Ведьма и живая вода - Ника Веймар

Оно словно озарилось внутренним светом, а взгляд карих глаз неожиданно потеплел. У меня даже дыхание перехватило и разом ослабели коленки. Мать-природа, какой же он красивый, когда улыбается… Почти два метра сплошного концентрированного обаяния. Смотришь — и сразу всякие глупости в голову лезут, вроде желания снова вернуть стоящего передо мной архигада в список кандидатов для моей инициации и сожалений, что нельзя эту улыбку добавить в котёл с приворотным зельем. Эффект был бы убойным!

— Корделия, вы неподражаемы, — самым бессовестным образом мурлыкнул крылатый кошак-переросток, одарив меня еще одной, уже персональной улыбкой. — Хорошо, считайте, что у вас есть моё разрешение безвозмездно делиться амулетами, отварами, эликсирами и прочими изготовленными вами снадобьями и оберегами с соотечественницами. Но при условии, что это не причинит никому из них вреда. Ни физического, ни психологического.

— Можно так считать или оно действительно есть? — с сомнением уточнила я, умолчав о том, что кое-кто из соотечественниц всё равно с огромным удовольствием обратится за помощью к нему, а не ко мне.

Левая бровь дея Ρодерика слегка приподнялась и изогнулась, а в глазах мелькнуло укоризненное выражение. Но я не прониклась. Да-да, нечего на меня так смотреть, я тоже умею быть подозрительной и не верить неожиданным уступкам. И не млеть от демонски обаятельной улыбки, которая до сих пор таилась в уголках губ архимага. Не млеть, я сказала! Наверняка он только и дожидается, пока потеряю бдительность, чтобы цапнуть от всей души.

Но, похоже, дей Родерик и впрямь решил, что на сегодня хватит перепалок. Либо решил отыграться за полученное «предложение» в другой раз. В любом случае, он не стал трепать мне нервы и подтвердил:

— Разрешение у вас есть, нейса де Визар. На озвученных условиях. Доброй ночи.

Выходить через дверь, как все нормальные люди, он не пожелал. Вряд ли беспокоился о моей репутации, да и кто бы посмел упрекнуть ведьму? Скорее, просто экономил время. Вновь резко развёл руки в стороны, и в моей гостиной замерцало уже знакомое золотистое марево.

— Вы мне не ответили, — напомнила я из чистой вредности, прежде чем архимаг шагнул в открывшийся портал.

— Я подумаю, — с улыбкой отозвался он, моментально поняв, на что я намекаю.

И исчез. Вот ведь несносный тип! Так и старается испортить вкус победы! Впрочем… Я в глубокой задумчивости прошлась по комнате и неохотно признала: обещание подумать было лучшим в этой ситуации. Мы оба понимали, что это твёрдое «нет» — жениться на мне дей Родерик стремился примерно так же, как я рвалась за него замуж, то есть, никак, но если бы он отказал прямо, пожалуй, я бы обиделась. В конце концов, это моё первое предложение мужчине. И дай богиня, последнее. В некоторых вопросах я предпочитала быть традиционалисткой.

Заснуть удалось далеко не сразу. То ли сказались переживания всего этого суматошного дня, то ли чересчур взбодрили две подряд неожиданные встречи с архимагом, то ли до сих пор, несмотря на принятый эликсир, давал о себе знать перепад высоты. Я дико устала, впечатлений хватило бы на неделю, но сон отчего-то не шёл. Я ворочалась и так и этак, пытаясь отыскать то самое волшебное положение на огромной и удобной кровати, делала дыхательную гимнастику, от безысходности даже попыталась посчитать овец, но ничего не помогало. Пришлось встать, покопаться в сумке и достать пакетик «сонных» конфет, моё личное изобретение. Я по праву гордилась этой разработкой. Они годились и для взрослых, и для детей, разница была лишь в дозировке. Внутри мягкой, но прочной желатиновой оболочки находился сироп из ромашки, душицы, мелиссы, тимьяна, кипрея, мяты и лаванды. Выращенные лично мной травы изначально имели магические свойства, да и сонный сбор я варила по всем правилам, вплетая защиту oт идиотов. Не все покупатели следовали совету прятать лечебную сладость от малышей, а у некоторых дети оказывались чересчур любознательными и обнаруживали родительские тайники. Но я учла этот момент, так что переесть моих конфет и в итоге заснуть и не проснуться было невозможно. Максимум, что грозило незадачливому сладкоежке, это небольшая заторможенность в реакциях на ближайший день.

Закинула в рот две желатиновые подушечки, раскусила, позволив прохладному густому сиропу растечься по языку, и снова улеглась. На этот раз уснуть удалось почти моментально и снились мне пронзительно синее небо, медленно кружащие в воздухе золотые листья, мягкая шерсть под ладонями и волшебное ощущение полёта.

Утро принесло с собой уже знакомое ощущение мерно постукивающих молоточков в висках и затылке, будто мои тараканы, коих по мнению Эрьки в моей бедовой головушке водилось несметное количество, решили затеять ремонт. Но несколько капель эликсира поправили дело. Молоточки затихли, зато проснулись жажда и зверский аппетит. Εго не испортило даже присутствие архимага за завтраком. А вот Алмию оно откровенно обрадовало. Нейса Шиз сегодня была в нежно-голубом шерстяном платье плотной вязки, подчёркивающем её идеальную фигуру. Распущенные волосы в тщательно продуманном беспорядке рассыпались по плечам. Нить молочно-белого речного жемчуга и серьги из перламутра дополняли её образ. Главная красавица Каэрна выглядела нежной, хрупкой и беззащитной. Мило приветствовала всех, кокетливо задержав взгляд на архимаге, и неторопливо, точно шагала по подиуму, проследовала к свободному месту. Как по заказу, оно оказалось напротив дея Родерика, просто других желающих любоваться на него не нашлось. Сантия Чармер, как и её новая подруга, тоже выбрала образ воплощённой невинности. Нежно-розовая блузка с легкомысленными широкими рюшечками в области груди, светлая многослойная юбка и распущенные волосы, нарочито небрежно скреплённые заколкой в виде веточки ландыша.

— Вот хитрюги! — едва слышно шепнула мне на ухо Бертания, прикрывая рот ладошкой. — Наверняка собираются просить, чтобы им отменили наказание! И ведь имеют шансы на успех!

Я лишь пожала плечами. Слабо верилось, что дей Родерик впечатлится показной скромностью и беззащитностью нарушительниц. Так что я, в отличие от Бертании, с нетерпением ждала зрелища. Впрочем, не забывая при этом отдавать должное искусству местных поваров. Сегодня они радовали нас профитролями с паштетом и запечённой речной форелью, уже без костей. Алмия и Сантия тоже не спешили обращаться к архимагу с просьбами: не иначе, рассчитывали, что сытый мужчина будет еще более благосклонен. Лишь когда подали чай с пирожными, они решили, что время пришло.

— Дей Ρодерик, — нарушил тишину нежно-серебристый голосок Алмии Шиз, — позвольте обратиться к вам с просьбой.

— Внимательно слушаю вас, нейса, — проронил архимаг.

— Вчера во время поездки в Джимарен произошло небольшое недоразумение, — произнесла Алмия. — Он оказался столь прекрасен и очарователен, что мы с нейсой Чармер совершенно позабыли