Невозможно устоять - Эстер Модлинг

Боже! Им уже настолько не о чем разговаривать, что они готовы обсуждать подобную чушь! Какое ей дело до того, как выражается какой-то там молодожен Марк, которого она в глаза не видела!

- Да, вернулись еще на прошлой неделе и кажутся просто идиллически-счастливой парой.

- Рада за них.

- Я передам. Послушай, Памела, я никогда не задавался целью причинить кому-то вред...

- Оставь это, - махнула она рукой, - и давай лучше поговорим о Джулии и Марке.

- К черту их обоих! - возмутился Филип. - У нас своя жизнь, и... То есть я хотел сказать о другом. Мне очень жаль, что все так получилось, но у меня и в мыслях не было причинять вред твоему семейству.

- Возможно, - вздохнула Памела, - но именно ты заложил бомбу с часовым механизмом, которая взорвалась только сейчас. Да, теперь я понимаю, что, имея за плечами ту темную историю с Моникой Арленд, отцу не следовало возвращаться в политику. Если бы не ты, то этот скандал ему бы обязательно припомнил кто-нибудь другой, поэтому твоя вина здесь не слишком велика.

- Ты действительно так думаешь? - удивился он.

- Более того, мне даже кажется, что все произошедшее в каком-то смысле было неизбежно. Именно об этом я размышляла все те дни, что мы с тобой не виделись.

- Интересно, насколько я смогу тебя удивить, если скажу, что передумал писать статьи?

- В самом деле? Но почему?

- Ситуация.., изменилась. Кроме того, ты сама однажды сказала, что я вполне могу найти другую тему, - невесело усмехнулся он.

- Жаль, что мне так поздно удалось тебя убедить, - с поразительным безразличием ответила Памела. - Все, что мог, ты уже испортил, так что теперь об этом говорить.

- Ты считаешь меня виноватым во всем?

- Что теперь об этом говорить, - словно эхо повторила Памела, отворачиваясь.

Филип почувствовал, что еще немного - и она встанет и уйдет из его жизни навсегда. Потому надо было срочно сменить опасную тему.

- А ты знаешь, что сказал о тебе мой дед?

- Что для молодой леди я слишком дурно воспитана?

- Нет, что если бы он был моложе лет на тридцать, то приударил бы за тобой. Как тебя пятидесятилетний кавалер, устраивает?

- Так и сказал? Впрочем, это любимая фраза большинства стариков, как и выражение сожаления о том, насколько быстро течет время.

- Ты говоришь, что решила жить в Европе. А где именно?

- В Милане. Я обзавелась там немалым количеством связей, которые будет полезно возобновить, тем более теперь, когда у меня есть имя в профессиональных кругах.

Памеле нелегко далось это решение, но после всего произошедшего она поняла, что надо обзаводиться собственным домом. И Милан был для этого вполне подходящим местом...

Кроме того, чем дальше она будет от Филипа, тем скорее сможет забыть его.

- Как долго ты собираешься там жить? спросил он, подавшись вперед, словно бы для того, чтобы лучше слышать ответ.

Памела пожала плечами: мол, какая разница, да и кто это может знать?

- И все-таки? - настаивал Филип.

- Возможно, останусь навсегда.

- Не может быть!

- Почему? Я взрослая женщина и прекрасно могу о себе позаботиться. Разумеется, я стану наезжать сюда, чтобы навестить Мелани и моих племянников, но это едва ли не единственная причина, которая будет связывать меня со Штатами. Кстати, если ты когда-нибудь окажешься в Милане, милости прошу, заходи...

- Но как я тебя там найду?

- Мой телефон будет в справочнике.

- Под фамилией Гиффорд или под какой-нибудь другой?

- Все может случиться, - устало улыбнулась Памела и подумала, что сменит фамилию, только если выйдет замуж, а в скором будущем это было маловероятно. Чтобы забыть Филипа, потребуется много времени, а ведь они знакомы всего около месяца...

- Не сомневаюсь, что тебе будет сопутствовать удача в делах.

- Надеюсь. Ладно, я и так уже отняла у тебя слишком много времени. Возвращайся домой, пока твой дед не заскучал окончательно.

- Странно, - пробормотал Филип, - но я никак не могу поверить в то, что твой отец окончательно отказался от...

- Он не отказывался! - воскликнула Памела. - Просто когда к твоему виску приставляют заряженный пистолет, у тебя не оказывается выбора.

- И ты хочешь сказать, что этот пистолет приставил я?

- А кто же еще?

- Но я же не собираюсь публиковать ничего, могущего его скомпрометировать!

- Пока не собираешься...

- Вообще не собираюсь!

- Тогда тебе бы следовало сообщить об этом моему отцу. Хотя не думаю, чтобы это имело какое-то значение. По-моему, он уже окончательно все для себя решил.

- Но ведь можно еще и передумать!

- Слишком поздно...

Произнося эту фразу, Памела думала не только об отце, но и о своих отношениях с Филипом. Как жаль, что он так долго упорствовал в своем намерении опорочить ее отца накануне выборной кампании, и вот теперь, когда наконец-то согласился оставить свой замысел, все оказалось поздно, слишком поздно.

- Это мы еще посмотрим! - решительно заявил он.

- Прошу тебя, пусть все остается как есть... - для большей убедительности Памела даже положила ладонь на его стиснутую в кулак руку, пока кому-то не стало еще хуже.

Он мельком взглянул на нее и сжал губы. Потом решительно встал.

- Если я когда-нибудь окажусь в Милане, то обязательно тебе позвоню.

- Звони, - как можно более безразличным тоном произнесла Памела, чувствуя, как к горлу подступают рыдания, - ведь наступил момент прощания.

Сколько раз она твердила ему, что не хочет его больше видеть, однако именно он простился с ней первым. Одна только мысль об этом была способна разбить ее сердце!