Великое таинство любви - Кэтти Уильямс

* * *

Чтобы забыться хоть на время, Мэтти попросила поручить ей самую сложную и трудоемкую работу, но мысли ее то и дело возвращались к наболевшей проблеме, которую требовалось решить до возвращения Доминика.

Бежать, но куда? Доминик все равно найдет ее, и гнев его будет ужасен. К тому же, как ни крути, он отец ее ребенка и она на всю жизнь связана с ним моральными обязательствами.

Но уйти из его квартиры она должна. До четверга у нее достаточно времени, чтобы собрать свои вещи и… Ни в снятую ею, ни в служебную квартиру вернуться она не может. Остается только дом Фрэнки.

В шесть тридцать, приняв душ и переодевшись, Мэтти набрала номер Фрэнки, чувствуя себя преступницей. Но, услышав его голос на другом конце провода, она со всей ясностью поняла, что и туда вернуться не может. Фрэнки, его дом и все, что они там пережили, принадлежало теперь прошлому. К счастью или нет, но с тех пор она прошла большой путь, и к прошлому, как оказалось, возврата нет.

И все же ей было очень приятно услышать голос Фрэнки, особенно в ее нынешнем смятенном состоянии. Поддавшись импульсивному желанию, она пригласила его в гости, чтобы повидаться и заодно рассказать о своей беременности. Вряд ли он поможет ей найти выход из положения, но наверняка выслушает и ободрит. Фрэнки всегда воспринимал жизнь такой, как она есть, и его прямолинейность и грубоватая простота были ей сейчас просто необходимы, чтобы разобраться со смутой, охватившей ее душу.

Сорок минут спустя в дверь позвонили. Увидев Фрэнки, Мэтти улыбнулась, и на нее нахлынуло чувство теплой и нежной привязанности, сестринской любви к этому парню, неуклюже протягивающему ей букетик чуть привядших цветов.

— Здорово выглядишь, Мэт. — Фрэнки усмехнулся и обвел взглядом роскошные апартаменты. — Новая жизнь явно пошла тебе на пользу. — Он еще раз восхищенным взглядом окинул квартиру.

Мэтти предложила ему выпить.

— Завязал, малышка.

— Ты бросил пить?

Фрэнки пожал плечами, но было видно, что он очень горд собой. Бросив на стул кожаную куртку, он прошел вслед за Мэтти на кухню.

— А куда мне было деваться? Иначе я бы не нашел работу. Ты же сбежала и оставила меня один на один со всеми счетами. — При этих словах Мэтти резко обернулась, но увидела, что Фрэнки улыбается. — Старый Билл, хозяин бара, свел меня с одним из своих поставщиков, и тот взял меня на работу. Так что, Мэт, я теперь не пью, а продаю выпивку.

— Не пьешь, нашел работу… Позволь тебя спросить, почему ты не сделал этого, пока мы жили вместе? — Ему тоже пошла на пользу новая жизнь. Он стал лучше выглядеть, немного поправился и, похоже, был доволен жизнью.

И хотя она была рада за Фрэнки, чья жизнь, похоже, налаживалась, ей все-таки было немного обидно оттого, что это произошло тогда, когда они расстались, а ведь она столько усилий приложила к тому, чтобы помочь ему. Сварив кофе, Мэтти разлила его по чашкам, села напротив Фрэнки и… излила ему душу.

Она рассказала все, ничего не утаив. Ей требовалось выговориться перед кем-то, и было немного странно, что этим кем-то оказался Фрэнки, все разговоры с которым в последнее время сводились к ссорам или выяснению отношений. Теперь же он внимательно слушал ее исповедь, кивал, хмыкал…

— И что мне теперь делать? — спросила Мэтти устало.

— Выходи замуж за этого парня. Ты всегда была упряма, как мул, Мэт. Если тебе что-то втемяшится в башку, тебя уже не переубедить. И все-таки послушай моего совета — выходи за него.

— Нет, Фрэнки, ты не понимаешь. Я должна уехать. — Мэтти налила себе воды и уставилась в стакан, как будто надеялась на дне найти ответы на все вопросы.

— Зачем? И куда ты пойдешь?

Мэтти пожала плечами и вздохнула.

— Будь реалисткой, Мэт, — продолжал убеждать ее Фрэнки. — В ту квартиру, которую ты снимала, ты вернуться не можешь. Такой парень, как этот твой Доминик, не позволит тебе жить в какой-то дыре, когда ты ждешь от него ребенка.

— В том-то все и дело. Он пытается купить меня, а мне нужна любовь. А раз он меня не любит, я должна уйти.

— Ты ошибаешься, Мэт. — Фрэнки вздохнул. — Вспомни, как мы жили. Ты такой судьбы хочешь своему малышу в то время, как у тебя есть возможность дать ему намного больше?

— Не преувеличивай. Кроме того, моя работа…

— А как долго ты сможешь работать? — Он посмотрел на нее задумчивым взглядом, затем опустил глаза в явном смущении. — Тебе некуда деваться, Мэт, разве что вернуться в мой дом… Я бы и рад тебе помочь, но тут такое дело…

— Фрэнки, жалуясь тебе, я вовсе не имела это в виду… — Но тут любопытство одолело Мэтти. — А в чем дело?

— Твой Доминик — не единственный, кто собирается стать отцом. — У Фрэнки был смущенный и одновременно радостный вид. — Понимаешь, Мэт, еще до того, как мы расстались, я начал встречаться кое с кем. Ее зовут Шэнон. Я ненавидел себя за то, что приходится обманывать тебя, но и сказать не мог, зная, что тебе некуда уйти. Прости меня, малышка… — Он виновато вздохнул и взъерошил пятерней свои волосы. — Теперь она переехала ко мне и вряд ли обрадуется, если я предложу пожить у нас своей бывшей девушке.

Удивление, запоздалая обида и радость за Фрэнки, который был определенно счастлив, — все смешалось в душе Мэтти. Радость победила, и, подойдя к нему, она обвила его шею руками.

Фрэнки тоже обнял ее, и в этот момент входная дверь распахнулась. В квартиру стремительно вошел Доминик.