«Стрела Амура» и ведьмина натура - Маргарита Преображенская

детства тренировал мою психологическую устойчивость. Да и испугаться мне толком не дали: Амур уже был рядом, видимо, собираясь заслонить меня собой в случае чего и продолжая держать неизвестное существо на прицеле. Витюня быстро переместился к кикиморам, а Шеша, кажется, планировал защищать Кумудвати, хотя это ему как принцу полагался телохранитель, а не ей. Только Фейор остался без защиты. Наверное, из-за этого он стал верещать ещё громче, пытаясь освободиться от связывавших его верёвок.

– Перед вами невр! – объявил Амур. – Это такой оборотень, широкого профиля: может принимать облик даже неодушевлённых предметов, полностью копируя внешний вид и даже вполне сносно выполняя большинство функций. Живут они в мире под названием «Невреида». Я бывал там, когда скрывался от своих преследователей, и много чего повидал. Их часто нанимают для того, чтобы шпионить за кем-то. Экземпляр, который мы сейчас видим здесь – древний и могущественный невр, а значит, его услуги очень дороги. Кто-то не поскупился, чтобы отправить его сюда. Только стрелы Олимпа могут вывести невра из равновесия, поэтому я выстрелил.

– Думала, валюта евро в шкапчике заначена, а оказалось, это невры! Нервы зря потрачены! – объявила Кики и снова захихикала.

Видимо, юмор и острый язык не изменяли ей никогда. В это время невр превратился в зайца и принялся носиться по комнате, наполовину замотанный в цветной лоскут. Стрела, торчавшая из его спины, слегка замедляла его бег, но либо Амур не ставил своей целью убить невра, либо это существо было очень выносливым и малочувствительным к подобного рода травмам, но так или иначе, невр двигался достаточно активно, да и стрела сломалась и упала на пол. Младший бог любви держал существо на прицеле, и мне вспомнилась сказка о смерти Кощеевой, где Иван-царевич выстрелил в зайца, а тот превратился в утку, потом выстрелил в утку, и выкатилось яйцо, а там хранилась игла. Так вот, похоже, этот невр прибыл к нам прямо из той сказки. Может, его и Кощей нанимал тоже? Если так, то мы имеем дело с исторической личностью.

Ловля невра оказалась непростым занятием, потому что он имел свойство мгновенно менять облик. Стоило Витюне послать пауков, чтобы те поймали лже-зайца в сеть, как невр превратился в одного из этих насекомых, а когда Витюня, тоже мастер перевоплощений, налетел на него в образе филина, обратился в Кики и, воспользовавшись секундным замешательством домового, предпринял отчаянную попытку побега, но столкнулся нос к носу с настоящей кикиморой.

– Даже ставши подлецом, ты своё имей лицо! – зловеще улыбаясь, продекламировала она. – Ведь с чужим-то сгоряча огребёшь ты кирпича!

Далее, собственно, и последовал удар кирпичом. Кики припечатала им прямо по лбу своей «невротической» копии, отчего шпион зашатался, обмяк и рухнул на пол под ноги кикиморе.

– Это мы тут дом собрались строить, кирпичи вот завезли недавно, – пробормотал Витюня, а все остальные участники этого зрелища (кроме Фейора, конечно) столпились вокруг поверженного врага.

Невр лишился чувств и в этот момент принял свой истинный облик, поэтому теперь на полу лежало невзрачное существо с серой кожей, крупной головой и очень худым длинным телом. Кого-то он мне напоминал? Ну, конечно же! Точь-в-точь «грей» – инопланетянин, о которых говорили контактёры.

– Пришибла, кажется, – тихо пробормотал Шеша, тоже взглянув на невра. – Рука-то у дамочки тяжёлая, а говорят, у кого рука тяжёлая – вдовой будет. Так что уважаемому Викторусу, я бы рекомендовал трижды подумать, прежде чем жениться.

Кики взвесила кирпич в руке и исподлобья взглянула на Шешу, всем своим видом будто говоря: «Я не посмотрю, что ты у нас прынц».

– Нет, он жив! – спокойно возразил Амур. – Невров даже выстрел из моей Сапфы берёт не с первого раза, а кирпич – это для него так, небольшая неприятность.

– Куда же нам его поместить, чтобы не сбежал? – задумалась я.

В результате шпиона поместили в специальную зеркальную сферу, на которую наложили специальную магию отражения: сфера отражала истинный облик пленника, какие бы личины он ни натягивал. на себя благодаря своей врождённой силе. Пока невр приходил в себя, медленно восстанавливаясь после удара кирпичом, было решено допросить нашего летописца. Фейор заговорил сразу же, как только у него изо рта был извлечён кляп.

– Вы что, ребята! – вскричал он. – Меня подозреваете в чём-то, что ли?! Я эту серость, как и вы, первый раз вижу! У меня как раз перед выездом к нагам гитару украли, ну я новую купил в самом престижном музыкальном магазине «Ля-Бемоль». Меня тогда немного удивило, что струны звучат как-то глуховато, но других гитар не было, да и торопился я, а теперь думаю, что название-то пророческое было. Вот, ля-бемоль, понимаешь, как всё завертелось!

Заметив, что все смотрят на него довольно мрачно, Фейор, на всякий случай вооружившись табуретом, добавил дрожащим голосом:

– Вы мне не верите?!

– Неужели ты не заметил подмены? – спросил Витюня.

– Нет, – пожал плечами незадачливый потомок Орфея. – Да и как заметишь, народу уйма вокруг, все кричат, машут, я всё время над эпосом думал, слова подбирал так усердно, что с колесницы чуть не навернулся. Потом Шеша велел тишину соблюдать, я гитару в чехол упрятал. А когда на велосипеде ехали – какая тут игра, про кикимор я уж и не говорю! Я начал что-то подозревать, только когда сбежал от них и в лесу запел, а струны фальшиво звучали. В тишине это, ой, как слышно!

– Допросим это существо, и дело с концом! – предложил Шеша, указывая на невра, который уже начал постепенно приходить в себя после удара кирпичом, а потом обратился к Амуру: – Как ты общался с неврами? Знаешь их язык?

– Их язык – это мыслеобазы. У них наглядно-образное мышление, – сказал Амур. – Говорить с ним можно, только представляя что-то в своих мыслях либо рисуя образы на каком-то материальном носителе, чтобы невр мог их видеть.

– Так ведь у таких рисунков может быть много разных трактовок! – заметила я.

– В этом и сложность! – согласился Амур. – Тут нужен мастер. На Олимпе этим занимался Гермес, младших богов любви не допускали.

– А как же ты сам общался с неврами? – спросил Витюня.

– Я не общался, – покачал головой Амур. – Я использовал этот мир, чтобы запутать следы, сбить с толку преследователей, и быстро покинул Невреиду.

Вот незадача! Ярко выраженного мастера мыслеобразов, готового