Сводный Альфа - Марго Лаванда

Опустившись в плетеный шезлонг на заднем дворе, накрывшись пледом, я перенеслась в любимую сказку.

Эту книгу я готова перечитывать снова и снова – и всякий раз нахожу в ней что-то новое.

Сегодня я ищу в этой сказке надежду на счастье… О да, любимая история не подводит, снова дарит мне праздник души.

Дуновение ветерка приносит с берега пруда аромат осенних цветов. Вдыхаю с наслаждением. Какой интересный запах… Набросив плед, поднимаю лицо к ласковому солнышку, совсем не такому агрессивному, как вчера. Ловлю последние теплые лучи уходящего лета.

Удивительно, но сегодня я чувствую себя совсем по-другому. Ожогов нет, кожа приобрела золотистый оттенок. Словно за ночь все прошло, как не бывало. Но разве это реально? Только сверхлюди обладают такой быстрой регенерацией. Я уж точно к ним не отношусь…

Возле парадного входа останавливается большой грузовик. Я жду врача, он до сих пор не появился. Но вряд ли доктор будет разъезжать по пациентам на грузовике.

Хотя кто знает…

Из машины выходит женщина в черном длинном платье и шляпке с вуалью. Это так необычно. Мне становится еще интереснее, я иду навстречу странным гостям. В конце концов, я одна в доме и должна, наверное, проявить гостеприимность.

– Здравствуйте, – произношу как можно вежливее.

Женщина поворачивается ко мне и впивается взглядом.

– Ты кто такая?

– Меня зовут Эрика. А вас?

– Я Фелиция Рольф, глава рода Рольфов. Где Келлум?

– Я… не знаю. Когда я проснулась, никого не было. Наверное, он уехал по делам. Я не знаю куда… Но вы проходите, пожалуйста. Правда, я даже не в курсе, какую вам комнату выделили…

– Нет, вы только посмотрите, какая гостеприимная, – фыркает женщина.

Разглядев ее поближе, понимаю, что, скорее всего, это и есть прабабушка Кела. На лице морщины, и руки выдают. Хотя форма у женщины для такого почтенного возраста – прекрасная. Ей можно дать от шестидесяти до семидесяти, и то с натяжкой. А ведь на самом деле ей больше девяноста лет.

– Извините меня… Я сама тут еще не освоилась.

– Да что ты! А мамаша твоя? Освоилась? Внука моего захомутала.

– Зачем вы так говорите? Вы ничего о моей маме не знаете!

– Да ладно, все я знаю, – снова фыркает «бабуля».

У меня растет внутреннее ощущение, что мы не поладим. Тем временем водитель тоже выходит наружу и начинает разгружать свой грузовичок. Смотрю с изумлением на количество чемоданов. Кажется, бабуля решила переехать к внуку насовсем.

– Что уставилась? Бери чемодан, и вперед, – следует грубый приказ.

И тут раздается визг шин. Позади грузовика тормозит «Ягуар» Кела. Он выскакивает из машины. Фелиция издает радостный вскрик и бросается парню на грудь. Она ему по плечо и смотрится еще более хрупкой рядом с мощным и накачанным Келлумом.

– Дорогой правнук, как же я по тебе соскучилась.

– Я тоже, бабуль.

– И даже не навестил с тех пор, как вернулся.

– Прости. Столько дел…

– Представляю. Дела с этими… хитрыми…

Фелиция явно не может подобрать слов, чтобы обозвать нас с мамой как следует.

– Они не так ужасны, как тебе кажется. Отец счастлив.

– Для счастья необязательно жениться. Я лишила его наследства, – говорит бабуля ворчливо.

– В который раз? Десятый?

– Не надо насмешничать, молодой человек! На этот раз все очень серьезно!

– Ладно, давай пока я тебе твою комнату покажу.

– Я сама себе выберу комнату, – фыркает бабуля.

И в этот момент я понимаю, что теперь жизнь в особняке не будет прежней, спокойной и размеренной. Фелиция определенно приехала надолго и со своими порядками.

Глава 17

Келлум

– Почему ты хочешь именно эту комнату? – вздыхаю устало.

Эрика закатывает глаза к небу, а прабабушка Фелиция надувает губы совсем как девчонка. У этой женщины характер не сахар, но такого я не ожидал. Она с ходу игнорирует комнату, которую для нее выбрали отец и Джорджи, причем самую лучшую и комфортабельную, и заявляет, что хочет расположиться в комнате Эрики.

– Тут просторно, есть место для моего гардероба. У девчонки он все равно пустой. Как может женщина так безразлично относиться к своему внешнему виду? – ворчит бабуля.

– Простите, вы обвиняете меня в том, что я не зациклена на шмотках? – не остается в долгу Эрика.

У меня начинает раскалываться голова. Я знал, что мне придется непросто в роли главного опекуна Эрики, но такого точно не ожидал.

– А что? – упирает руки в боки прабабушка. – Это мое мнение, и я не собираюсь за него отчитываться!

Господи, сколько ей лет? Под стольник, наверное. А ведет себя как капризная девчонка.

– Ну это… странно, – Эрика тоже немного опешила от темперамента родственницы.

– Девочки, не ссорьтесь, – вздыхаю обреченно.

– Да я в общем-то не против уступить комнату, – произносит Эрика.

– Да кто тебя спрашивает, – рявкает бабуля.

– Я освобожу ее через пятнадцать минут.

– Говорю же, бродяжка! Иначе не скажешь!

– Бабуль, пожалуйста! – пытаюсь вразумить, но чувствую, что мне это не под силу.

– Почему ты ее защищаешь, Кел? Еще и смотришь так, словно съесть хочешь? Ты, надеюсь, не запал на эту полукровку?

– Что? – переспрашиваю удивленно.

– Как вы меня назвали? – вторит мне Эрика.

– Да ничего. Не пристало, говорю, на таких, как она, смотреть, – фыркает Фелиция. – Пошли на кухню, есть хочу. И где в доме прислуга, почему они не вышли поприветствовать меня?

Бабушка вылетает из комнаты Эрики пулей, спускается на кухню. Сводная сестра остается у себя в комнате, а я догоняю бабку.

– Потому что у них выходной, бабуль. Что ты сейчас сказала? Повтори, пожалуйста. Эрика… она оборотень?

– Ты этого не чувствуешь?

О, я чувствую к этой девушке массу всего, но то, что Фелиция назвала ее полукровкой, стало для меня громом среди ясного неба.

Все это время, эти чертовы дни были пыткой для меня. Тянуло к Эрике нестерпимо, а я сопротивлялся, говоря себе, что нельзя, не имеет смысла, что она никогда не примет мою сущность. Что я напугаю ее до смерти, если покажу себя…

А теперь, получается, есть шанс, что она такая, как я? Наполовину. Да, мои сородичи немного презрительно относятся к полукровкам. Но я сейчас готов заорать от счастья.

Чем древнее оборотень, тем лучше он все чувствует. И вот прабабушка Фелиция, сама того не ведая, принесла мне восхитительную новость.

– Ты чего это так обрадовался? – ворчливо спрашивает бабуля, заглядывая в холодильник.

– Ничего. Рад, что ты приехала. Что мы встретились…

– Ты мне давай зубы не заговаривай, парень. И думать не смей на нее смотреть!