Разожги мой огонь - Татьяна Май

Вспомнил, как на дне глаз хозяина вулкана алая тьма плескалась. Словно сама Старуха-Смерть оттуда на Арвира глянула и костлявым пальцем поманила. Оттого и смалодушничал. Постучал три раза костяшками пальцев по деревянному столу, прогоняя видение.

Никого он не боялся. Никогда. Где драка какая или состязание — там Арвир завсегда первый был. С ним иной раз и не отваживался никто связываться, потому что знали — победителем не выйдешь. Разве чужак какой заезжий на Ночи Костров сдуру сунется с ним на руках побороться, но урок быстро выучит и надолго запомнит.

— Да выпей ты с нами, Арвир! — Плотник Трил ювелира по спине хлопнул, выдернул из невеселых дум. — Чего загрустил перед свадьбой? Иль жениться передумал?

— Не передумал, — буркнул Арвир. Сделал глоток медовухи и даже вкуса не почувствовал. Ничего не чувствовал с того самого дня, как унизил его хозяин вулкана. Его, кого за силу и боялись, и уважали. И купцы, и первые силачи восьми селений.

— А чего ж тогда? — не отставал Трил.

— Отвяжись, — дернул плечом ювелир. Не хотел он и вовсе на проводы эти идти, да раз уж давно задумал — пришлось.

— Да вы посмотрите-ка на него, — протянул плотник, — свадьба на носу, а он кислый, будто прошлогодней клюквы наелся! Иль невесты забоялся?

— Повтори, — прищурившись, процедил Арвир. Медленно поднялся со скамьи, сжимая и разжимая пудовые кулаки. Неужто успел Ермей кому проболтаться?

— Ты девки не бойся, она-то тебя всяко больше боится! Сейчас мы тебе расскажем, как там и чего, чтоб в брачную ночь не опозорился, — продолжал скалиться Трил, сам женившийся прошлым летом.

Арвир в один миг оказался около плотника, смял на его груди рубаху. Точно так же, как хозяин вулкана ему самому.

— Ты что ерунду мелешь⁈ По-твоему, я какой-то девки могу забояться?

— Чего… Ты чего, Арвир? — плотник неловко улыбнулся.

— Повтори, сказал! — рявкнул ювелир, толкая Трила в грудь.

Тот отлетел к стене, стукнулся спиной. Поднял руки ладонями вверх, показывая, что не хочет драки. В трактире вмиг тихо стало.

— Я ж шучу, Арвир… Ты что, шуток не понимаешь?

Но Арвира уж было не остановить.

— Я тебе, скотине, за такие шутки… — не договорив, как бойцовый петух, налетел на друга своего детства, с которым вместе у пекаря на спор калачи таскал, и с силой ударил того кулаком по лицу.

Что-то хрустнуло. Полилась кровь, пачкая светлую рубаху.

Трил охнул, неловко отстранился, заслонив рукой нос, а потом, поняв, что не шутит ювелир, кинулся на него. Да только Арвир успевал ударить прежде, чем Трил замахнуться.

Остальные не встревали. Круг только сделали, чтоб дерущихся видеть. Знали, что с Арвиром лучше не связываться. Злопамятен, да и скоро зятем самому старосте станет. К тому же помнили, как на ярмарке прошлогодней в кулачном бою всех победил. Да и в бое на бревне ему не было равных. Не смотри, что ювелир-купец и работает с камушками, в свободное-то время, все соседи знали, мешки с песком молотит. Парни сами не раз видели, как на заднем дворе дома их на столб привязывал. Так что в драку лезть никто не хотел, хоть и редко какие проводы или свадьба без хорошей драки и нескольких синяков да выбитых зубов обходились. У того же Трила на проводах передрались так, что на свадьбе дружка его щербатым ртом улыбался.

Только вот смекнули скоро, что драка-то на дружескую никак не походит. Сбитый с ног Трил без движения у дальней стены лежал, а Арвир все опускал и опускал кулак на лицо плотника. Стихли радостные пьяные вопли. Никто уж не подбадривался дерущихся. Видели, что драка переросла в нечто большее.

— Арвир… — позвал кто-то. — Остановись!

Но ювелир и бровью не повел. Глаза будто остекленели, а кулак так и молотил по лежавшему.

— Хватит ему уже!

— Арвир!!!

Но ювелир все не останавливался. Представлял лицо хозяина вулкана и опускал, опускал на него кулак, превращая ладные черты Трила в месиво.

А потом подхватили противящегося Арвира, подтащили к лавке, силой усадили. Остальные над Трилом сгрудились.

— Ульха зови!

— Скорее давай!

Недоброе молчание будто саваном всех накрыло. Не то стонал, не то подвывал где-то в углу плотник. А Арвир все отдышаться не мог. Сжимал и разжимал заляпанные кровью кулаки и смотрел на них мутным взором. Всунули ему в руки кружку.

— Выпей вот. Хватит тебе. Ты в драке-то горазд…

«Все-то вы девиц чернить горазды…» — на грани яви и тьмы вспомнил слова красноглазого. И опять будто пелена перед глазами разлилась.

Зарычал, вышиб из протянутой руки кружку и выскочил из трактира в ночь. Дышал тяжело и сипло. Шел, шатаясь, будто пьяный.

— Я тебе покажу… Ты меня еще молить о пощаде будешь… Огнем и кровью умоешься… — шептал яростно, идя на окраину селения, откуда самый короткий путь вел к логову чудовища из-под горы.

— Ты чего это вчера учудил? — Староста смотрел строго из-под мохнатых бровей.

Арвир поморщился. Голова после вчерашнего раскалывалась. А еще в горле саднило и в носу хлюпало, но тут уж сам виноват — не надо было под горой до рассвета сидеть и ждать неизвестно чего. А потом и вовсе сон сморил. Вот сейчас все тело и ломило, будто по нему табун лошадей пронесся.

— А чего? — буркнул недовольно. — На проводах и не такое бывало.

— Бывало-то бывало. Но там не старосты будущий зять такие штуки откалывал.

— Не сердись, Деян, поболтают да забудут.

— А Трил как же? Его жена с утра в слезах прибегала, говорит, еле дышит парень. Едва отговорил ее к судье идти.

В комнату вошла девка, прислуживавшая в доме старосты, и разговор смолк. Поставила перед Арвиром и Деяном по кружке с медовухой. Ювелир свою