Персефона для Аида - Марина Михайлова

— Я всё равно разберусь с ним, верь мне. Он ещё извиниться перед тобой, сопляк!

Мужчина нагнулся ко мне, почти прикасаясь губами к волосам. Я вся затрепетала в его руках как хрупкая бабочка. Не знаю почему. Он мой феномен. Ни один мужчина не мог сотворить со мной такое. Я как будто горела в огне и тут же снова меня бросало в ледяную воду. Я задыхалась от осознания собственной беспомощности в его руках, как тряпичная кукла…

— Иди….

Он легко коснулся губами моего лба.

Сердце начало выпрыгивать из груди. Я поняла, что хочу его. Прикоснуться, дотронуться, ощутить. Это странное открытие возбуждало и пугало одновременно. В этот раз я нашла в себе силы и поборов стеснение, притянула его к себе, прихватил пальцами за футболку. Он не сопротивлялся. Впервые за всю жизнь, рядом с мужчиной, во мне не было чувства вины, страха, отвращения. Только спокойствие и внутреннее возбуждение. Которое скручивалось в тугой узел где — то внизу живота.

— Хантер, я прошу тебя…

Я сжимала ткань футболки, медленно сантиметр за сантиметром притягивая его к себе. Кто бы знал, что я способна на такое. Его горячее дыхание уже обжигало кожу губ. Но снова…

Мать его! Снова!

Он отстранился.

— Ты не понимаешь, девочка — слово резануло слух — ты не должна мне ничего.

— Я…просто…

Все силы были потрачены и бой уже проигран. Не могла сказать, что это не из чувства благодарности. Это просто мои эмоции, мои чувства, желание и потребность в нём. Невыносимая тяга, которая распаляет огонь внутри сердца.

— Я не пытаюсь так расплатится с тобой.

— Не делай этого, потом ты пожалеешь. Я не люблю и не влюблюсь. Я только трахаю понравившихся мне женщин. А потом выбрасываю и мне похрену как они, кто они и зачем вообще полезли или потащили меня в постель. Я не чувствую ничего! Не испытывай судьбу, чтобы потом не было мучительно больно…

Хантер медленно накрутил мой длинный локон себе на палец и заправил его за ухо

— Но ведь ты сам…

Хантер отрицательно покачал головой, и я ощутила, как внутри меня рушится стена.

— Не знаю. Это пугает, Эмили. Я не хочу, чтобы хоть кто — то или что — то становилось моей слабостью. Делало меня беззащитным и уязвимым. Когда — нибудь я конечно женюсь, отец не отступит, натрахаю жене ребёнка. Как это сделал Ортон со своей дебилкой — женой и буду жить своей жизнью. В этом хаосе нет места тебе, поняла⁈ Ты потонешь со мной, малышка и отдирать по живому… Забудь…

Он говорил, говорил, а я слушала и всё понимала, но, когда он вновь попытался отойти, я приподнялась на цыпочки, приложив палец к его губам. Моя тихая мольба разрядила пространство…

— Никто не должен утонуть в моём мире.

— Тихо, прошу, Хантер, не нужно ничего говорить.

Коснувшись руками его воспалённой пылающей кожи, я запустила пальцы в его волосы, немного приблизила к своему лицу. Совсем рядом.

Просто он ещё не знал. Что мне хотелось утонуть.

Притянув его ещё ближе, я легко коснулась губами его губ.

Он замер.

Мир вокруг перестал существовать. Был какой — то вакуум, в котором были только он и я. Секунда. Но она была наша. Было так тихо, что я слышала, как замерла вселенная.

Кладбище бабочек в моём животе начало оживать.

— Эмили… — горячий шёпот привёл меня в сознание. Я вынырнула. Не утонула. Воздуха не хватало.

— Не говори ничего…

Я знала, что сейчас этого достаточно и ему и мне…

10

Я мерил нетерпеливыми шагами свой кабинет. Останавливался лишь на секунды, для того чтобы посмотреть в панорамное окно на город подо мной. Мне по сути вообще сегодня нечего было здесь делать, но Картер говорит, что в Технополисе всегда должен быть хоть кто — то из Хелстов. Кто — то вроде отца, меня или Хантера. Младшие видимо не в счёт. Рид и Бьёрн куда — то умотали ещё с утра.

Где — то внизу кипела жизнь. А я был прикован сейчас к этому месту.

Все куда — то двигались, торопились. Да и это было немудрено. Сегодня пятница. Люди наверняка только и мечтают о том, чтобы закончить свои дела и может быть свалить за город или нажраться в местных барах. А я парюсь сейчас в душном кабинете. Даже кондиционер не помогает. Солнце сегодня беспощадно. Из — за духоты было ощущение, что время замерло и даже стрелки на часах никак не хотят двигаться. Всё остановилось…

Как одержимый я смотрел в окно, ожидая приезда брата. Но его всё не было. Я видел лишь панораму города. Машины обгоняли друг друга, люди спешили на работу, по своим делам. У киоска с хот — догами толпились несколько ребят со скейтбордами, вроде бы где — то здесь недалеко есть скейт парк.

Мой ленивый взгляд переместился.

Вся парковка была забита машинами премиум класса, другим здесь делать нечего. Пару раз звонил телефон, приходили сообщения, но я сознательно всё игнорировал. Все мысли были сосредоточены только на разговоре со старшим братом.

Наконец то смог вытащить Хантера на разговор. Он опаздывал. Хм. Странно ему это не свойственно.

Нет, конечно я видел брата почти каждый день в компании, но вот разговор у нас не клеился, после собраний акционеров он куда — то уезжал или просто скрывался в кабинете, зарываясь в бумаги, прикрывался от прямого контакта работой. Пару раз пытался поговорить прямо здесь, приходил к нему сам, но всё бесполезно. Слова, которые я говорил ему, отскакивали словно об стену, он не шёл на контакт. Но думаю, что сегодня хоть что — то получится, мне не хватало брата…

Но тяготило ещё одно — уже с утра отец испортил мне настроение. Вызвал пораньше к себе в кабинет, как только я переступил порог Технополиса, и снова отчитал, как сопливого мальчишку. Ему не понравилось, что Эмили куда — то исчезла. И это слабо сказано. Он был в гневе. Я рассказал, что Хантер забрал её к себе, опустив детали почему он это сделал. Нет смысла что — то говорить, мы с братьями сами разберёмся с этой ситуацией. Картер чуть не стёр меня в порошок, когда я рассказал ему все новости и про братьев, про их загулы и про Эмили. Он хотел, чтобы я всё контролировал. Он просто не знал, что Хантер уже отлично справился и без меня. Бьёрн сказал отцу,