Битва на арене любви - Шантель Шоу

— Спасибо, но сейчас самая важная работа для меня — это будущее материнство, и я собираюсь заниматься ею долгое время, — ответила она, а глаза ее засияли, когда она представила, как держит своего ребенка на руках.

— Мне понравились твои друзья, — говорил Драго позднее, когда они подъезжали к мосту, соединяющему Венецию с материком. Они направлялись в его дом в Итальянских Альпах, где собирались провести медовый месяц.

— Как звали того парня с татуировками?

— Ты о Стене Фургоне? Он у нас водитель.

— А парень с торчащими красными волосами, у которого нет переднего зуба?

Джесс широко улыбнулась.

— Его все зовут Акула, потому что он австралиец, и у него шрам, который якобы оставила акула, но никто ему не верит. — Она помолчала. — Они все немного резки на поворотах, но они мне заменили семью.

Драго посмотрел на нее, и что-то оборвалось у него внутри, до того она была хороша в свадебном платье.

— Теперь ты член семьи Кассари, — мягко сказал он. — Но мы будем часто приезжать в Лондон, чтобы ты могла встречаться со своими друзьями. У меня дом на Парк-Лейн.

Лондонский адрес напомнил ей о том, что они из разных миров. Она не могла избавиться от чувства тревоги, что не сможет вписаться в его жизнь с его гламурными друзьями.

— Кстати, Себастьян Локсли сидит в тюрьме.

Она застыла в изумлении.

— Откуда ты знаешь?

— Я установил за ним слежку. — Драго просиял. — Я хотел… скажем, побеседовать с ним, — произнес он с угрожающей ноткой в голосе, — о том, как он обошелся с тобой. Но теперь он от меня далеко — его посадили в тюрьму на восемь лет за мошенничество с кредитными картами.

— Я рада, — призналась Джесс с дрожью в голосе. — По крайней мере, в тюрьме он никому не причинит вреда.

— Добро пожаловать в Каса-Роса, — сказал Драго, поднимаясь вверх по дороге, с которой открывался живописный вид на домик в горах.

Нижние склоны гор напоминали зеленые луга, а верхушки, все еще покрытые снегом, сверкали на солнце.

— Я никогда ничего подобного не видела, — прошептала пораженная Джесс, любуясь великолепным видом.

— Зимой нижние склоны тоже покрыты снегом, — улыбнулся он. — Когда родится ребенок, я научу тебя кататься на лыжах, если ты захочешь.

Джесс вопросительно посмотрела на него:

— А кто же будет присматривать за ребенком?

— Мы наймем няню. Тебе же понадобится помощь с ребенком. Я также собираюсь меньше времени уделять работе.

Говоря это, Драго провел ее в дом — уютное гнездышко с низкими потолками, деревянными стенами и полом из сосновых досок, на котором лежали цветные коврики.

Но Джесс не обратила внимания на причудливое очарование интерьера.

— Мне не нужна няня. Я прекрасно справлюсь сама.

Увидев недобрую вспышку в ее глазах, Драго не стал говорить, что планировал нанять няню, чтобы больше времени проводить вдвоем. Как бы сильно ни хотел стать отцом, он собирался быть также и заботливым мужем.

— Мы обсудим это позже, — пробормотал он. — Думаю, сейчас тебе лучше лечь спать. Ты наверняка очень устала.

— Я спала в машине, — напомнила Джесс. — И я совсем не устала.

Ее сердце взволнованно забилось, когда он взял ее за подбородок и заглянул в глаза.

— Хорошо. Я тоже не устал. — Его низкий голос обволакивал ее, как бархат. — Так что же делать двум людям, у которых полно сил, во время медового месяца, сага?

Его рот был соблазнительно близок к ней. Джесс облизнула внезапно пересохшие губы и видела, как желание загорелось в его глазах.

— Думаю, они должны отправиться в постель, — ответила она хрипло.

— Разве наш брак не удача, если мы так хорошо понимаем друг друга?

От его сексуальной улыбки у нее захватило дух. Он поцеловал ее, и все вокруг исчезло.

Одна стена в спальне была сделана из стекла, через которое открывался прекрасный вид на горы. В сиреневых сумерках Драго осторожно снял ее свадебное платье и шелковое нижнее белье, а Джесс помогла ему освободиться от свадебного костюма, ее пальцы дрожали от нетерпения, когда она расстегивала пуговицы на рубашке.

— Моя жена, — сказал он мягко, словно смакуя слова.

Они звучали неплохо. Даже очень неплохо. Это были самые прекрасные слова, которые Драго когда-либо слышал. Но он еще не был готов делиться этими мыслями с ней, поэтому он просто сказал ей, что она красива, целуя ее губы, грудь и сладкое место между ног. А когда она выкрикнула его имя, он наклонился над ней и проник в ее приятное тепло, став с ней единым целым.

Он любил ее страстно и нежно, что трогало Джесс до глубины души. А когда после взаимного удовольствия он привлек ее к себе на грудь и они стали любоваться звездами на ночном небе, она поняла, что сердце ее навеки принадлежит ему.