Не притворяйся - Катерина Лазарева

Куда мне деться? Не шастать же по дворам дотемна одной? Можно, конечно, пойти проверить нашу с мамой квартиру, хотя я уверена, что она действительно сдаётся… Можно связаться с папой и, если что, вместе с ним поехать за моими вещами…

– Насть, ты меня слышишь вообще?

Я, наконец, выхожу из оцепенения и смотрю на обеспокоенного Кирилла. Он по-прежнему чертовски красив – глаза выдают в нём неравнодушного глубокого и способного на поступки человека. Да, отступился, но не пошёл той дорогой, да и не смог бы.

Но всё это я признаю как-то отстранённо, не испытывая ничего. Хотя в начале учебного года была бы счастлива и тому повороту событий, который у нас вышел. А уж возможность разговора, где Кирилл будет отзываться обо мне как о чуть ли не самом близком человеке, заставила бы меня прыгать от радости.

Только вот сейчас прыгать совсем не тянет.

– Всё нормально, я тебе верю и не злюсь, – наконец, отвечаю я. – Ты признался, и это круто. Прошлое в прошлом, объявлять никому ничего не надо. Просто сверни эту тему, вот и всё.

– Да? – сияет Кирилл. – Ты мне на слово веришь? Не ожидал, но очень рад. Но объявить я всё равно объявлю, самому так будет спокойнее.

Он тянется ко мне с объятиями, но я инстинктивно отстраняюсь. Так резко, что сама от себя не ожидала.

– Ну вот, – вздыхает Кирилл. – Значит, не так уж прошлое и в прошлом.

Я отрицательно мотаю головой. Нет, вовсе не это значит мой жест. Только вот что, я не скажу. Мне даже себе в этом горько признаваться – у меня, оказывается, нет никакой влюблённости к этому парню. Наверное, и не было. Просто интерес, как к человеку, причём новенькому и отличающемуся от многих одноклассников в лучшую сторону. А потом всё это подпитывалось эйфорией от того, что некогда желанный парень обратил на меня внимание. Ну и, конечно, с ним легко и приятно. Вот и вся составляющая моей так называемой любви.

– Не в этом дело, просто давай пока притормозим со свиданиями и разберёмся, что мы на самом деле чувствуем друг к другу, – мнусь, с трудом подбирая нужные слова. – Мы ведь можем пока просто общаться в школе, например. А там посмотрим, к чему это приведёт.

Конечно, Кирилл не сразу понимает и принимает мои слова – ещё бы, только что в любви ему признавалась, а теперь заднюю даю. Но в итоге мы всё-таки расходимся, сойдясь на том, что не стоит торопить события.

Уходя от него, чувствую одновременно и тоску по несбывшейся мечте, и облегчение. Вот только с каждым шагом ближе к дому все эти ощущения растворяются.

***********

Не понимаю, где Глеб. Я пришла домой одна, без папы. Побродила немного по дворам, созвонилась с ним, но говорила просто о делах, не прося ночлега. Почему, и сама не знаю.

Но ладно не застать Глеба когда я только вернулась домой. Тогда было девять вечера. Но сейчас уже час ночи, я не сплю и не знаю, что делать. Звонила – не отвечает.

Может, он у Олеси?..

От этой мысли меня чуть ли не кроет, а ещё обидно очень, что Глеб не удосужился меня предупредить, что исчезнет. И, уж тем более, что, возможно, у другой ночевать будет.

Конечно, учитывая наш разорванный напряжённый диалог, это предсказуемо. Но какой смысл объяснять что-то себе, когда меня чуть ли не трясти начинает? Когда, как дура, прислушиваюсь к любому звуку у входной двери, когда несколько раз непонятно зачем в глазок смотрю?..

Да уж, не думала, что буду так нервничать из-за исчезновения Глеба. Помнится, утром думала о том, как найти способ избегать его в течение месяца, а сейчас мне очень страшно не увидеть его как можно скорее. Неспокойно совсем. Умом понимаю, что, скорее всего, к Олесе поехал, а телефон отключил, чтобы его не отвлекали. Но сердце не принимает этот вариант. Никак.

Ну не может человек, который так на меня смотрел и так ко мне взывал, к другой ехать. Даже после отказа не может. Не верю. Не могу верить.

Не хочу…

Но ещё меньше я хочу представлять другой вариант. С Глебом не могло ничего случиться, пусть даже после того, как вывалила на него ту новость… Нет, он просто не хочет меня видеть, вот и всё. Скорее всего, причина именно в этом и мне давно пора лечь спать. Завтра в школу, в конце концов.

Я волнуюсь, слегка трясущимися руками заходя в вотсапп Глеба. Я звонила ему на номер – тот отключен. Но сейчас я собираюсь сделать другое… Я хочу отправить ему голосовое сообщение. Сама не знаю, какой в этом смысл, если телефон отключен, братец всё равно не получит, пока на связь не выйдет.

Но кнопочка микрофона уже нажата, и я поджимаю губы, судорожно подбирая слова. Не молчать же, как дура.

– Уже ночь, а тебя нет дома, – чувствую себя идиоткой, говоря это, но продолжаю каким-то ломанным голосом. – Не знаю, может ты и не ночуешь обычно дома, но я к этому не привыкла, ты мог бы… Ну, предупредить. Тем более, после того, что я сказала… В общем, – совсем сбиваюсь, а кожа горит, совсем как тогда, когда никак в себя не могла прийти под его пристальным взглядом. – В общем, я волнуюсь.

Отправляю сообщение, вздыхаю, мотаю головой и откладываю телефон подальше от зоны видимости. Нервы, кажется, совсем расшатаны. Причём почему-то настолько, что сердце никак не успокоится.

Я ведь не могла. Как, когда только успела бы? Нет, я не могла влюбиться в Глеба…