Жена короля-дракона - Лили Орландо

* * *

Я мелко дрожала от ужаса. То, что только что произошло, отказывалось укладываться в голове.

Дракон, который при первой встрече показался мне вполне разумным и даже милым, вдруг превратился в бешеного зверя. Всё произошло слишком быстро. Он налетел из ниоткуда, страшно рыча. Словно посланник самой тьмы. Отбросил Коилина одним ударом мощной лапы. И чуть не загрыз меня саму. Когда жуткий монстр клацнул огромной пастью, полной острых как кинжалы зубов, я успела проститься с жизнью.

Вжалась в стену и просто наблюдала, как дракон беснуется на террасе. Это было по-настоящему страшное зрелище. Почему-то я не смогла закрыть глаз. Так и смотрела, пока он вдруг не взмыл ввысь. И даже не сразу осознала, что монстр улетел, почему-то не тронув меня.

Ещё некоторое время я сидела, не чувствуя в себе сил подняться на ноги. Но вставать всё же пришлось. Отсюда мне не было видно, куда упал Коилин. К тому же его крик так резко оборвался. Это пугало.

Пусть бывший возлюбленный повёл себя гадко, но я всё равно не могла его бросить. Возможно, он ранен или лежит там без сознания. Разве можно спокойно уснуть, когда человеку нужна помощь?

Кое-как добрела на дрожащих ногах к парапету. Здесь никого не было.

– Коилин, – негромко позвала я. В наступившей тишине голос прозвучал хриплым вороньим карканьем. Но я всё равно повторила: – Коилин.

Ночь была безлунной. Света от сигнальных факелов на крыше и верхушках башен не хватало. Край террасы клубился темнотой. Я прошла её от начала до конца, потом опустилась на колени и двинулась в обратную сторону, ощупывая ногами и руками прохладные гладкие плиты.

Но обнаружить Коилина не удалось.

Я оперлась на парапет и вгляделась в плотную завесу чернильной тьмы. Если Коилин упал в пропасть, ему уже ничем не помочь.

За моей спиной раздались голоса. Ко мне спешили слуги с факелами. Часть женщин была в сорочках до пят с накинутыми на плечи шалями. Кто-то успел натянуть поверх платье, но вот застегнуть уже не хватило времени. Мужчины тоже были не до конца одеты. И все выглядели взволнованными и испуганными внезапным ночным пробуждением.

– Госпожа, что случилось? С вами всё в порядке?

Созана внимательно осматривала меня в жёлтом колышущемся свете. Я смутилась и стянула на груди порванную сорочку. За всеми переживаниями совсем забыла, что выгляжу неподобающим образом.

Созана стянула с себя шаль и набросила мне на плечи. Я благодарно завернулась в согретую теплом экономки мягкую ткань.

– Посветите туда, – я указала за парапет. – Кажется, Коилин упал.

Голос дрогнул. И вслед за этим меня затрясло. От пережитого ужаса и прохладного ночного воздуха.

Мужчины светили за оградой, пытаясь что-то высмотреть в тёмной бездне. Кто-то даже уронил факел. И тот долго летел полыхающим всполохами жёлтым огоньком, пока не потух, растворившись во тьме.

– Если господин упал, вряд ли он сумел выжить, – сделал логическое заключение старший садовник.

И я была с ним согласна. Коилин погиб. Его убил взбесившийся дракон.

В связи с этим я испытывала смешанные чувства. С одной стороны, Аодх спас меня от насилия. И за это я была признательна. Но при этом он предстал передо мной жутким монстром. Убил человека, знакомого мне с детства. Дракон теперь откровенно пугал.

Всё запуталось.

– Что здесь произошло? – ко мне направлялся босой Кадан, одетый лишь в брюки и распахнутую рубашку. Следом за ним спешили Треллан и ванкастовский маг.

Я рассказала, что произошло, опустив причины, по которым Коилин ворвался в мои покои. И, наверное, зря, потому что заметила осуждающие взгляды со стороны сгрудившихся поодаль слуг. Они что, решили, что я сама пригласила Коилина к себе ночью?

И как мне быть? Ведь леди не рассказывает прилюдно, как её пытался снасильничать друг детства, в которого она по глупости была влюблена.

Я решила позже поговорить с Созаной наедине, а уж она пусть объяснит всё остальным слугам. Экономка казалась мне разумной женщиной, должна понять, что здесь нет моей вины.

Я плотнее укуталась в шаль и присела на скамейку, ожидая, когда люди разойдутся и оставят меня одну. Не знаю, смогу ли уснуть этой ночью, но отдохнуть мне было необходимо.

– Эрин, – позвала слабым голосом. Горничная тут же отделилась от группы слуг и подошла. – Принесёшь мне чай с ромашкой и мятой?

– Конечно, госпожа, – девушка убежала. И мне показалось, что она была рада уйти с этой страшной террасы. Всё же не зря Йонн тогда запечатал двери. Это место по-настоящему опасно.

И тут сверху раздался ужасающий рёв, от которого по коже у меня пробежали мурашки. Я вскинула голову, как и все остальные, собравшиеся на террасе. На крыше замка сидел дракон. Он расправил крылья, вытянул шею и смотрел… прямо на меня. Казалось, он заглядывал мне в самую душу.

– Дракон! Дракон! – вокруг начался хаос. Люди кричали, в ужасе бросали факелы и неслись к дверям, ведущим в мои покои. Это был единственный выход с террасы. Разумеется, не считая пропасти.

В дверях началась толчея, в которой я с удивлением разглядела Треллана и мага, пытавшихся растолкать слуг, чтобы быстрее оказаться в безопасности.

Кадан стоял посреди площадки и смотрел наверх. В его глазах разгорались недобрые предвкушающие огоньки.

– Я убью тебя, тварь, – негромко пообещал он. Но я расслышала и снова задрожала. Моя жизнь превратилась в жуткий кошмар, наполненный монстрами, смертями и страхом.

Утром стало окончательно ясно, что Коилин погиб. Скорее всего, он разбился о скалы внизу. А волны утащили его тело в глубину.

Я воздала короткую молитву младшей из богов, уносящей души в обитель мёртвых. Долгой молитвы Коилин не заслужил, но всё же я не хотела, чтобы его душа была обречена на вечное скитание по дорогам живых.

После этой ночи в замке Фа воцарилась мрачная тишина. Слуги начали избегать меня. Узнав, что Коилин приходил ко мне ночью, их вера в госпожу пошатнулась. Как и моя верность королю-дракону теперь подвергалась сомнению.

Даже близняшки, которые были вынуждены мне прислуживать, смотрели в сторону, избегая встречаться со мной взглядом.

Слуги перестали мне верить ещё и благодаря Дэлине. На следующий день, после того как прилетел дракон, та подошла ко мне перед обедом и поцеловала руку.

– Вы такая смелая, Оксианна!