Букет фиалок - Терри Грант

— А что мне сказать? — деловито направившись к телефону, спросила Моника.

— Ну как что? Правду. Скажи, что ты моя подруга и что я сейчас занята и не могу с ними разговаривать.

— Тоже мне занята… — иронично хмыкнула Моника.

— Конечно. Я ведь сейчас пью шампанское, разве ты не видишь? — подняв бокал, улыбнулась Кэй.

Пока Моника разговаривала по телефону, Кэй заинтересованно наблюдала за своим мужем. Ласло, как они и договаривались, пригласил на свадьбу двух своих старых друзей, но вопреки ожиданиям Кэй они пришли без жен, с которыми, как выяснилось, давным-давно развелись, и без спутниц, присутствием которых, как можно было догадаться, не хотели портить себе вечер.

«А ведь Ласло до сегодняшнего дня тоже был разведен. Причем развелся он, как и его друзья, тоже очень давно… И я до сих пор не знаю, что именно заставило его сделать это — измена жены, как говорит он сам, или что-то другое, — меланхолично потягивая шампанское, размышляла Кэй. — Хотя теперь уже все равно. Теперь меня больше должен беспокоить другой вопрос: не испортят ли наше будущее те самые призраки прошлого, о которых только что говорила Моника?»

— Звонил Алекс Сэндос, — прервала ее размышления закончившая телефонный разговор Моника. — Он приглашает тебя и Ласло в свою галерею на какую-то там выставку. Я не очень хорошо поняла, на какую именно. Он говорил слишком быстро…

— Ах да… Точно, выставка… Она открывается завтра, и я обещала, что мы придем, — вспомнила Кэй. — Но из-за предсвадебной суматохи это обещание у меня просто вылетело из головы. Нужно будет перезвонить ему и извиниться. Следующую мы уж точно не пропустим.

— Зачем ждать следующую? — удивилась Моника. — У вас ведь завтра свободный день, да и мы с Эдвардом не торопимся возвращаться в Шопрон… Могли бы сходить все вместе.

Кэй сделала глоток шампанского и, бросив быстрый взгляд на Ласло, шепотом объяснила:

— Честно говоря, я просто не хочу идти на эту выставку. Из-за Ласло… Мы и так уже успели поссориться, когда Алекс сказал, что… — Она запнулась, видимо раздумывая, стоит ли продолжать.

— И что же он сказал? Неужели там будут какие-то провокационные или, лучше того, непристойные экспонаты? — задорно хохотнула Моника.

— Картины, — нехотя ответила Кэй и, немного помолчав, добавила: — Французского художника.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Моники.

— Ну вот, опять старая история… — с упреком протянула она. — А говорила «не мерещится», «давно забыла»… Как бы не так! Вы начали ссориться из-за него даже до свадьбы. Чует мое сердце, этот очкарик-живописец испортит вам еще не один день семейной жизни.

— Да хватит тебе причитать, — рассерженно оборвала ее Кэй, со стуком поставив бокал на стол. — Я ведь тебе сказала, что не хочу туда идти из-за Ласло, а не из-за Фабьена. И потом, это выставка не его картин, так что не нужно драматизировать…

Моника собралась было что-то сказать, но ей снова помешал звонок — на этот раз в дверь.

— Наверное, этот Алекс решил доконать тебя своими приглашениями, — раздраженно сказала она. — Теперь разговаривай с ним сама.

Моника распахнула дверь, впуская в квартиру незваного гостя, и Кэй сразу же услышала веселый возглас:

— Ого, да мы явились в самый разгар праздника! — произнес кто-то по-английски. — Гостей вижу… а где же новобрачная? Эй, Кэт, иди скорей сюда!.. Ты прислала такой роскошный венгерский флаг, что мне не терпится тебя обнять…

— Господи, Энн… — не веря своим глазам, пробормотала Кэй и бросилась на шею своей американской подруге. — Почему же ты не предупредила? Мы бы без вас не начали, — заметив ее спутника, высокого мускулистого парня в кожаной куртке с заклепками, с упреком продолжила она. — Когда мы разговаривали по телефону, ты сказала, что приедешь только в конце месяца.

— Так я же думала, что раньше не получится, — принялась оправдываться Энн. — Нам с Рэйфом не на кого было оставить магазин, но потом случайно подвернулась подходящая кандидатура, и вот мы здесь…

На громкие возгласы из гостиной вышли мужчины.

— Знакомьтесь, это Энн, — представила им свою подругу Кэй. — Девушка, которая несколько месяцев назад ни с того ни с сего подарила мне мотоцикл.

— Так и есть, — широко улыбнувшись, подтвердила Энн. — А это Рэйф… Мой парень, который много лет назад научил меня быть щедрой.

— И доброй! — радостно добавила Кэй. Пока гости знакомились с Рэйфом, она тихо шепнула Энн: — Твое предсказание сбылось, и я даже не знаю, как тебя благодарить. Моя жизнь теперь стала совсем другой!

— Будь счастливой. Это самая лучшая благодарность для меня, — тоже шепотом ответила Энн и уже громко продолжила: — Правда, есть еще кое-что, от чего я бы не отказалась. Это ночная прогулка по Будапешту. Я и не думала, что ваш город такой красивый. Он произвел впечатление даже на Рейфа, а это, поверьте мне, нелегко. Правда, планировка все же немного подкачала. Мы уже давно были бы здесь, если бы не колесили два часа по одному и тому же месту… Хорошо, что нашим скакунам это нипочем. Твой «харлей», кстати, тоже в полном порядке, я видела его во дворе, — благодушно подмигнула она Кэй.

— Могу поспорить, что она не расстается с ним ни днем ни ночью, — присоединилась к их разговору Моника.

— Тут и спорить не о чем, посмотри только на ее свадебный наряд, — рассмеялась Энн, — в таком может выходить замуж только заядлая мотоциклистка. Которая иногда торгует цветочками, — еще громче рассмеявшись, добавила она и обняла Кэй за плечи. — А вот ты, судя по всему, предпочитаешь машины, — предположила Энн, окинув мимолетным взглядом вечернее платье Моники. — И не какие-нибудь, а большие и комфортные. Ты, наверное, та самая подруга из турагентства, о которой мне Кэй по телефону все уши прожужжала?

Моника утвердительно кивнула:

— Она самая.

— А где же новоиспеченный муженек? — полюбопытствовала Энн, рассматривая собравшихся в гостиной мужчин. — Хотя нет, ничего не говори, я и сама догадалась по его прикиду. Сразу чувствуется влияние жены… Он что, тоже не прочь полихачить?

— Еще как не прочь, — улыбнулась Кэй.

— Придется подарить вам второй «харлей», — рассмеялась Энн. — Чтобы не было повода для склок.

— Найдется другой, — проворчала Моника.

Но Энн не обратила на ее реплику внимания.

— Хорошая у тебя квартира, — похвалила Энн, оглядывая гостиную. — А это что? Неужели рисуешь цветочки, когда сидишь в магазине?

— Тише! — шикнула Моника. — А то еще Ласло услышит…

— И что? — удивилась Энн.

— Как это что? Ты разве не в курсе? Это же нарисовал тот, другой…

— А-а-а, претендент номер два, — с улыбкой протянула Энн, многозначительно взглянув на Кэй. — Теперь понятно. — Она подошла ближе к картине и, внимательно рассмотрев ее, вдруг сказала: — Знаете, а мне это что-то напоминает…