Он не ангел - Линда Ховард

Что делать! Выход в Интернет для перевода двух миллионов баксов онлайн ей просто необходим. Чтобы подключиться к Интернету, нужен лэптоп. А чтобы приобрести лэптоп, нужна наличность.

Замкнутый круг. Когда Дреа явилась в салон сотовой связи, решив купить для своего новенького лэптопа беспроводную карту, с помощью которой она могла бы подключиться к беспроводному доступу, оказалось, что для этого нужно либо иметь адрес, куда будут присылать счета, либо дать согласие на ежемесячный вычет необходимой суммы со счета в банке.

– Конечно, почему нет? – пробормотала она худенькому латиноамериканскому созданию, обслуживавшему ее в магазине. Банковские реквизиты у нее, разумеется, были с собой, в сумке – ведь два часа назад она открыла счет.

Все-таки она исходила только из своего предположения. Не сомневаясь, что Рафаэль ее ищет, Дреа, однако, не имела никаких подтверждений тому, что он для этого кого-то нанял. Возможно, он ограничится помощью Орландо. Это при самом благоприятном раскладе. Без сомнения, Орландо разбирается в компьютерах, но проникнуть в систему Налогового управления, Дреа знала, ему не по силам.

Да и Рафаэль ему этого не позволил бы. Привлекать к себе внимание налоговиков, чтобы они потом совали нос в его финансы, ему вовсе ни к чему. Ведь именно Налоговое управление уничтожило Аль Капоне. Денежные хлопоты в течение последней недели показали Дреа, насколько прозрачны все банковские операции и как сложно перемещать средства тайно. Неудивительно, что отмывание денег – такой востребованный бизнес. А как еще, спрашивается, драг-дилерам легализовать такую кучу наличных, как иначе ими пользоваться?

Возможно, Рафаэль кого и нанял, чтобы ее выследить, но не обязательно его. Ведь этот киллер берет очень, очень дорого. Рафаэль, должно быть, уже распрощался со своими миллионами – он знает, что, упав на ее счет, деньги стали ему недоступны. Захочет ли он, потеряв два миллиона, тратиться еще и на киллера?

Захочет. В этом нет сомнений. Рафаэль будет метать громы и молнии и в своем гневе окажется способен на все. Учитывая род занятий киллера, тот скорее всего в курсе всех нюансов, связанных с переводом денег и их обналички.

Именно этот вопрос она не проработала до конца, и он оказался самым уязвимым местом в ее плане. Она действовала второпях, импульсивно, и вот теперь ей приходится расплачиваться за свою поспешность. «Неужели жизнь меня так ничему и не научила», – с горечью думала Дреа. Ее эмоциональность все только испортила, затмив суть дела и все значительно осложнив. Нужно было плюнуть на предательство Рафаэля, успокоиться, перетерпеть и все как следует продумать. Можно было подождать, заранее открыть счет в офшорной зоне, подальше от назойливого Налогового управления, и только потом делать ход конем.

Что ж, у нее еще есть драгоценности, которые можно сбыть. Лучше всего, наверное, их продать на «eBay» или еще на каком сайте. Это не получится сразу. Однако теперь у нее есть лэптоп, можно начать. Она не разорена и не беспомощна, как это было когда-то. У нее есть варианты.

Единственное, чего у нее нет, так это времени. С тех пор как она бежала из Нью-Йорка, прошел не один день, и у него была возможность ее найти. И он сделает это, если только она не бросит, по крайней мере на время, свою затею получить два миллиона наличными. Но сколько времени придется ждать, прежде чем все успокоится и она сможет взять деньги? Год? Два? Пять? Нет, надо действовать стремительно.

Сейчас она не может обналичить даже эти восемьдесят пять тысяч. Взять их не менее рискованно, чем два миллиона. У Дреа оставалось немного наличности и имелись драгоценности, но если жить на это какое-то время еще можно, то достать новые документы, чтобы исчезнуть, нереально. И никакого дома, собственного дома, у нее не будет. Ей придется устроиться на работу без оформления, где зарплату будут выдавать в конверте, скорее всего официанткой в какой-нибудь гадючник. Она такую жизнь уже видела и возвращаться к ней не намерена.

А раз так, нужно действовать, невзирая на риск.

Наконец, сделав все необходимое, Дреа позвонила миссис Пирсон.

– Я все подготовила, – сказала Дреа. – И лэптоп, и беспроводной доступ.

– Хорошо! Заявление у меня составлено. Я ухожу с работы в пять. Мы можем встретиться… где?

– Не знаю. Дайте подумать. – В таком маленьком городке, как Гриссом, и места подходящего не найти. Кафе не подойдет: Дреа не хотела, чтобы ее, отрезав от машины, настигли в тесном пространстве с единственным выходом через кухню. Она была в этом кафе – там официантка получает тарелки из большого раздаточного окна. В задней части здания имеется дверь, за ней – туалеты и, наверное, кухня, но она не проверяла и точно сказать не могла. Лезть в раздаточное окно совсем не хотелось, потому что как раз под ним могла оказаться плита, то есть это кафе – самая настоящая ловушка.

Вот еще одни пример недоработки. Ей следовало все продумать до мелочей: ведь от этого может зависеть ее жизнь. Теперь, чтобы она ни делала, где бы ни очутилась, она постоянно будет ждать его появления. Ни о какой безопасности нет и речи, пока за ней тянется «бумажный» след, а чтобы от него избавиться, нужно время.

– Как насчет парковки у магазина «Все по одному доллару»? – в конце концов предложила она. У магазина имелось несколько выходов, и что еще играло ей на руку – парковка располагалась на углу двух улиц, расширяя выбор путей отступления. Человек, хоть немного знакомый с Дреа, никогда не стал бы ее искать у магазина «Все по одному доллару».

«Это вроде игры в шахматы», – с наслаждением думал Саймон. Какое удовольствие померяться интеллектом с кем-то вроде Дреа. Чаще всего его жертвы вели себя глупо, даже те, которым, казалось бы, сам Бог велел всегда быть начеку. Большинство его объектов, принимая все возможные меры безопасности, успокаивались и чувствовали себя абсолютно защищенными. А потеряв бдительность, совершали большую ошибку. Фатальную, можно сказать. Хочешь остаться в живых – всегда будь настороже, не считай себя в безопасности.

Саймон вылетел накануне днем и, приземлившись в местном аэропорту, арендовал пикап, чтобы в сельскохозяйственном районе не выделяться из общей массы. Остальной отрезок пути он проделал на автомобиле. На нем были джинсы, черные рабочие ботинки и синяя рубашка с коротким рукавом, какие обычно носят механики. Над левым карманом было вышито имя «Джек», а Джека знают все. Джеков повсюду пруд пруди, так что никто не обратит на него внимания. Кепочка вся в пятнах, темные очки и легкая небритость завершали образ.

Выбор средств маскировки на этот раз был ограничен: передвигаться по такому маленькому городку, как он часто делал, в инвалидном кресле, Саймон не мог, не желая привлекать излишнего внимания. Совсем ни к чему, чтобы возле него останавливались люди, предлагали помощь, интересовались, где он живет, удивляясь, что не встречали его раньше. Однако и его нынешний вид Саймона вполне устраивал: он сливался с толпой, что и требовалось.

Наверное, Дреа до недавнего времени не представляла, как трудно получить крупную сумму наличными. Теперь, надо думать, поняла. Можно, конечно, предположить, что она, как и большинство его жертв, считала: в этой тихой заводи ей ничего не грозит, ведь она ни разу не воспользовалась кредиткой, самолетом не летела и передвигалась только на автомобиле. Но это вряд ли.