Что слаще свободы? - Кэрол Мортимер

– Стакан вина. – Он указал на откупоренную бутылку, которую женщины открыли для себя перед ужином. Мерилин обожала соблюдать все правила и традиции, даже когда за столом собирались лишь она и дочь. Поэтому стол в этом Доме всегда был накрыт как для торжественного случая.

Гейл налила бокал вина и передала Джонатану, затем сама отпила глоток из своего. А в голове ее все время вертелся вопрос: что привело Хантера в их дом?

– У тебя все в порядке? Как семья? – Девушка интересовалась этим просто из приличия, ибо не далее как вчера пила кофе с Абби и была в курсе всех событий.

– Все великолепно, все здоровы и счастливы. – Голос Хантера звучал уверенно. – Но я пришел поговорить совсем о другом, – сказал он и залпом осушил свой бокал вина.

Взгляд Гейл стал тревожным:

– Хорошо. Но может быть, нам пройти в гостиную? Или все же удобнее беседовать прямо здесь?

Хантер прищурился и испытующе взглянул на собеседницу:

– Лучше здесь. – И словно в доказательство того, что на кухне разговаривать приятнее, мужчина удобно расположился на одном из двух высоких стульев возле бара. – Бен заходил проведать меня сегодня вечером, – начал Джонатан.

Девушка прижалась спиной к кухонному шкафу, во всей ее фигуре и позе еще ощущались тревога и напряжение.

– Кажется, мистер Тревис очень подружился с моей мамой. – Мисс Ройал вспомнила свой последний разговор с Мерилин, и на душе у нее потеплело. – Я полагаю…

– Мой друг сказал мне, что миссис Палмер уже очень близка к полному выздоровлению, а это означает, что ты скоро станешь свободна и сможешь вернуться к нормальному образу жизни, – одним духом выпалил он.

А Гейл испытала необыкновенную радость от слов Джонатана: ведь Бен подтвердил другу то, что ее мать поправляется, а что может быть прекраснее такой новости! Вторая же мысль Хантера явилась для мисс Ройал полной неожиданностью: она никогда не думала о будущем без тревог и проблем! А теперь придется поразмышлять и над этим, но это все очень приятные думы!

– Полагаю, ты прав, – медленно произнесла Гейл.

Хантер нервно усмехнулся:

– Еще Бен сказал мне, что на днях встретил в вашем доме Ричарда Крейвена.

«Похоже, мистер Тревис просветил друга по многим вопросам, и полученная информация о бывшем моем женихе явно пришлась Хантеру не по вкусу! Вот почему, когда он вошел, у него было такое мрачное выражение лица!» – догадалась девушка.

Однако сведения относительно Ричарда были не совсем верны: Бен столкнулся с соперником Хантера при входе в дом, на крыльце. Мистер Тревис вошел и был обласкан хозяйками, Крейвену, напротив, в приеме было отказано, причем в столь решительной форме, что экс-жених был явно удивлен переменой в характере мисс Ройал, – ее слова звучали жестко и безапелляционно. Ричард, в памяти которого несколько потускнели прежние угрозы Хантера и который решил еще раз попытать счастья и пригласить Мерилин на новую роль, после отповеди понял, что здесь ему делать нечего.

Но зачем Бену понадобилось докладывать другу об этой эпизодической встрече? Ведь мистер Тревис всегда такой умный и тактичный… И почему Мерилин начала тот разговор о любви и счастье до прихода Джонатана? Чего пытаются добиться эти два добрых, достойных пожилых человека от молодой пары? Они явно что-то задумали…

– Джонатан, полагаю, мы с тобой…

– Да, да, точно, мы с тобой, – обрадованно перебил опять Хантер. – О нас как раз и речь. Если ты, Гейл, считаешь, что я позволю этому проходимцу вновь ворваться в твою жизнь, то сильно ошибаешься! Я ему просто сверну шею! Он уже натворил достаточно всяких бед! – даже не пытаясь более скрывать свою ярость, воскликнул Хантер. – Если в прошлый раз он недостаточно хорошо меня понял, то…

– Значит, ты уже говорил с Ричардом? Угрожал ему? – Изумление читалось в огромных глазах Гейл и в интонациях голоса. – Когда? Зачем?

– За день до того, как Крейвен прислал букет Мерилин, у нас с ним был сугубо мужской разговор. – Собеседник весело фыркнул, вспомнив тот забавный эпизод, затем морщинки снова проложили дорожки на лбу. – А те цветы действительно предназначались твоей маме?

Гейл сразу вспомнила, как помрачнел Джонатан, увидев подарок Ричарда. Так вот в чем причина!

– Разумеется, ей, – мягко успокоила девушка любимого. – И вообще меня очень тревожит твое желание вновь встретиться с моим бывшим женихом. Зачем тебе это нужно?

Хантер стоял собранный, напряженный – ни дать ни взять боксер на ринге, готовый к трудному поединку.

– Господи, да затем, чтобы он больше не смог причинить тебе вред, сделать больно! Да он вообще недостоин твоего внимания, не смеет даже стоять рядом с тобой! – хрипло сказал Джонатан.

– По-моему, такие вопросы следует решать лишь мне самой, – ласково ответила собеседница, тая от блаженства.

Он упрямо покачал головой:

– Нет, ты слишком прислушиваешься к своим чувствам, порывам, тебе не хватает жесткости. Сейчас, например, ты весела, а через минуту можешь зарыдать. Нельзя принимать жизненно важные решения в таком эмоциональном состоянии! – строго завершил нотацию влюбленный.

– Но я знаю одного мужчину, который бывает одно мгновение приветлив, очарователен, заботлив, а в следующее мгновение холоден, суров, отчужден, – напомнила мисс Ройал.

– Это ты обо мне? – ошарашенно спросил Джонатан.

Девушка приняла невинный и озадаченный вид:

– Разве? Портрет похож на вас, мистер Хантер? Хорошо, оставим шутки. Давай поговорим о другом. По-моему, моя мама и Бенджамин решили поиграть с огнем, – мисс Ройал тяжело вздохнула, – Ричард Крейвен меня совершенно не интересует, а в тот вечер, о котором шла речь, моего бывшего жениха просто-напросто выставили из этого дома. Уж не знаю, что тебе рассказал твой друг об этом событии. Далее. Как раз перед твоим приходом мама пыталась выведать у меня, как я к тебе отношусь. Сопоставив все факты, приходим к выводу, что эта парочка составила заговор, – завершила излагать факты девушка.

– Но с какой целью они это сделали? – удивился Джонатан.

Гейл заглянула Хантеру в глаза. Ей хотелось сказать любимому, что эти двое мудрых, поживших на белом свете людей прекрасно поняли, сколь несчастна она была, как сильно страдала и мучилась. И две эти добрых души, видя к тому же, что Гейл и Джонатан обожают друг друга и стали бы идеальной парой, захотели немножко помочь, подтолкнуть влюбленных к принятию единственно правильного решения. Ну как объяснишь все это сейчас Хантеру?

Девушка облизала пересохшие от волнения губы:

– Что ж, ты все верно говорил о моем характере, Джонатан, и сейчас я вновь хочу дать волю эмоциям… Не так давно я встретила мужчину и безумно полюбила, впервые и по-настоящему! – Казалось, мисс Ройал выговорила все это на одном дыхании.