Реванш - Ли Уилкинсон

А когда она спросила Эндрю, знает ли он их секретаря, он ответил, что нет…

Он лгал!

Теперь все выстраивалось в единую картину. Тогда, перед первой их встречей в ресторане, именно Эндрю сидел с Харменом за столом. Вот почему ей всегда казался таким знакомым его затылок.

У Бэл пересохло в горле. Зачем ему потребовалось общаться с Харменом? Что он замышлял? Ужас сковал ее, и сердце бешено забилось. Кто стал ее мужем? Подлый лгун, которому нельзя доверять?

Глубоко вздохнув, она попыталась успокоиться. В прошлый раз сомнения в его нравственности развеялись довольно быстро. А как насчет его деловой морали?

Она вспомнила, что говорил отец: «…его деловая репутация безупречна… все сходятся в том, что он справедлив и честен…»

Если это правда, значит, должно быть какое-то безобидное объяснение его знакомству с Харменом.

Сделав еще одну попытку перебороть собственные страхи, Бэл твердо сказала себе, что это день ее свадьбы и непозволительно портить его. Пока она не поговорит с мужем с глазу на глаз, лучше забыть о своих подозрениях…

Подняв глаза, она встретилась с ним взглядом и, испытав небольшой шок, поняла, что все это время он держал ее под наблюдением, видимо стараясь проникнуть в ее мысли.

Отведя от нее взгляд, Эндрю сосредоточил свое внимание на Петере и обыденным тоном произнес:

– Самое время как следует познакомить вас с моим сводным братом. Бэл… Петер… Это Джонатан Филе.

Бэл стояла как вкопанная, пока Петер уточнял:

– Сын Конрада Филе?

– Совершенно верно.

Эндрю говорил, что его мать вышла замуж второй раз за лондонского бизнесмена, но скрыл тот факт, что ее вторым мужем был Конрад Филе.

Петер тоже был поражен.

– Какой сюрприз! – изумился он и, обращаясь к Джонатану, добавил: – Я очень расстроился, когда узнал, что ваш отец и мачеха погибли во время пожара в том отеле.

– Да, это большое горе – потерять сразу обоих, – признал Джонатан.

Он был молод, не больше двадцати одного – двадцати двух, с узким лицом и умными голубыми глазами. Пожав протянутую Петером руку, он вопросительно взглянул на Эндрю.

– Не возражаешь, если я поцелую невесту?

– Пожалуйста.

Коснувшись губами застывшей щеки Бэл, Джонатан заметил:

– Эндрю повезло.

– Спасибо, – она все-таки сумела выдавить улыбку.

Петер, нахмурившись, возмущенно спросил у дочери:

– Почему ты мне не сказала, что Эндрю – пасынок Конрада?

Находясь в таком состоянии, словно ее сбил автобус, Бэл ответила:

– Меня об этом не проинформировали.

Джонатан взял за руку симпатичную брюнетку, стоявшую рядом с ним.

– А это моя жена. Пенни. Мы тоже поженились совсем недавно…

Краем уха прислушиваясь к разговору, Бэл пыталась прийти в себя после очередного удара.

Что за игру затеял Эндрю? Всего несколько дней назад он интересовался ее мнением о Конраде Филе, но ни слова не сказал о том, что является его родственником. Почему он хранил это в секрете? Хоть он и весьма непростой человек, трудно себе представить, чтобы он делал это развлечения ради. Должна быть какая-то серьезная причина…

И почему он решил раскрыть свой секрет именно в день свадьбы?..

С такими мыслями Бэл делала вид, что поглощает пищу. Она даже умудрялась улыбаться и иногда как ни в чем не бывало участвовать в разговоре.

Наконец она с облегчением услышала слова новобрачного:

– Если мы хотим успеть в аэропорт, то тебе пора идти переодеваться.

– Помочь? – робко предложила Пенни.

– Да, пожалуйста, – улыбнулась Бэл девушке, которой на вид было чуть больше восемнадцати, и, оставив мужчин за разговором, повела ее в свою комнату.

Пока Пенни помогала ей освободиться от шуршащего свадебного платья и надеть коричневый шелковый костюм, Бэл заметила:

– Джонатан сказал, что вы не так давно поженились?..

– Всего месяц назад, – покраснела Пенни.

– Ты хорошо знаешь Эндрю?

– Вообще-то не очень. Он был на нашей свадьбе, но с тех пор мы встречались только пару раз. Честно говоря, я его немного побаиваюсь.

– Да ну?

– Даже Джонни испытывает перед ним благоговейный страх.

– Конечно, у них же большая разница в возрасте, – успокаивающе заметила Бэл.

– Почти десять лет. И они никогда не были, как говорится, близки. Когда мать Эндрю вышла за отца Джонни, Эндрю уже вырос и много путешествовал. Только недавно он взял Джонни под свое крыло. Когда случился тот ужасный пожар, Джонни еще учился в колледже. Денег не было, и вообще дела шли плохо…

Затем доверительным тоном Пенни продолжила:

– Мы даже не собирались жениться до следующего года, пока не обнаружили, что должны… Эндрю был очень добр к нам. Он оплатил свадьбу, устроил Джонни на работу к себе в банк и купил нам дом в качестве свадебного подарка. Поэтому мы так обрадовались, когда он сказал нам, что тоже женится. Он заслуживает счастья…

Раздался стук в дверь, и в дверном проеме появилась голова миссис Пиггот.

– Мистер Шторм просил передать, что вещи уже в машине. Пора ехать в аэропорт.

– Мы сейчас, – пообещала Бэл.

Повязав оранжевый шарфик, она в порыве чувств обняла Пенни.

– Спасибо за помощь… И хоть ты уже замужем, я хочу отдать тебе вот это, – и вручила девушке свой букет.

– Как здорово! – обрадовалась Пенни. И уже на лестнице с улыбкой добавила: – Думаю, мы теперь… в каком-то смысле сводные сестры.

Эндрю с невозмутимым лицом ждал в холле. Если его терпение и было на исходе, то виду он не показывал.

Когда они спустились с лестницы, он протянул Бэл сильную руку. С чувством, близким к отвращению, она вложила в нее свою.

Тут появились Петер и Джонатан. После обмена объятиями, поцелуями и рукопожатиями, молодоженов усыпали лепестками роз и долго махали вслед их машине.

Отчаянно желая поговорить с Эндрю и развеять свои страхи, Бэл повернулась к нему. Но он глазами попросил ее молчать: стеклянная перегородка не была поднята, и он не хотел, чтобы Бридж слышал их разговор.

Поняв, что таким образом он уклоняется от объяснений, разозленная Бэл прикусила губу и сосредоточилась на виде из окна.

Через какое-то время он произнес:

– Ты не спросила, куда мы едем.

Когда она никак не отреагировала, он продолжил: