Не испытывай мое терпение - Кристина Майер

Кладу руку… Кожа нежная, словно бархат, несмотря на каменную твердость. Его рваное дыхание и темный дикий взгляд заставляют мое тело откликаться. Лаская Валида — я сама возбуждаюсь.

Он кладет свою руку поверх моей. Показывает, как надо действовать. Сжимает пальцы. Ведет вверх… вниз.

— Справишься? — голос совсем низкий. По коже проходится жар.

— Угу… — боюсь, что и мой голос подведет, не решаюсь заговорить. Мне до сих пор кажется, что это не я. На меня обычную точно непохоже.

Сама предложила. А теперь еще и удовольствие получаю от процесса. Хочется глаза закрыть. Да много чего хочется. Всегда была уверена, что я холодная и прагматичная особа, а оказалось, что во мне все это время спала развратница. Валид совсем не принц, но его поцелуев хватило, чтобы пробудить во мне скрытую от меня самой натуру.

Щеки пылают от стыда, а руки совращают мужчину. Это внутреннее противоборство скромности и распущенности, где каждый нерв натянут до предела, доставляет мне необъяснимое удовольствие. Я испытываю какой-то внутренний драйв.

Веду пальцами. Сжимаю чуть сильнее. Потом отпускаю. Мне нравится. Нравится наблюдать, как его глаза чуть закатываются, как хриплые стоны срываются с губ. Как он сам толкается мне в кулак. Мощно. Бешено.

Дикое, безумное желание его попробовать. Коснуться вершины языком. Откуда оно во мне? Чувствую себя соблазнительницей, которой удалось покорить этого сильного страстного мужчину. В моих руках он доверчиво расслаблен.

Во двор дома въезжает машина, меня это на долю секунды отвлекает. Хотя ритм мне Валид снизить не позволяет.

Звучит сигнал автомобиля. Странно. Я столько здесь живу, но ни разу не слышала, чтобы кто-то сигналил.

— Яся, если не хочешь, чтобы я сдох, не обращай внимания…

— Валид! — кричит Самир. Я на секунду теряюсь, будто меня застукали на месте преступления.

Как продолжать?..

— Колибри… — рычит Валид. — Не останавливайся! Я реально слечу с катушек… — он не заканчивает, потому что моя ладошка сжимается и поднимается вверх.

Валид со стоном выдыхает. У нас есть несколько минут, прежде чем Самир поднимется. Наверняка Лея уже несется вниз, чтобы получить свой поцелуй.

Безумная мысль приходит в голову. Крутится там несколько секунд и не уходит. Сначала я представляю, как это делаю, потом опускаю лицо и обдаю дыханием бархатную кожу. Валид открывает глаза и смотрит на меня ошарашенно. Я высовываю кончик языка и просто его касаюсь. Безумная идея — узнать его вкус.

— Колибри… — сквозь зубы, взгляд темный затягивает в свои глубины. Действую чуть смелее.

Он откидывает голову назад, хрипло громко стонет, наконец получив долгожданную разрядку.

Я немного удивлена, что он продолжает оставаться твердым. Никакой брезгливости не чувствую. Мне реально приятно, что я с ним такое сделала одними ласками…

— Я бы сейчас уснул, — надевая трусы, Валид поднимается с постели.

Он смотрит на меня. И вот тут меня охватывает чувство смущения. Это чувство растет. А еще появляется неловкость.

— Моя маленькая, я тебя люблю. Не надо стесняться, — поднимает мое лицо, заглядывает в глаза.

Там столько нежности и… любви. Хочется верить.

— С первой встречи зацепила, — продолжает Валид. — Никому тебя не отдам, — рушит он своим признанием стены, которые я воздвигла.

— Вижу, тебе лучше, и «скорая» не нужна, — перевожу в шутку, потому что не могу ответить взаимным признанием. Я вообще не понимаю, что со мной происходит.

— Пару дней рядом с тобой смогу продержаться, потом случится рецидив, — серьезно предупреждает. — Сейчас я к Самиру, а как вернусь, буду пробовать тебя.

Я сразу понимаю, о чем он говорит.

— Не надо, — мое сердце сейчас выскочит из груди.

— Колибри, не обсуждается, — подмигивает мне так нагло, что я улыбаюсь. Берет чистые вещи и скрывается в ванной, не закрывая замок…

Валид

Колибри удивила.

Моя смелая девочка.

Верю, что свою женщину мужчина может узнать сразу. У меня так и произошло. Блин, как же от нее кружит голову. Увести бы Колибри в красивое уединенное место, чтобы никто не мешал. Мне ее мало… Легкая прелюдия только разожгла мой аппетит.

Слышу голос брата в комнате.

— Сейчас спущусь, — кричу ему, быстро намыливая тело.

Мне интересно узнать, почему его вызывали в управление. Какое-то предчувствие есть, что это как-то связанно с Ясей или с записью, которую прислал ей Алексей.

Полотенцем просушиваю волосы. Натягиваю чистые трусы и штаны. Футболку я специально не брал с собой. Ясе нравится мое тело, хоть она и делает вид, что не засматривается. Я ее взгляд ощущаю на коже.

Колибри в спальне нет. Облом. Беру из шкафа футболку с длинными рукавами, натягиваю на влажное тело.

Прежде чем зайти в кабинет, ищу свою жену. Проблема больших домов в том, что сразу найти пропажу невозможно. Приходится или кричать, или спрашивать.

Я вот тоже купил большой дом, теперь думаю, что зря. Три-четыре комнаты в самый раз. Детей не потеряешь, жену быстро найдешь и зажмешь в уголке.

Большой дом хорошо, когда семья огромная — взрослые дети, внуки. У тебя уже на полшестого, и тебе не до жены. Уверен, мне это до самой смерти не грозит. Гены у нас бешеные, вторая жена отца жаловалась, что он ей прохода не давал, пока не умер. У меня там все работает, как швейцарские часы, сбоя не бывает. Иногда ты ложишься убитый, спать хочешь, а он тебе не дает…

Я, конечно, солгал Ясе, что два дня продержусь. Да мне ее весь день будет мало…

— Они с Леей спустились в подвал, — раздался голос брата, когда я вышел из спортзала.

— Понятно. Поможем им пострелять? — я уже представил, как буду стоять сзади Колибри и прижиматься к ее упругой попке, показывая, как правильно держать ствол… ствол пистолета.

— Не сегодня. Идем, кое-что обсудить надо, — приподнятость и легкость внутри исчезают.

— С Ясей как-то связано?

— Нет. С тобой, — я напрягаюсь.

— Из-за меня вызывали? — мы входим в кабинет, закрываю дверь.

— Кто-то слил несколько оперативных съемок в интернет. В управлении началось расследование, но я не уверен, что удастся докопаться до правды. Тот, кто это сделал, все хорошо подчистил.

— Дурова, — выдвигаю версию. — Пока я не знаю, чего она добивается, но чем скорее выясним, тем быстрее нас оставят в покое.

— Я тоже так думаю, но без доказательств мы не можем ее обвинять. Все съемки с твоим участием. Ты же понимаешь, на тебя могут открыть охоту.

Я это понимаю. Ролики наверняка успели скопировать. Конечно, наши лица нигде не должны мелькать. Врагов у нас больше, чем у кого бы то ни было.