идиот! — рыкнул на парня Хаято, когда проходил мимо.

— Ха-ха, ну прости-прости, — всё так же смеялся Ямамото, забавляясь над ситуацией. — Поспеши, а то не успеешь.

— Э… хм… — только и мог протянуть Савада, краснея до ушей и утыкаясь носом в учебник. Словно только что увидел.

О боже! Стыд-то какой! Джудайме о нём теперь вечно будет думать, как о каком-то засранце. Хотя учитывая то, что происходит с ним, стоит только увидеть личико его милой сестрички… Нет. Хаято подумает над этим позже и всё объяснит. А пока необходимо и в самом деле поспешить.

Когда Гокудера выбежал в коридор, Вел уже не было видно. Он знал, где находится кабинет Дисциплинарного Комитета, поэтому поспешил туда, постоянно замедляясь около поворотов и выглядывая из углов. Не хотелось бы столкнуться с кем-нибудь из учителей. Он их не боится, просто лишние споры сейчас ни к чему.

Дверь в кабинет Комитета была чуть приоткрыта. Отлично. Ему везёт.