Мой любимый пианист - Миранда Ли

— Он бы спас мою лису, если бы я попросила! — ответила Фелисити. Ее глаза наполнились слезами. — Но его ведь нет здесь, верно? Он мертв.

— Это верно, — согласился Николас. — Но еще он спас бы свою хорошенькую дочь. Ладно, давай вытащим твою лису из этой дыры и побыстрее уйдем отсюда.

Но лиса не желала сотрудничать. В конце концов Николас вытащил животное из норы за хвост, а оно тяпнуло его за руку, Нику было все равно.

Они еще не вышли из леса, когда заметили, что пламя почти настигло их.

— Бегите! — закричал он Фелисити и Серине. — Бегите как можно быстрее!

Они успели вырваться на открытое пространство, но останавливаться не стали до самого дома Джанин и Кирсти с беспокойством ждали их на крыльце.

— Я так рада, что вы в порядке! — воскликнула Джанин, а затем с сочувствием посмотрела на мужчину. — Я вижу, вы и лису принесли…

Ник пожал плечами:

— Фелисити отказывалась уходить без нее.

— Он был великолепен! — заявила та. — Давай теперь я понесу лису. Я знаю, что надо делать. Мы с Кирсти устроили больницу в одном из сараев.

— Извини меня, юная леди, — вмешалась Джанин, кивнув на полыхающий лес, — но мы все спускаемся в подвал, где сидим до тех пор, пока опасность не минует. Только что звонил Кен. Он сказал, бригада уже едет, вертолет тоже в пути. Мой муж — один из пожарных-добровольцев, — объяснила она Николасу.

— Тогда лисенок тоже идет с нами, — твердо заявила Фелисити. — Кирсти, нам нужно взять махровое полотенце и завернуть его… а также миску с водой, малыш захочет пить.

— Мы уже хотим, — отозвался Ник и нежно приобнял Серину. — Верно, милая?

— Что? — непонимающе переспросила та.

По-прежнему в шоке.

— Я сказал, мы все хотим пить.

— А. Да, наверное.

— В подвале есть все необходимое, — сообщила Джанин. — Кроме туалета. Поэтому все, кому нужно туда сходить, сделайте это прямо сейчас.

Но никто не двинулся с места. По всей видимости, начиналось обезвоживание.

Подвал оказался большим. Вдоль одной стены стоял шкаф с бутылками вина, вдоль другой — старый диван.

Николас выдвинул для Серины стул, Джанин достала несколько банок с газировкой из древнего холодильника. Фелисити уселась рядом с Кирсти на диване, положив завернутого в полотенце лисенка к себе на колени. Девочка почесывала его за ушами и напевала какую-то песенку. Животное не осмеливалось издать ни звука.

— Боже правый, моя дочь — доктор Айболит, — пробормотал Николас, когда Джанин направилась с газировкой к Кирсти и Фелисити.

— Замолчи, — резко отозвалась Серина.

Ник вздохнул.

— Тебе не о чем беспокоиться. Никто не слышал. К тому же я тебя прикрыл, если помнишь.

— А если бы тебе не удалось? Вдруг Фелисити догадалась?

— Не догадалась.

Но Серина упрямо покачала головой:

— Ты ничего не понимаешь, да?

Николас только пожал плечами.

Вскоре над их головой раздались шаги, и все невольно посмотрели наверх. Крышка подвала распахнулась, и ступеньки озарились солнечным светом. Дымом уже не пахло.

— У вас все в порядке? — спросил низкий мужской голос.

— Да, Кен, — отозвалась Джанин, вскочив и поспешив к лестнице. — Что с домом?

— Совершенно не пострадал, — отозвался Кен, высокий, крепкий парень в желтом костюме пожарного. Он спустился на несколько ступенек. — Ветер снова переменился и погнал огонь в обратном направлении — что было нам только на руку. Итак, — улыбнулся он, обнимая жену, — вижу, наша команда спасателей была очень занята. Кто там у вас на сей раз, девочки?

— Лисенок, — сообщила Кирсти, и подружки тоже встали. — У него лапка сломана.

— Придется отвезти его к ветеринару, — произнесла Фелисити, глядя на Николаса.

Тот был захвачен врасплох. Почему девочка обращается к нему, а не к своей матери?

— Папа всегда отвозил раненых животных к ветеринару, — дрожащим голосом объяснила она.

— В таком случае тебе придется давать мне четкие указания, — произнес мужчина. — Потому что я понятия не имею, где здесь ветеринарная клиника.

— Я покажу! — с широкой улыбкой воскликнула Фелисити.