В объятиях шторма - Aidan Show

Глубоко задумавшись, она не услышала, как Шумов позвал её в третий раз.

Очнулась только тогда, когда его внушительная фигура тенью нависло над ней. Его тёплое дыхание коснулось шеи, вызывая россыпь волнующих мурашек по всему телу.

Не тело, а предатель…

— Лер, нам надо поговорить и все обсудить. — Андрей говорил тихо, проникновенно. — Ты же взрослый человек и должна понять, что молчанием нашу проблему не решить. — его шёпот, казалось, заполнил все пространство в небольшой мастерской.

Он старался говорить аккуратно. Воспоминание о том, как Лера метнула в него стеклянную банку из под воды, еще было свежо.

— Вот знаешь, что мне интересно, Шумов? — ответила она не оборачиваясь, стараясь скрыть дрожь в голосе. — С чего ты взял, что есть какие-то «мы»? — она перевела дыхание и через силу задала второй вопрос, который бессовестно мучал её эти дни. — А как же твоя девушка? Неужели ты считаешь нормальным то, как ты с ней поступил? Вдруг она любит тебя? — говорила так, будто ножом резала. Неизвестно кого. Себя или его…

— Потому что я не могу закрыть глаза на то, что между нами происходит. Ты нужна мне. А я нужен тебе. — от подобной самоуверенности, Лера едва удержалась от колкости. — Давай на секунду представим, что ситуация в дУше сложилась случайно. — крупные руки Андрея мягко легки на ее плечи и развернули к себе лицом. — Неужели ты думаешь, что я действительно бы занимался с Мирой тем, чем занимался, когда знал, что ты спишь за стенкой?

Лера упрямо наморщилась, упираясь взглядом в его кадык. Было в его словах что-то такое, что заставило её усомниться в том, что она видела прошлым утром…

— Хорошо. — нехотя выдавила из себя. — Допустим, на секунду я представила, что ситуация сложилась не в твою пользу. Но мне то от этого что? — внутри нестерпимо жгло из-за того, что к Андрею посмела прикоснуться другая.

Да ты ревнуешь, дорогая!

— А то, Тучка, что ты злишься. — спокойно ответил он. Горячие пальцы нежно прошлись по ее скуле. — Да, я виноват. Но я действительно думал, что это ты. И когда погас чёртов свет, — вторая рука Андрея скользнула к её пояснице. — я подумал, что тебе так легче справиться со смущением. Поэтому не спешил. Боялся тебя спугнуть. Я не отрицаю своей вины. Это ужасно. Но я привык говорить правду. Поверь мне, Лера, прошу… — последние слова прозвучали с надрывом.

Лера не удержалась и посмотрела ему в глаза.

А если все сложилось действительно так, как он говорит?

Её взгляд плавно блуждал по его лицу в надежде отыскать в его словах правду.

Откуда Шум мог знать, что пришла Мирослава? Ведь свет в ванной действительно не горел.

И получается, что…

От собственной догадки Леру слегка качнуло, но крепкие руки Андрея с лёгкостью её удержали.

Его зелёные глаза светились, как два изумруда, придавая взгляду особую глубину, наполненную ожиданием и нежностью. Словно он видел в ней нечто особенное. Венка у него на виске билась нервно и слишком часто.

В этот раз она не стала сдерживать себя. Её рука легко вспорхнула и невесомо прикоснулась к его лицу.

Андрей сразу же отреагировал на её ласку. Потерся об её руку, как ласковый зверь, и прикрыл глаза. Облегченно вздохнул.

— Я так скучал по тебе… — от его надломленного голоса, её сердце пропустило удар и сжалось от тревоги и жалости.

— Я тоже… — сдалась.

«Слабачка! Потом вновь пожалеешь!» — шептал мерзкий внутренний голосок.

Его руки уверенно обняли Леру за талию и притянули ближе к себе. Андрей соединил их лбы.

— Прости меня, Лер…Я правда…

— Я тебе верю… — перебила его, закрывая дрожащими пальцами его рот.

Зелёные глаза распахнулись и радостно вспыхнули. Тёплые мужские губы оставили поцелуй на ее пальцах. Слишком трепетно…Слишком ласково…

— Я не подведу тебя, Лер. Я люблю тебя.

В подтверждение своих слов, губы Андрея прикоснулись к её губам настолько мягко, словно он спрашивал разрешение.

Леру слегка потрясывало от переизбытка эмоций, в которых она с трудом могла разобраться. Она не могла ничего поделать с тем, как её тело откликалось на Шумова, как её тянуло к нему.

Её губы в ответ приоткрылись, полностью сдаваясь в плен.

Почувствовав, что она не сопротивляется, Андрей со стоном углубил поцелуй, сметая оставшиеся преграды.

Его язык прорвался в её рот, сплетаясь в ярком танце с её языком.

Обмякшее тело Леры оказалось в крепком капкане его рук, которые с лёгкостью приподняли ее, усаживая на стол.

Сердце лихорадочно зашлось, стряхивая с себя ледяную корку, которой успело покрыться в горькой разлуке.

Под ладонями она чувствовала, как его сердце грохочет в ответ. Значит он сходит с ума точно также, как и она. Пальцы от нетерпения сжали ткань его рубашки, заставляя её натянуться. Лёгкие обожгло, как от резкого погружения в ледяную воду. С каждой секундой мысли в голове таяли и испарялись под натиском его ласковых рук и трепетных прикосновений. Губы горели огнём от его настойчивых поцелуев.

— Девочка моя… — нежно прошептал Андрей.

Лера всхлипнула.

Сейчас она напоминала себе оголенный провод под напряжением. Столько всего навалилось на нее за последнее время.

— Не плачь. Умоляю. Я все исправлю. — прохрипел, собирая тёплые, солёные капли с её лица.

— Я…я…подумала… — заикаясь шептала она. — …что ты правда мог со мной так поступить…что я всего лишь…

— Эй. Я бы никогда с тобой так не поступил. Слышишь?

— Угу… — заливаясь слезами, кивнула.

— И в этот раз, я все сделаю правильно. Хорошо?

— Что сделаешь? — подняла на него заплаканное лицо.

— Сделаю так, чтобы у моей девочки, был самый сладкий букетно-конфетный период. Буду любить тебя так, чтобы у тебя не осталось сомнений на мой счёт. Ты же пойдёшь со мной на свидание, моя хорошая?

Глава 17

ВСЕ ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ

* * *

Лера тихо всхлипнула, выгибаясь дугой под жадными ласками Шумова. Его руки опутывали её сочное тело, блуждая по самым потаенным местам, вызывая жгучее возбуждение с примесью лёгкой боли.

Она хотела его… Безумно. Жадно. Быстро. Грубо. Здесь и сейчас.

Жаждала почувствовать его фантастический член глубоко в себе.

Чтобы целиком и без остатка!

Чтобы был только её!

Горячие поцелуи осыпали нежную кожу, доводя её до исступления. Она задыхалась и что-то невнятно шептала, зарываясь тонкими пальцами в чёрные, как уголь, волосы. Немного оттягивала их, причиняя приятную боль, а после ласково массировала кожу головы, как бы