Капо Ди Белл - Анна Котляревская

Наследник мафии отрывается от меня. Психует и паникует. Отворачивает лицо, выровнявшись, чтобы собраться. А когда возвращает мне взгляд, я перебиваю его, не готовая услышать ничего из того, что он подготовил:

– Ты должен уехать, Майк. Завтра, – ком в горле. – Пожалуйста, просто уезжай.

Мы, наверное, не верим, что это происходит. Взгляд во взгляд. И на какую-то секунду мы не понимаем почему это происходит.

Но стоит мне прикрыть глаза и ощутить солёное жжение под веками, как всё становится на свои места. И будущий капо ди капи, возможно, впервые в жизни принимает самое верное решение – молча соглашается со мной. И, чтобы он не чувствовал, покидает мою спальню.

Вот и всё, да?

Боже, и с этим я тоже должна справиться. С собственным решением. Плачу, утыкаясь лицом в подушку. Это не лучшее лето, нет. Это правда худшее лето в моей жизни…

Глава 17

Джессика

Благодаря алкоголю я вырубилась моментально. Но даже во сне мне продолжал сниться наш с Майком разговор. Я постоянно повторяла «ты должен уехать» и рыдала. И каждую, как он выразился «ёбаную секунду» этой ночи я видела его. Даже подсознание не смогло отпустить его образ. Поэтому, когда я очнулась, ощущение было такое, словно я вообще не отдохнула. Как будто бы пробыла в стрессе целую вечность, да что там… я продолжаю находиться в нём, потому что в душе долбанное ощущение разрухи. И я не знаю, господи, я не знаю как собрать себя по кусочкам!

– Детка… – тихий голос Ари послышался за дверью.

Я повернулась на звук приоткрывшейся двери и увидела её вместе с Эшли и Кэлли. Девочки взволнованно заглядывали в спальню.

– Ты уже проснулась, мы можем войти? – осторожно уточнила Кэлли.

– Д-да… – прохрипела уставшим голосом.

Такое ощущение, что я очень много орала. А ведь и вправду делала это – срывала голос, а заодно и своё сердце. Морщусь, потому что с тяжелыми мыслями начала усиливаться и головная боль.

Подруги поспешно влетели в мою спальню, прикрыв двери. Запрыгнули ко мне на постель и прижались так, словно я вот-вот умру. Почему “словно”, Джесс? Совсем не словно, ты же и сама всё чувствуешь…

– Ты как? – несвойственно себе, тихо поинтересовалась Эшли.

От этого вопроса сквозь пересохшие ресницы сразу же начали просачиваться слёзы.

– Хуже некуда, девочки…

Они крепче обняли меня и я шморгнула носом.

– Нужно поговорить с Нейтаном, я вчера так сглупила…

– Поговоришь позже, малышка, – предложила Кэлли. – Он с Риком и Тони уехал, но скоро вернётся.

– Хорошо…

Молчание затянулось, пока я продолжала умываться слезами. Когда же уже они остановятся?

– Детка, мы должны спросить… – осторожно начала Ари. И девочки мягко оторвали от меня головы. – Это ведь не из-за Нейтана ты так плачешь? Просто… Майк, он вчера так сорвался за тобой…

Подруги смотрели на меня взволнованно. Конечно, они заподозрили, а может даже и всё поняли. Я бы не хотела сознаваться, но это так сильно разъедает меня, что мне кажется, я не смогу этого держать в себе. И я не хочу лгать…

– Не из-за Нейтана, – покачала головой.

И я созналась. Во всём. Рассказала им как многое случилось. И о нашем уговоре с Майком и о том, что было после. О каждом нашем невероятном и одновременно растоптанном моменте. Я вывалила подругам всё, от чего задыхалась целую ночь. И я не знаю, стало ли мне легче, но… я хотя бы убедилась в том, что поступила правильно – попросив его уехать.

– Боже, какая же ко-озлина, – расшипелась Эшли, вытирая с моего лица косметику ватным диском и мицеллярной водой.

– Джесс, ты права, такое невозможно простить, – поддержала меня Ари. Девушка разула меня, потому что я так и заснула в босоножках, а теперь массирует мои ноги.

– Твой брат ничего не понял, дорогая, – убедила меня Кэлли. – Но… заподозрил, поэтому если он всё поймёт, я…

– Я не прошу тебя лгать, Кэлли, – успокоила девушку. – Просто не хочу, чтобы он беспокоился. Давайте не будем мальчикам ничего рассказывать, хорошо? Если узнают – пускай, но я надеюсь, что этот кошмар просто забудется, как будто бы его и не было.

Обжигающие слёзы буквально насмехаются надо мной, демонстрируя, что я никогда не смогу об этом забыть.

– Конечно, Джесс, мы не будем говорить, – кивнула Кэлли и протянула мне очередную ложку чиа-пудинга, который она для меня приготовила.

Я глотнула и улыбнулась сквозь боль.

– Спасибо, девочки. Вы такие потрясающие подруги, правда.

Мне несказанно повезло. Такая забота и поддержка – это многого стоит.

– Только не плачь больше, – чмокнула меня в щеку Эшли.

– Хочешь я тебе еще массаж спины сделаю? – с энтузиазмом спросила Ари.

Я засмеялась, но даже смех оказался грустным.

– Нет, всё хорошо, – я обняла себя за локти. – Всё будет хорошо…

– Обязательно, детка, – подтвердила Кэлли. – Прежде, чем встретить свою идеальную половинку, порой приходится столкнуться и с такой мерзостью. Уж поверь, я знаю, что это такое. Но потом в моей жизни появился Рик… – она счастливо улыбнулась. – И ты тоже встретишь своего «Рика»!

– Да… – я сказала это, но слёзы лишь сильнее хлынули.

Я встречу. Обязательно встречу. Кого-то другого. Достойного меня. Не его.

Не его, господи.

– Как думаете, он уже уехал? – с надеждой спросила у девочек.

– Ну, с парнями он не уходил, – пожала плечами Кэлли.

– И в доме я его не видела, – ответила Ари.

– Скорее всего уже уехал, малышка, – подбодрила Эш. – Пускай катится…

Я сглотнула. Попыталась осознать это, что его больше нет.

– Давай-ка, теперь иди в душ, переодевайся, – закомандовала дружелюбно Эшли. – И на йогу с нами!

– Даже я присоединюсь! – подмигнула Кэлли. Хотя она больше любит фитнес.

– Будем медитировать пока тебе не станет легче! – Ариана скрестила пальцы в воздухе.

По правде говоря мне ничего не хотелось. Абсолютно ничего. Кроме как натянуть его футболку и плакать до конца дня. Я не знаю что это. Юношеский максимализм? Первая влюблённость? Всё вместе?

Я и сама не предполагала, что меня может так накрыть. Я не собиралась так залипать на наследнике мафии. Я не должна была…

– Девочки, я ненавижу его… – призналась тихо. – Но эта ненависть она такая… я даже с ней попрощаться не могу.

Подруги слегка растерялись. Они впервые меня видят в таком состоянии. Да что там, в принципе впервые среди нас четверых кто-то убивается по парню. До такой степени. До невозможности