Сладостная пытка - Джейн Арчер

И прежде чем Александра успела опомниться, девушка исчезла. Совсем ребенок и мечтает стать шлюхой! Горда и довольна! Но какая жизнь ждет ее в противном случае?

Александра покачала головой, еще раз вспомнив о том, в какой мир попала.

Глядя на еду, она поняла, что снова проголодалась. Девушка подняла крышки серебряных блюд. Ужин мог бы удовлетворить самым взыскательным вкусам. Должно быть, у мадам прекрасный повар-француз.

Принимаясь за трапезу, Александра думала о том, как ей повезло – обстановка, кухня, одежда... О таком она не могла и мечтать. Не будь это бордель, она была бы абсолютно довольна всем и спокойно дожидалась бы поездки на плантацию Джармонов.

Завершив великолепный ужин, Александра удовлетворенно откинулась на спинку стула. Но долго отдыхать некогда – теперь у нее не осталось предлога провести здесь еще немного времени. Девушка встала, расправила юбки и, выйдя из комнаты, оказалась в длинном, устланном коврами коридоре.

Она направилась туда, откуда доносились тихий смех, голоса и мелодичная музыка. Остановившись на верхней площадке, Алекс изумленно взглянула вниз, в фойе, где две статуи греческих божеств держали зажженные факелы. Входные двери то и дело хлопали, пропуская посетителей.

Поеживаясь от неловкости, девушка медленно спустилась по лестнице и застыла на пороге гостиной, отмечая дорогие картины в позолоченных рамах, огромные зеркала и изящную мебель на гнутых ножках.

Беседа, и без того вялая, казалось, окончательно иссякла, стоило собравшимся в комнате заметить Александру. Девушка выпрямилась, слегка подняла подбородок, чуть раздвинула губы в улыбке и смело шагнула вперед. Мягкий зеленый шелк юбки зазывно обтягивал бедра. Александра словно плыла по гостиной, где в креслах расселись пятнадцать красавиц в ярких облегающих платьях.

– Александра! – обрадовано воскликнула мадам Лебланк, подходя к девушке. Хозяйка в переливающемся белом туалете с глубоким декольте выглядела едва ли не лучше своих питомиц. Сжав руки девушки, она искренне улыбнулась: – Как мило с вашей стороны присоединиться к нам! Пожалуйста, пойдемте со мной, я познакомлю вас с гостями.

Мужчины тотчас окружили Александру.

– Я хочу представить вам мадемуазель Александру! – объявила мадам Лебланк. – Она по – гостит у нас несколько дней и будет играть на фортепиано и петь. Мадемуазель недавно приехала из Европы и собирается обосноваться в Новом Орлеане, поэтому не стоит омрачать ее пребывание у нас. Тогда, возможно, она окажет честь нашему дому, оставшись здесь навсегда.

Послышался одобрительный шепот, и один из мужчин произнес с мягким южным акцентом:

– Позвольте мне угостить всех шампанским в честь мадемуазель Александры.

Предложение было тут же принято, и вскоре мальчишка-негритенок уже разносил пенящийся напиток. Александра тоже взяла с подноса хрустальный бокал, удивляясь, зачем мадам Лебланк понадобилось лгать.

Мужчина, заплативший за шампанское, подошел к Александре и, подняв бокал, громко произнес:

– За то, чтобы самая прекрасная женщина в Новом Орлеане еще долго оставалась с нами и мы могли узнать ее лучше, гораздо лучше!

Александра вспыхнула, а мужчина, тепло улыбнувшись, прошептал так тихо, что слышала лишь она одна:

– Вы и впрямь исключительная красавица... такая утонченность... Давно не видел женщины, обладающей способностью краснеть. Огромное удовольствие встретить вас, мадемуазель Александра.

Он коснулся ее бокала своим; присутствующие последовали его примеру. Александра быстро выпила шампанское, чтобы скрыть смущение, чувствуя себя намеренно выставленной напоказ. Однако она не могла не признать, что южанин отличался редкостной красотой, в которой, правда, не было ничего женственного. Идеальные черты дышали чисто мужской чувственностью, мимо которой не так легко пройти женщине. К сожалению, ростом он не отличался и был чуть повыше Александры.

Девушка невольно сравнила незнакомца с Джейком и нашла, что между ними нет ничего общего. Непокорные черные пряди спадали на лоб южанина; бездонные темные глаза взирали на нее с нескрываемым любопытством и жгучим желанием. Александре стало неловко под этим бесцеремонным взглядом, и она поспешно потупилась.

К ним подошла мадам Лебланк с бокалом шампанского в руке.

– Александра, познакомьтесь с Жилем Бомоном из старой известной семьи новоорлеанских Бомонов. Вижу, мадемуазель Александра быстро привлекла ваше внимание, Жиль.

– Я поистине очарован. Ваша красота и элегантность, мадемуазель, превосходят все, что я имел удовольствие когда-либо видеть.

В мягком тихом голосе слышался напевный креольский выговор, который Александра уже успела распознать в произношении мадам Лебланк. По правде говоря, в его лице было нечто смутно знакомое, но она никак не могла понять, что именно.

– Вы из Луизианы, мистер Бомон? – осведомилась девушка.

– Пожалуйста, зовите меня Жилем. Смею надеяться, мы станем большими друзьями.

Александра снова покраснела, поняв намек, но вслух ответила:

– Разумеется... благодарю вас, Жиль.

– Я действительно из Луизианы и владею большой плантацией.

Значит, не все южане остались обездоленными после войны!

– Как мило. Здесь такая чудесная природа.

В его глазах мелькнула боль, но мгновенно исчезла.

– Да, конечно, но вам следовало побывать здесь до войны.

– Прошу вас, никаких разговоров о войне, – вмешалась мадам Лебланк, – слишком много печальных воспоминаний.

– Не будете ли так добры поиграть для нас, мадемуазель Александра? – спросил Жиль.

– С удовольствием. Можно, мадам Лебланк?

– Пожалуйста, дорогая.

Проходя через комнату, Александра заметила, что мужчин прибавилось. Все, как один, выглядели самодовольными и преуспевающими – одежда и манера держаться говорили сами за себя. Но ни в ком не чувствовалось того аристократизма и благородства, что сквозило в Жиле Бомоне, тех качеств, что передаются из поколения в поколение и не покупаются ни за какие деньги. Она решила, что остальные, должно быть, просто янки, искатели удачи, недавно разбогатевшие выскочки, о которых упоминала мадам Лебланк. Какая разница между этими людьми и прославленными джентльменами-южанами, подобными отцу Джейкоба Джармона, избранника дочери Олафа, истинного южного аристократа. Наверное, теперь их осталось совсем немного.

Среди женщин не было ни одной некрасивой, все элегантно одеты, держатся с достоинством и, вероятно, могут потрафить любому, самому изысканному вкусу. И Александра впервые задумалась над значением слова «леди». Она всегда считала, что оно применимо к женщине хорошего воспитания и происхождения, но эти шлюхи вели себя и выглядели как настоящие дамы. С первого взгляда было почти невозможно отличить их от порядочных женщин. Так в чем же заключаются качества подлинной леди?