Перст судьбы - Ребекка Уинтерз

— Анди, я смогла отвязаться от всех, кто звонил по телефону, но на сей раз к тебе посетитель.

Услышав голос своей секретарши, Андреа подняла от бумаг измученное лицо. После бессонной ночи, в начале которой она написала заявление об уходе, она сидела с раннего утра в своем кабинете, не в силах сосредоточиться.

Необходимо было выбросить из головы вчерашний разговор с Люком.

— Кто там, Дорис? Знакомый?

— Нет, и он не захотел назваться. Если хочешь, я его отошью. — Дорис знала, что произошло между Анди и Люком, и ограждала ее от ненужных встреч и разговоров.

Андреа взглянула на часы из-под опухших век: три тридцать, а тренировка начнется в пять. Ей нужно обработать еще уйму всяких бумаг, которые не хочется сваливать на отца Пола после своей отставки.

— Дорис, дай мне пару минут, чтобы привести себя в порядок, а потом впусти его.

Улыбнувшись с пониманием, Дорис удалилась к себе, а Андреа достала косметичку. Она застонала, увидев свое лицо в стекле библейского «зеркала», потом провела помадой по губам и напудрила покрасневший нос. С глазами ничего нельзя сделать, подумала Андреа, ну хоть волосы, связанные в «хвост» для тренировки, выглядят прилично. Что касается платья, то опять же она приехала в церковь одетая для волейбола, так как не рассчитывала увидеть кого-нибудь, кроме Дорис. Андреа резко повернулась к двери, услышав легкий стук.

— Входите!

— Пастор Мейерс?

— Да. — Положив косметичку в ящик стола, она увидела входящего в комнату Чарльза Рича и не удержалась от удивленного восклицания. Один его вид оживил воспоминания о проклятом суде.

Он и одет был так, словно только что вышел из судебного зала, и невеселая улыбка соответствовала его настроению.

— Уверен, что вы меньше всего ожидали увидеть меня здесь, — сказал он. — Пожалуйста, простите меня за то, что я принял вас по телефону за Эрин. Люк задал мне хорошую взбучку, и был совершенно прав. — Улыбка сменилась серьезным выражением. — Я не представился вашей секретарше, потому что она бы меня не впустила. А мне обязательно нужно было увидеться с вами.

После такого искреннего признания Андреа больше не могла на него злиться. Этот человек, как и Люк, вызывал симпатию. Однако зачем он пришел?

— Все в порядке, мистер Рич. Такую ошибку вполне можно простить.

— Вы очень любезны, пастор, но все же с моей стороны это было непростительно. Я все знаю об отношениях между Эрин и Люком. Она давным-давно влюблена в него, но пару дней назад — а ей еще раньше — он дал мне понять, что никогда ее не любил. Он дружил с ней, оказывал поддержку, но не более того. Еще он разъяснил мне (не стесняясь в выражениях), что, если я когда-нибудь вас обижу, он ни за что меня не простит. — Подумав, он добавил: — Я знаю Люка гораздо дольше, чем вы, и давно понял, что он держит свое слово.

Если бы он знал, как хорошо я испытала это на себе, подумала Андреа, еще в день посещения Люка в тюрьме.

— Мистер Рич, когда Люк провожал меня домой, он объяснился по поводу Эрин. Так что все в порядке, и мне жаль, что вы оторвались от срочных дел, чтобы приехать сюда для объяснений.

— Я приехал потому, что на самом деле все не так уж прекрасно, — возразил он своим судейским тоном. — Сядьте, пастор. У меня есть для вас кое-что важное.

Мысли Анди понеслись сразу вскачь: Люк — что с ним?

— С ним что-то случилось?

Авария в полете? Несколько невыносимо долгих секунд он изучал ее лицо.

— Когда я расстался с ним в его доме менее часа назад, он был приблизительно в том же виде, что и вы.

Облегчение, испытанное ею, помешало Анди вдуматься в слова Чарльза. Ей стало неловко: она так откровенна с этим человеком, а ведь он, возможно, самый близкий друг Люка, значит, тот будет все знать.

— Пожалуйста, — пролепетала она, слегка придя в себя, — продолжайте.

Губы Чарльза сложились в усмешку, тоже почти как у Люка. От этого мужчины ничего не ускользало, как и от того. Он наклонился вперед, сцепив руки, и смотрел на нее в упор, словно ждал показаний.

— Люк рассказал мне, что вы собираетесь уехать и ищете место пастора где-то в другом городе.