Фея из Голливуда - Клэр Хант

— Фея, взгляни правде в глаза…

— Уходи! Не желаю больше слышать этот вздор!

— Фея! — В палате появилась мать. — Сию минуту успокойся. Мистер Пауэр…

— Уже ухожу. Может, вам удастся вразумить вашу дочь.

— Не понимаю, зачем ты пускаешь к себе этого молодого человека, — сказала миссис Гриффитс, когда Майкл ушел. — Он каждый раз расстраивает тебя. А это вредно для ребенка. На сегодня хватит посетителей. Тебе лучше поспать…

— Какого еще ребенка? — Фея вскинула брови.

— Твоего, конечно же, милая! Тебе и так пришлось многое пережить, не хватало еще этого молодого человека с его…

— Мама, какого ребенка?

— Ты всегда была вспыльчивой. Фея, неужели ты не знала, что беременна?

Беременна? Неужели та первая ночь с Питом?

— Мама, ты уверена?

— Я врач, к твоему сведению. Мне ли не знать, когда женщина беременна, — покачала она головой.

— Но ты, похоже, не удивлена?

— Нет, конечно. Правда, я была немного разочарована, что ты не сказала мне, но поскольку ты уверяешь, что ни о чем не догадывалась…

— Я и понятия не имела, — прошептала Фея.

— Если только отец не этот малосимпатичный молодой человек, то я не возражаю стать бабушкой.

— Нет, Майкл не отец…

— Ну, слава богу!

— Отец Питер Стюарт, — вздохнула Фея, все еще не веря случившемуся.

Невозможно поверить, что скоро она станет матерью ребенка Пита. Он должен об этом знать!

— Я так и решила, когда он появился. Мне нравятся мужчины, которые знают, чего хотят, даже если для достижения своих целей им приходится иметь дело со мной.

— Думаю, мне все-таки надо немного отдохнуть, мама. Ты не против?

— Вовсе нет! Фея, я вот что хочу сказать. Я была, не лучшей матерью для вас с братом, но я все равно счастлива, что у тебя будет ребенок.

— Вряд ли Пит захочет жениться на мне.

— Моя дочь в состоянии бороться с трудностями.

— Стать одинокой матерью?

— Вздор! Ты ведь хочешь этого ребенка?

— Да!

— Тогда все остальное не имеет значения. Мы с отцом будем помогать тебе и…

— Папа тоже знает?

— Естественно. Но ни о чем не беспокойся. Мы с ним все обсудили и…

— Уверена, Пит тоже захочет помочь.

— А ты сама этого хочешь?

— Я хочу, чтобы мой ребенок знал своего отца. А Пит не из тех, кто боится ответственности.

— Дорогая! — Мать сжала Фее руку, и в ее карих глазах блеснули слезы.

— Все будет хорошо, мамочка! Я ведь твоя дочь, не забывай.

Когда мать ушла, Фея взяла дневник Грейс. Начав читать, она поняла, что эти строки написаны женщиной, совершенно сломленной, у которой были все основания возненавидеть Пита.

У Грейс вовсе не было выкидыша: лечащий врач и Пит убедили ее сделать аборт. Пит уговорил ее, сказав, что у них еще будут дети. Слезы струились по щекам Феи, когда она читала о страданиях Грейс. Она ни разу не упрекнула Пита, зная, что он мечтал о ребенке не меньше ее и тоже страдал. И вот за неделю до ее гибели Пит сообщил, что у нее не может быть больше детей, потому что врачи были вынуждены прибегнуть к облучению. Грейс оставила его, уехала в Лос-Анджелес. Жизнь превратилась для нее в пытку. Грейс каждую минуту переживала свою страшную потерю.

Последние строчки были написаны в утро ее гибели. Грейс писала, что сделала выбор, что она не в силах изменить прошлое, но может изменить будущее. В восемь вечера ее уже не было в живых.

Неужели она сама направила машину в дерево? Полиция сообщала, что на дороге не обнаружено следов других транспортных средств, а у машины Грейс не было никаких механических повреждений.

Пит был убежден, что Грейс покончила с собой, потому что он обманул ее. Теперь Фея понимала, почему он так презирал себя. Однако сердце у нее разрывалось от жалости к Грейс и Питу, которым столько пришлось пережить. Пит считал себя виновным в гибели жены. Но он ошибался насчет Феи, потому что она по-прежнему любила его. Ей хотелось увидеть его, чтобы сказать, что ее чувства к нему остались неизменными.

Фея спустила ноги на пол и встала впервые за четыре дня, отчего у нее тут же закружилась голова. Надо одеться и вызвать такси, чтобы ехать к Питу.

— Что ты делаешь? — раздался в дверях голос Майкла. — Я пришел извиниться за свое вчерашнее поведение.

— Неужели?

— Похоже, мы в последнее время только и делаем, что ссоримся. И повздорим опять, если ты не ответишь, куда собралась. Тебе надо лежать! — Майкл вовремя подхватил Фею, иначе бы она упала. — Куда ты собралась?

— Будь любезен, достань мою одежду из шкафчика.

— Но…

— Прошу тебя, Майкл! Ты сам сказал, что больше не хочешь ссориться.

— Не понимаю, какая муха тебя укусила… Что это? — Майкл взял с кровати дневник Грейс.

— Тебя это не касается! — Фея попыталась выхватить у него тетрадку. — Майкл, отдай! — воскликнула она, когда он принялся перелистывать страницы. — Это дневник Грейс.

— Откуда он у тебя?

— Пит дал. Кто же еще?

— Полагаю, ты собралась к нему?

— Да!

— Я тебя отвезу.

— Даже так?

— Мне ведь не удастся отговорить тебя?

— Ни за что!

— Тогда я хочу убедиться, что ты доедешь в целости и сохранности.

— Спасибо тебе!

— Не стоит благодарности. Мне все равно кажется, что ты совершаешь большую ошибку…

— Не начинай, прошу тебя!

— Тебе помочь одеться?

— Я справлюсь.

Правда, она была не совсем уверена каким образом. Голова у нее кружилась, ноги подкашивались… Майкл остановился в дверях.

— Позови, если возникнут трудности.

Фее потребовалось десять минут, чтобы одеться.

— Что ж, неплохо, — заметил Майкл, когда Фея, чуть шатаясь, вышла к нему. — Конечно, на конкурсе красоты тебе не победить, но все же…

— Мисс Гриффитс, куда это вы собрались? — раздался голос медсестры.

— Мистер Пауэр повезет меня…

— Он никуда вас не повезет, — отчеканила сестра. — Вам нельзя вставать. — Она неодобрительно взглянула на Майкла. — Мне прекрасно известно, что вас еще не выписали.

— Я ненадолго, — попыталась возразить Фея.

— Это вам не гостиница, мисс Гриффитс. Мы не позволяем нашим пациентам уходить, когда им заблагорассудится…