Лазурь. (не)Идеальная для тебя - Екатерина Полянская

– Ничего щитами не закрывают, – логично возразил его кузен. – Что там у вас?

– Не твоего ума дело.

Бли-и-ин. Только двух сцепившихся магов мне не хватало.

Желая привлечь к себе внимание, я слегка сжала пальцы Блесса. Не уверена, что он заметил.

– Я тоже здесь живу, – напомнил Джексон.

– Давно ли? – саркастично поднял брови его брат.

– Какая разница? – Не то у Джексона самообладание было крепче, не то он задался целью вывести из себя противника, к чему и шел. – Теперь я здесь. И имею право знать, если случилось что-то серьезное. Как и все сообщество.

– Отлично. Если будет что-то, заслуживающее твоего внимания, мы тебе сообщим, – едко бросил Блесс… и повернул голову ко мне. – Нежана, иди. Сделай все, как мы договорились.

– Блесс…

– Брось, я не опущусь до того, чтобы драться с бездарным. Я не маньяк и не псих.

Медленно выдохнула. Если в первом и были сомнения, то во второе все же хотелось верить. Я отпустила руку Блесса и быстро пошла к лестнице.

– Боишься, что ли?

– Весь дрожу.

– Сними щиты!

– Попробуй сам, если тебе так хочется.

Охрана на воротах поприветствовала меня, и, пока я отвечала и уверяла, что в полном порядке, голоса внизу стихли и братья исчезли.

Ну и ладно. Надо постараться о них забыть.

Я сойду с ума, если придется беспокоиться еще и о том, чтобы эти двое не поубивали друг друга.

Нужный дом нашла легко. Он не был розовым, как сказал Блесс, скорее красивого закатного цвета. Достаточно приглушенного, чтобы не выглядеть безвкусно и не давить на мозг. Впрочем, легко верю, что для мужчины он розовый-девчачий и без прочих ассоциаций и заморочек.

Подходила к двери с улыбкой.

Червячок сомнений в дальнем уголке разума отстраненно отметил, что этот дом с башенкой как-то не вяжется с отвязным образом Исашандры, но я отмахнулась. Не так близко мы знакомы.

Решительно надавила на звонок.

Улыбнулась в наведенную на меня камеру.

– Мисс Нежана. – Прислуга в форменном платье с белоснежным передником тоже не сочеталась с запомнившимся мне образом. Совсем. – Проходите, хозяйка давно ждет вас! Она в гостиной, с мальчиками.

Внутри дом оказался таким же «девчачьим». Все легкое и воздушное, нежность в цветах, много воздуха и света, причудливо изгибающаяся лестница, кружевные перила, салфеточки, статуэточки и прочая мишура. Мужчину в этой обстановке представить практически невозможно.

Бабулю Исашандру – тоже.

Однако стоило нам добраться до гостиной, и я поняла, как жестоко ошиблась. Мужчин здесь насчиталось… э-э… пять? Полуобнаженных, ухоженных красавцев, влюбленно взирающих на хозяйку. Один исполнял что-то на рояле. Другой массировал женщине ноги. Третий смешивал коктейль. Еще двое сидели на полу у ног… не Исашандры Гигор, разумеется.

– Кхм… Здравствуйте.

Надеюсь, я ошиблась адресом. Может, Блесс сказал все правильно и у них тут где-то есть еще один розовый дом? По-настоящему розовый. И с башенкой. М-да.

– Нежана! – Женщина… назвать ее бабушкой мысли не поворачивались, хотя лет ей должно быть немало… извернулась, отбирая свои ноги у смазливого красавчика с блестящей бриллиантом серьгой над бровью, и встала. – Я уж думала, Блесс никогда тебя мне не покажет! Мужчины иногда потрясающе бесчувственные. А ведь тебе, наверное, сейчас тяжело без поддержки…

– А где госпожа Исашандра? – Согласна, не самое умное, что можно было спросить.

– Мм? – Незнакомка нахмурила идеальной формы брови. – Дома, я полагаю.

Реальность пора бы и принять.

Нет здесь никакой Исашандры.

Но зачем Блессу понадобилось отправлять меня в этот элитный бордель?!

– Извините, – пробормотала я, когда игра в гляделки затянулась до неприличия. – Блесс отправил меня к его бабушке, и я подумала…

– Девочка, у Блесса две бабушки, – сообщили мне очевидное.

Угу. Вижу. Только я могла так опростоволоситься.

– Еще раз простите меня.

– Брысь! – Команда была не мне, а «мальчикам», которые удалились мгновенно и тихо, не позволив себе ни единого любопытного взгляда. – Ты не виновата, дорогая. Мужчины этой семьи, отдавая приказы, считают, что все недосказанное ты должна прочитать в их мыслях и понять правильно. Что, естественно, невозможно. И мой внук такой же! Меня зовут Азморинда Нэшуорт. Точнее, уже не Нэшуорт. Я вернула себе добрачную фамилию, чтобы ничто не мешало жить, как мне хочется.

– И вы – бабушка Блесса по отцу, – сопоставила факты я.

– Именно.

Конфуз, как ни странно, не потянул за собой окончательно испорченного знакомства. Азморинда не обиделась на то, что ее перепутали, и, как только все выяснилось, усадила меня на диван рядом с собой и принялась разглядывать и расспрашивать. Заодно сообщила, что внук у нее единственный и она его любит, так что, если я собираюсь стать ему хорошей спутницей жизни, меня она тоже готова любить.

Хм. А как же страшные истории про семью жениха, которая на дух не выносит невестку? Очевидно, никак, потому что от этой странной «бабушки» веяло теплом и участием.

– А где сейчас ваш сын? – Я все еще не теряла надежды сориентироваться в семье.

– Умер, – спокойно ответила Азморинда, но в ее глазах плескались волны грусти. – Отдал жизнь за Ньэгг, как и многие другие маги.

– Простите.

– Внук объяснил тебе правила? – На меня посмотрели пытливо.

– Не уверена. – Я решила, что осторожность в ответах не помешает. – У него сейчас не так много времени, мы не обо всем еще успели поговорить.

Неодобрение явно предназначалось не мне.

– Так будет всегда, – покачала головой бабушка Блесса. – Мне жаль.

– О чем речь? – Вот и возможность выяснить что-то новое, похоже.

– Жестоко было со стороны Луны сватать Блессу неподготовленную девушку, – покачала головой Азморинда. – Тая, мать Блесса, шла к этому едва ли не с рождения и все равно выдержала недолго.

Она умерла. Я помню.

И на фото появился серьезный мальчик.

Азморинда рассмотрела что-то на моем лице и, похоже, оно ей понравилось, потому что последовал кивок.

– Маги служат Ньэггу. Без выходных, без отпуска, без времени на семью и что-либо еще. До последней капли силы, – жестко продолжала она. – Обычно сила иссякает к тридцати, иногда чуть позже. Но лишь единицы после этого возвращаются к нормальной жизни. Мой сын вот не смог… Ему не к кому было возвращаться. Он любил жену, хоть она и не верила в это. Вечно страдала из-за отсутствия внимания. А когда заболела, стала говорить, что погибает от тоски.

Я… не стану так говорить.

Постараюсь.

– Блесс сказал тебе, что вы должны подарить Ньэггу одаренного ребенка?

– Да. – Он правда что-то такое говорил, но я не придала значения.

– Хорошо. Несмотря на дурное влияние матери, он смог стать ответственным и думать в