Мечты о счастье - Ирина Андреева

Всю дорогу я сдерживала себя, чтобы не разрыдаться прямо в машине. Обида застряла в горле тяжёлым комком, так хочется от него избавиться! Весь путь домой я вспоминала, начиная от того дня, когда мы встретились с Романом в кафе. Теперь понимаю, почему он так пристально на меня смотрел — увидел Светлану. Наверно долго думал: она это или нет? Мы похожи, как сёстры-близнецы, бывает же такое!

Потом, когда понял, что я — всё же не она, решил сделать другу подарок. А что? Как раз день рождения на носу! Сначала пригласил в ночной клуб, чтобы показать меня ему, а затем в их загородный дом. Ещё в клубе я иногда ловила на себе серьёзные взгляды Глеба, но не придала этому значения, думала, что просто так — разглядывает новую знакомую. Мэри тоже наверняка знала Светлану по фото в телефоне мужа, поэтому глядела на меня, как на призрака… А сам Глеб смотрел с восхищением. Ещё бы! С такой причёской и макияжем я ещё больше на неё походила. Как же всё это подло и противно!

Я тоже хороша — взяла и влюбилась, можно сказать, в первого встречного, чуть не отдалась ему. Хорошо, что этого не случилось, иначе сейчас бы мне было ещё хуже. Хотя куда уж хуже? И так хочется выть от боли и обиды. Была бы со мной только Наташа, я бы отпустила эмоции, но в присутствии двух незнакомых людей — Аркадия и его водителя — не стану этого делать. Не хочу вопросов и жалости к своей персоне, только подруге смогу довериться, потом.

Наталья сидела рядом со мной и периодически убирала руку Аркадия — он упрямо пытался её приобнять то за талию, то за плечи. Я горько усмехнулась. Эх, зря она наш адрес сказала, надо было попросить довезти до центра, а дальше мы бы сами дошли. Уверена — этот её новый ухажёр теперь начнёт штурмовать наш дом. Как бы до разбирательств с соседями и полицией не дошло.

Приехали. Аркадий вышел из машины вместе с нами и без приглашения хотел зайти к нам в дом, но Наташа и тут быстро сориентировалась: встала напротив его, закрывая собой вход и сказав:

— Спасибо, — захлопнула дверь прямо перед носом.

— Невежливо так делать, — сделала я ей замечание, разуваясь в прихожей.

— Пусть будет и этим доволен, — ответила она. — Я уже неоднократно дала ему понять, что между нами ничего серьёзного не может быть, только дружба.

— Ну хотя бы кофе ему предложила, в благодарность за то, что довёз.

— Ага, для таких, как он, кофе — это повод остаться на ночь. Видала я таких. Его потом не выпроводить будет… С ума сошла! Ты что с платьем делаешь? — крикнула она мне, видя, как я, сняв и скомкав наряд, сунула его в мусорку на кухне.

— Если хочешь, забери себе, а я больше никогда его не надену.

— А если эта королевская кобра эти платья назад потребует? Она ведь за них заплатила!

— Вот и отдай ей вместе с мусоркой, — буркнула я и отправилась на второй этаж, чтобы принять душ.

— А это мысль, — засмеялась подруга.

В дверь постучали. Я не стала выяснять, кто пришёл, пусть этим Наташа займётся, сейчас мне хочется лишь одного: закрыться в душевой и под струями тёплой воды спокойно выплакаться. Это я и сделала: усевшись на дно ванны, наслаждаясь тёплой водой, подставив лицо под мелкие струйки, наконец-то дала волю слезам.

Не знаю, сколько прошло времени, наверное прилично, но выходить мне не хотелось, не смотря на то, что тело затекло, а кожа на ладонях и ступнях побледнела и покрылась морщинами от долгого пребывания в воде. Реветь я перестала, вместо душа набрала ванну и, растянувшись, пребывала в неге. На душе стало легче: окончательно протрезвела, выплакала негатив — теперь можно жить дальше. А как? Подумаю об этом завтра, как Скарлетт из “Унесённых ветром”.

В дверь своими длинными ноготочками поскреблась подруга:

— Марин, Марина-а-а, с тобой всё в порядке?

Я настолько расслаблена, что даже не хочу отвечать, только промычала что-то похожее на “угу”.

– Чего? Ты бы уж лучше ревела, а то беспокойно мне, когда молчишь, — не отставала она. — А ещё лучше, открой дверь. Слышишь? Открой, а то МЧС вызову!

Я улыбнулась. Теперь мы и вправду ролями поменялись. Когда-то я так же под дверью стояла и уговаривала подругу открыть или подать знак, что с ней всё в порядке. Только поэтому я заставила себя встать: в голове сразу застучали молоточки — похоже, я действительно переборщила с длительным пребыванием в тёплой воде — вылезла из ванны и открыла дверь.

Наташа тут же зашла и, ужаснувшись, высказала:

— Ну и видок у тебя! Как утопленница! Давай-ка, смой нормально косметику и ложись спать. Только валерьянку сначала выпей, я возле твоей кровати оставила, и поешь мой “шедевр” — приготовила как могла, уж извини, но поесть тебе тоже надо.

Взглянув на себя в зеркало, я сама ужаснулась. Дорогая косметика лишь частично смылась, а остатки растеклись, оставив тёмно-серые круги вокруг глаз. Лицо бледное, губы синие, взгляд уставший и печальный, мокрые волосы распрямились, висят сосульками… и правда как утопленница. Я завернулась в большое полотенце и, как могла, высушила волосы маленьким.

На прикроватной тумбочке меня ждала тарелка с подгорелыми гренками и две кружки: одна с крепким чаем, другая с водой и валерьянкой. Такая забота подруги тронула меня до глубины души — я съела и выпила всё, что она приготовила своими руками. Понимаю, как это сложно для неё, практически никогда раньше не подходившей к газовой плите. Но так приятно, что она сделала это для меня!