Девица на выданье - Шейла Бишоп

– Если мы собираемся осмотреть знаменитый грот, – сказал мистер Калтер, – нам следует поторопиться. Погода может испортиться. – И он двинулся к ступеням.

Харриет пришла в отчаяние.

– Боюсь, сегодня вам не удастся увидеть грот, сэр.

– Не удастся! – повторил он. – Умоляю, скажите почему?

– Во внешней стене образовалась трещина, – проговорила Харриет в приступе неожиданного вдохновения. – Мы боимся пускать туда людей, потому что есть опасность камнепада.

Тут в гроте послышался глухой шум, за которым прозвучало ругательство.

Мисс Никсон коротко вскрикнула, а миссис Калтер воскликнула:

– Там кто-то есть!

– Это мистер Верни Кейпел. Он пришел посмотреть, насколько сильны разрушения. Полагаю, он сейчас выйдет оттуда.

Говоря это, Харриет повысила голос и пододвинулась ближе к входу. По-видимому, Верни услышал ее, потому что тут же подал свою реплику и появился из глубины грота, разгоряченный и несколько взволнованный, что было вполне понятно, и принялся мрачно рассказывать о том, что трещины в гроте необходимо заделать, чтобы не случилось чего-нибудь похуже. Он тайком подмигнул Харриет.

Мистер Слингсби был глубоко разочарован. Его кузины встревожились и начали с непосредственностью выражать свое недовольство.

– Значит, вы понапрасну заставили нас проделать весь этот путь, – заметила миссис Калтер. – Мы просто взмокли, пока сюда добрались. Полагаю, нам следовало остаться в экипаже. А теперь нам придется пройти еще милю под дождем. – И она недвусмысленно посмотрела в сторону коляски.

– Думаю, я вообще не смогу идти, – проговорила мисс Никсон страдальческим голосом. – Мы уже столько прошли, а мои туфли такие тонкие...

Харриет тут же отнесла ее к числу тех женщин, которые пускаются в путь только для того, чтобы у них разболелась голова или устали ноги. Дождь припустил по-настоящему, и теперь уже все откровенно смотрели в сторону коляски.

– Вы должны позволить мне довезти вас до дома, – сказал Верни. У него и вправду не оставалось другого выбора.

Гости приняли это предложение с благодарностью. Места было достаточно для всех, но Харриет отступила назад, не зная, чего от нее хочет Верни.

– Садитесь, Харриет, будьте так добры, – твердо проговорил Верни.

Он не мог оставить ее сторожить Хенчмана, да и на самом деле непонятно, какую пользу это могло бы принести.

Верни повез их по западной дороге. Небо потемнело, словно налилось свинцом, и в этом металлическом свете трава и деревья казались мертвенно-бледными, их зелень стала болезненно-тусклой, как на болотах в тропических джунглях.

Когда верх коляски был опущен, Харриет на мгновение окинула взглядом этот странный мир. Что будет, если мистер Слингсби начнет расспрашивать сэра Ричарда насчет повреждений в гроте, гадала Харриет. А он непременно это сделает.

Верни эффектно подкатил к парадной двери, выяснилось, что ее светлость дома, но сэр Ричард уехал в Саутбери и его ожидают только к ужину. Харриет вздохнула с облегчением, хотя это и означало, что Верни придется остаться с гостями и изображать из себя радушного хозяина.

Следуя за лакеем в дом, Харриет вопросительно взглянула на Верни. Ей хотелось спросить, что будет с Хенчманом, сможет ли он выбраться. Верни скорчил гримасу, которая ей ничего не сказала.

Джулия была в маленькой гостиной (называемой так, чтобы отличать ее от белой гостиной и китайской гостиной) с Китти и Диком, и в этот дождливый день они занимались тем, что разбирали семейную коллекцию римских монет. Харриет увидела Джулию в первый раз с тех пор, как выслушала отвратительное повествование миссис Сэттл о том, что делала Джулия три года назад в Уидкомбе. Радости и горести тайной жизни – эти жестокие спутники страсти и печали – совершенно невозможно было даже мысленно соединить с элегантной леди Кейпел, живущей в надежном укрытии мужнего дома в обществе приемных детей. Что это меняет? Делает ли это ее менее виновной или более бесстыдной? Не замечая испытующего взгляда Харриет, Джулия сказала все, что подобает в подобных случаях, и стойко переносила всю утомительность визита мистера Слингсби.

Беседа была чрезвычайно неинтересной и касалась главным образом грозы, которая обрушилась на долину плотными струями дождя. Каждые несколько секунд небо вспыхивало молниями. Каждая вспышка безжалостно-ослепительного света сопровождалась раскатами грома.

Гости то и дело говорили, что впечатление просто поразительное, и что погода после грозы станет гораздо приятнее, и что фермерам нужен дождь.

– Но навряд ли в таком количестве, – насмешливо заметил Верни.

– После грозы мы, вероятно, почувствуем себя лучше, – промямлила мисс Никсон, – но в настоящее время мое самочувствие далеко от хорошего. Гром чересчур силен для моей конституции. Я знаю, Хелен, ты думаешь, что я – глупенькая.

– Ну, я не думаю, что вы глупенькая, мисс Никсон, – мягко вступила в разговор Джулия, заметив, что миссис Калтер намерена сказать нечто неприятное. – Не пересесть ли вам на другой стул, чтобы вы могли сидеть спиной к окну?

Под прикрытием этих разговоров и перемещений Верни удалось прошептать Харриет:

– Не тревожьтесь. Он надежно связан и не сможет бежать.

И прежде чем она успела ему ответить, всех ослепило белое пламя молнии. Затем последовал раскат грома, и сразу за тем – шум падения чего-то тяжелого.

Все тут же вскочили, и бедняжка мисс Никсон спрятала лицо в занавески, зажав уши руками.

– В нас ударило! – воскликнул Дик. – Как здорово! – И он побежал к двери, ведущей в холл.

– Стой здесь, глупыш! – Верни ухватил племянника за локоть, и они застыли, прислушиваясь к зловещей какофонии звуков, испускаемых разыгравшейся стихией..

– Что это было?

– Думаю, флюгер упал на центральный купол и разбил его. И стекла посыпались вниз, на главную лестницу.

Так и случилось. Когда Верни открыл дверь, они увидели битое стекло, рассыпавшееся по ступеням острыми, словно сосульки, осколками.

– Детская! – воскликнула Джулия. – Бедный Нед, он там, наверху, я должна немедленно пойти к нему! Прошу меня простить, мадам. Моему младшему приемному сыну всего восемь лет...

– Не обращайте на нас внимания, леди Кейпел. Гроза слабеет, и, если можно послать за нашим экипажем, мы отбудем, как только Матильда Никсон придет в себя. – Миссис Калтер натянула перчатки, презрительно посмотрев на свою страдающую подругу, которая уткнулась в свои нюхательные соли.

– Да, да, – присоединился к ней мистер Слингсби. – Мы не должны больше обременять вас, испытывать ваше гостеприимство.

Верни уже выскочил в холл. Он сказал, что им с Джулией лучше подняться в детскую по боковой лестнице. Появился дворецкий, вид у него был, как всегда, торжественный.