Меня зовут Марсель! - Вера Бен

В принципе, Вадим по ее стопам идет. Тоже напридумывал сначала, потом гадости собрался людям делать.

— Рибай, стриплойн или миньон? — задумавшись, я не заметила, как возле меня оказался Юсупов. Рядом стояла Марина.

— Не уверена, что она знает, что это, — широко улыбаясь, тихо процедила Марина.

Я закатила глаза и не удержалась.

— Марин, только о Вас стояла думала! Вы такая красивая! Глаз не оторвать! Но внутри такую помойку развели, что жуть просто! — я с безразличием наблюдала, как у Марины вытягивается лицо, а потом повернулась к Юсупову, — рибай, если можно. Средней прожарки. À point, для тех, кто французский учит.

Я прошла мимо хохочущего Юсупова и пунцовой Марины, не понимая, кто из нас троих поражен больше. После увиденного в ванной отражения мне казалось, что я стала сильнее и увереннее раз в сто. Улыбаясь сама себе, я отправилась искать Пижона. Куда он делся с моей водой?

Глава 40. Юсуповы

Марсель

Я зашла в небольшую комнату. Свет последних лучиков солнца лизнул стену через открытое окно, и помещение погрузилось в полумрак.

— Рептилия! Я тебя искал везде! — Вадим потянул меня за рукав, — слушай, а чего мне теперь делать-то?

— В смысле? — я не улавливала хода мыслей мальчика.

— Ну, если я и есть Великая Искра, то… Что дальше?

— Хранить ее, — я присела на подоконник у раскрытого окна, — твоя задача не только сохранить Искру, но и ухаживать за ней. Смотреть, чтобы она не превратилась в Великий пожар, сметающий все. И уж, конечно, не дать ей угаснуть!

— А как она может угаснуть? — Вадим облокотился на подоконник рядом со мной, снизу заглядывая мне в лицо.

— Так как Искра в твоей душе, то и заботиться надо о ней. Например, темные поступки выкачивают весь кислород из души. А без кислорода…

— Нет огня! — подхватил Вадим.

— Именно! — я кивнула, — дурные мысли, плохие поступки — все это сумрак, вакуум, в котором ничего не горит и не растет. С другой стороны, слишком сильные переживания, страдания — как шторм…

— Тоже могут погасить, — Вадим внимательно глядел на меня.

— Или раздуть в сильный пожар.

— А как понять, какой поступок хороший, а какой — нет?

— Хороший вопрос, — задумалась я, — обычно, ты сразу это и сам знаешь. А если тебе хочется у кого-нибудь уточнить, хорошо ли ты поступил — скорее всего, поступил ты паршиво. У каждого внутри установлен детектор зла. Надо лишь позволить ему работать.

— Позволить работать? — переспросил Вадим.

— Именно так. Многие люди полжизни учатся его игнорировать. И в итоге это у них получается. И детектор атрофируется.

— Пойду мяса поем, — неожиданно закончил разговор Вадим, — тебе тоже не помешает. Папа очень вкусные стейки делает!

Мальчишка, не попрощавшись, скрылся в проеме.

— Ну, у Вас-то, конечно, детектор работает как часы, — в раскрытое окно пролезла седеющая голова Юсупова, и он облокотился на подоконник.

Я спрыгнула на пол в комнате.

— Надеюсь, работает.

— Мой сын почему-то очень проникся к вам с Денисом, — Юсупов влез в окно и теперь устроился на подоконнике вместо меня.

— Вы всегда подслушиваете? — спросила я.

— Разве вы обсуждали какие-то секреты? — поднял брови Юсупов, — не было ничего секретного. Даже наоборот. Вы меня избегаете и я мог не узнать о Вашей уловке!

— Какой еще уловке? — возмутилась я и скрестила руки на груди, готовясь к бою.

— Такой, что сегодня за обедом никто из гостей не нашел лягушку, таракана или паука в чашке. Ни у кого не рассыпалась тарелка, да и кнопок ни под одной попой не обнаружилось.

Я с интересом, смешанным с недоверием, посмотрела на Юсупова.

— Признайтесь, Вы что-то знали? Вы так на несчастную Мадину таращились, — глаза Юсупова искрились серо-зеленым блеском.

Я нехотя рассказала в общих чертах о стремлениях его сына. И спросила, давно ли продолжается эта «игра».

— Уже около года. Признаться, это совпало с нашими… семейными разногласиями с женой.

Я кивнула. Погружаться в семейные дрязги Юсупова мне совсем не хотелось. Как мне показалось, он понял, что я не жажду подробностей.

— Ваш рибай стынет, — сказал он и, спрыгнув с подоконника, поманил меня за собой в сторону людного зала.

Стейк оказался действительно вкусным. Я сжевала все до последнего кусочка, закусив его салатом. Допив воду, все же принесенную Пижоном, я обратилась к нему:

— Мне пора домой.

Пижон взял меня под локоть и отвел в сторону.

— Если ты подождешь еще полчаса-час, я тебя отвезу. Поедем вместе. Мне кажется, это удобнее. М? — он посмотрел на меня.

— А можно я подожду тебя наверху?

— Конечно, — кивнул он.

Я прошла к лестнице и стала подниматься. На втором этаже я обернулась на голос:

— Марсель!

Пролетом ниже стоял Юсупов и приближался ко мне.

Глава 41. Побег

Марсель

— Марсель! — повторил Юсупов, — у Вас все в порядке? Скоро десерты, стол уже накрыт!

— На Вашем месте я бы избегала меня рядом с десертами, — усмехнулась я, припоминая сцену на балконе.

— Я отходчивый, — засмеялся он, — так Вы спуститесь к столу?

— Не-а, — честно призналась я, — Вы меня извините, но мне здесь не нравится. Я… Мне уже пора домой.

— Денис говорил, что у Вас какие-то дела сегодня вечером.

— Да. Поэтому я подожду, когда он освободится наверху.

— Он вряд ли освободится, пока я здесь, — ухмыльнулся Юсупов.

— Если Вы намекаете на то, что он хочет с Вами обсудить свой проект — я в курсе. Но, честно признаться, мне безразлично, получится у него или нет. Через час я поеду домой. Одна или с ним. Хорошего вечера, — я продолжила подниматься по лестнице.

Юсупов ловко обогнал меня по ступеням и, преградив путь, встал передо мной.

— Домой? То есть Вы поедете не к нему?

— Простите… Но Вам-то какое дело? — я в упор уставилась в его серо-зеленые глаза.

— Я хотел бы провести с Вами время, Марсель. Только Вы и я. И если Вы согласитесь…

— То что? — перебила я, — поговорите с Пи… с Денисом про его проект? Вы нормальный? Мальчики, я не разменная монета в ваших сделках!

Я обогнула Юсупова, поднявшись выше, и моя рука уже почти коснулась перил, когда он обхватил меня за талию и развернул к себе. Я оказалась на ступеньку выше, прямо перед его глазами, ощущая его дыхание. Сердце забилось. Да что это со мной?! Он же напыщенный гад! За спиной у жены!

Его губы скользнули по моей шее (мурашки, следом электрический разряд), рука прижала к себе, вторая зарылась в мои волосы. Вихрь.