Ты предназначена мне - Алиса Ковалевская

Судя по наступившему молчанию, слова мои передавать Борису было не нужно – он и так расслышал их. Охранник посмотрел на меня внимательнее, по-новому. Как будто до этого момента я была для него лишь заданием, работой, которую он должен был выполнить, а теперь различил во мне нечто большее. Как будто одно то, что я посмела возразить Борису, сделало меня большим, чем «одна из».

— Хорошо, я понял вас, — выговорил он, не сводя с меня взгляда выслушав перед этим, очевидно, новые распоряжения, отданные Борисом. Убрал телефон.

— Вы можете ехать на своей машине, Ева, — обратился уже ко мне.

— Но, — прекрасно понимая, что за этим должно что-то последовать, не спешила заканчивать разговор.

— Но я поеду с вами, — подтверждая мои ожидания, ответил человек Бориса.

Мы всё ещё смотрели друг на друга, когда я почувствовала нечто странное. Как будто бы взгляд был направлен не мне в глаза, а… Как будто кто-то смотрел на меня, стоя поодаль. Наблюдал – пристально, следя за каждым моим движением. Нечто схожее я чувствовала в вечер бала. Схожее… Только тогда внутри так и натягивалось что-то тревожное, царапающее, сейчас же меня будто бы обжигало невидимым огнём.

Резко обернувшись, я осмотрелась, но не заметила ничего, что бы могло показаться мне странным. Ничего и никого.

— Хорошо, — снова посмотрела на охранника.

Кожа будто горела. Пока я шла к машине, ощущение это не исчезло. Напротив, оно стало ещё сильнее.

Не выдержав, я остановилась. Снова осмотрела двор, тянущуюся у подъездов дорожку, балкончики. Нервно выдохнула и ускорила шаг, поправляя на ходу съехавшую лямку рюкзака. Сердце неожиданно стало стучать гулко, внутри всё сжалось. В последний раз обернувшись, я перехватила взгляд сопровождающего меня охранника.

— Всё в порядке, — ответила на его немой вопрос.

Может быть, стоило сказать… Сказать что? Что кожа моя пылает, а чернота, проникшая в меня вместе с первым вдохом возле Руслана вдруг превратилась в ртуть?

Дождавшись, пока я сяду за руль, мой личный провожатый закрыл дверцу. Пока он обходил Ауди, я бросила взгляд в зеркало заднего вида. Тень… Порывисто посмотрела назад. Кошка… Всего лишь кошка. Из груди вырвался тихий выдох.

— Всё точно в порядке? – оказавшись рядом, человек Бориса опять внимательно посмотрел на меня.

Забирая машину из порта ночью, я около часа провела неподалёку от бараков, один из которых принадлежал Русу. Неспешно шла по набережной и сама не заметила, как оказалась там, где нашла его почти два месяца назад. Опрометчиво…

Но если бы кто-то следил за мной, ему бы ничего не стоило обнаружить своё присутствие там, в почти абсолютной, едва подсвеченной фонарями ночи. Единственными, кого я встретила, были бродячие коты и двое рыбаков. Поздоровавшись со мной так, словно им было лучше меня самой известно, кто я, они прошли мимо. Вот и всё…

Тогда почему сейчас этот огонь?

— В абсолютном, — я завела двигатель. Посмотрела в зеркало заднего вида уже затем, чтобы, спустя ещё секунду вывернуть руль и тронуть машину с места.

Всё в порядке. Всё, чёрт подери, в порядке! Только сердце колотится, а кожа… Это не огонь – это прикосновения. Прикосновения мужчины, которому я больше не принадлежу и, по сути, не принадлежала никогда.

— Можешь быть свободен, Константин, — кивнул Борис, когда охранник, выйдя из машины, встал рядом со мной.

Два чёрных внедорожника, неустанно сопровождающих меня весь путь до его загородного дома, стояли тут же – один впереди моей Ауди, другой сзади. Именно так они следовали возле меня на расстоянии нескольких метров. На их фоне моя собственная машина казалась крошечной. Почти такой же крошечной, какой казалась я сама на фоне высоких, поджарых парней из службы безопасности.

— Я была бы благодарна тебе, если бы ты предложил мне чашку кофе, — когда Константин, а вместе с ним и остальные охранники, оказались достаточно далеко, нарушила я молчание.

Борис смотрел на меня так, словно мы не виделись с ним только вчера. За спиной его возвышался не слишком большой, выполненный в довольно строгом, но не лишённом изящества стиле дом. Жасмин… Неподалёку от парадного входа действительно цвело несколько кустов. Бьющие тонкими струйками фонтанчики напомнили мне дом сестры. Дом, который, как и многое в этой жизни, я могла назвать своим, хотя в действительности моим он не был.

— Ты слишком упрямая, Ева, — наконец произнёс он, как и я, обойдясь без приветствий. – Тебе стоит быть с этим осторожнее. Твой отец тоже был упрямым, и до добра его это не довело. И это при том, что помимо упрямства у него был жизненный опыт и мудрость.

— Жизненный опыт и мудрость приходят со временем, — возразила я. – У меня же этого времени до недавнего времени не было, как и возможности получить и то, и другое.

На губах Бориса появилась чуть заметная усмешка. Осмотрев меня с головы до ног, он задержался взглядом на кошке. Всю дорогу она молча сидела сзади, теперь же замерла возле меня в одном ей понятном ожидании.

Губы его слегка искривились то ли в пренебрежении, то ли в смешке, уловить который я не смогла. Мягким жестом Борис указал на дом, как будто приглашая меня.

— Кофе уже ждёт нас на веранде. Думаю, там же найдётся лишнее блюдце под молоко.

Приняв его приглашение, я пошла вперёд по дорожке. Обогнув дом, мы ступили в тень раскинувшихся над нами каштанов.

— Ты так и не ответила мне, — вновь заговорил Борис, отвлекая меня. Пока мы шли, я рассматривала сад. Шиповник, белая и бледно-сиреневая сирень дурманящим ароматом, жасмин…

— Ты о предложении стать твоей женой?

— Да.

Я опять посмотрела на цветы. Проводила взглядом побежавшую по дорожке за птицей кошку.

— Я приехала не за тем, чтобы ответить тебе, — посмотрела ему в лицо. Прямо, с вызовом и решительностью, возможно такой же, какая текла с кровью в венах моего отца.

— А зачем же? – так же мне в глаза.

— Чтобы получить ответы от тебя. Прежде всего за этим.

— А что потом? – ухмылка в уголке рта, едва заметный прищур и лучики мелких морщинок возле глаз, выдающие тот самый опыт и мудрость, которых у меня ещё, увы, не было.

— Потом… Потом, может быть, я скажу да.

— И какие ответы тебе нужны? – он пошёл вперёд, к деревянным ступеням, ведущим на веранду.

— Расскажи мне всё, что ты знаешь обо мне, Борис. Обо мне и о моей семье. Я хочу знать всё о своём прошлом. Хочу знать, кто я и почему всё именно так, как есть. Кто я и откуда.

— Тебе действительно это нужно? – он остановился возле ступеней. Я поднялась наверх и только после, повернувшись к нему, ответила, глядя сверху вниз:

— Да.

— Что это?

На несколько минут Борис оставил меня на веранде одну, теперь же вернулся, держа в руках квадратную книгу в кожаном переплёте. Книгу… Нет, это была не книга. Скорее фотоальбом. В реальной жизни таких я никогда не видела, только в старых фильмах, да и то раза два-три, не больше.