Сбиться с пути - Сандра Браун

— Сколько у меня будет оплачиваемых праздничных дней?

— Довольно разговоров. Вы либо принимаете мои условия, либо я снимаю свое предложение, мисс Флетчер, — уморительно серьезно заметил он.

-Я согласна. С 9.00 до 17.00 плюс полтора часа на обед. — Это даст ей возможность возвращаться домой и обедать с Хендренами, хотя мысль о самостоятельном ланче казалась более притягательной. — Две недели оплачиваемого отпуска, а также все официальные праздничные дни. И я буду работать по пятницам только до обеда.

— У вас непомерные аппетиты, леди, — произнес, нахмурившись, Кейдж. На самом деле он был потрясен. Да он бы удвоил ей зарплату и согласился на любые условия, только бы вытащить ее из этого дома и освободить от родительского контроля.

— И я ногой не ступлю в эту комнату, пока здесь все не будет вычищено. Я имею в виду, действительно вычищено.

— Да, мэм. — Он вытянулся по струнке и прищелкнул каблуком.

— И тебе придется расстаться с этим календарем.

Кейдж взглянул на дверь и скорчил огорченную физиономию.

— Ах, черт возьми, какая жалость! Она мне только начала нравиться! — Он пожал плечами. — Ну хорошо, хорошо, уговорила. Что еще прикажете?

Да он просто восхитителен, решила Дженни, однако более насущный вопрос не давал ей покоя.

— Как я скажу об этом твоим родителям?

— Ты просто должна поставить их перед фактом. — Кейдж протянул ей руку. — Ну что? По рукам?

— По рукам. — Она вытянула вперед руку, однако вместо того, чтобы пожать ее, Кейдж приподнял ее ладошку и положил себе на грудь.

Рукопожатие совсем не подходит для заключения сделки со столь привлекательной женщиной.

И прежде чем она успела прореагировать, он наклонил голову и поцеловал ее в губы. Рука, которой он прижимал ее к своей груди, спустилась на ее талию, где замерла в нежном объятии. Его пальцы бережно поглаживали ее.

Поцелуй был долгим, однако Кейдж не пускал в дело язык. Он лишь держал ее в напряженном ожидании, завлекая и дразня возможностью его проникновения. Однако так и не сделал этого. Когда Кейдж поднял голову, на губах его играла улыбка.

Позднее, после того как он отвез ее назад в супермаркет и она покончила с покупками, Дженни размышляла, почему она ничего не предприняла, чтобы остановить этот поцелуй. Почему не отвесила ему пощечину, не топнула ногой или хотя бы не свела все к шутке? Почему, когда он, наконец, оторвался от ее губ, она лишь смотрела на него прозрачными глазами? Почему ее губы дрожали, пульс бешено бился, а тело охватила непонятная истома?

Единственным ответом было бы невольное признание того, что все члены ее онемели от удовольствия, словно налились сладостным свинцом наслаждения. Она не смогла бы пошевелить и пальцем, чтобы закрыться от поцелуя Кейджа, даже если бы захотела. А Дженни вовсе не желала этого делать.

Хендрены восприняли новость о ее работе не очень хорошо. Сара в досаде бросила вилку на поднос, когда Дженни сообщила им об этом

— И я начинаю с понедельника.

— Ты собираешься работать на…

— На Кейджа? — закончил за нее Боб.

— Да. И если у вас есть для меня какое-нибудь дело, которое следует выполнить до того, как я приступлю к работе, пожалуйста, дайте мне об этом знать.

Она покинула кухню, не дав им возможности прийти в себя от изумления. Как ей и посоветовал Кейдж, она просто поставила их перед фактом.

Наутро следующего понедельника Дженни вошла в офис, когда еще не было девяти. Дверь оказалась не заперта. В первую минуту она решила, что ошиблась дверью. Отвратительный продавленный диван сменился двумя кожаными креслами насыщенного шоколадного цвета. Рядом стоял маленький столик орехового дерева.

Облезлый линолеум уступил место блестящему паркету. В центре красовался изящный коврик с этническими мотивами. Вместо уродливых металлических стеллажей на стене висели новые деревянные полки, рядом стояли специальные офисные шкафы. Их отделения и внутренние перегородки были устроены максимально удобно и эффективно, чтобы вместить все содержимое, которое теперь никак не создавало ощущение хаоса.

Поверхность рабочего стола, стоявшего в центре комнаты, сверкала, как лед. Позади него располагалось напоминающее трон кожаное кресло. На сияющей столешнице в вазе стоял букет недавно срезанных цветов. Капельки влаги блестели на едва распустившихся лепестках.

— Цветы для тебя.

Дженни резко повернулась и увидела стоявшего у входа в гардеробную Кейджа. Дверь была открыта.

— Как тебе это удалось? — потрясенно спросила она.

— С помощью чековой книжки, — заметил он, криво усмехнувшись. — В наши дни она работает гораздо лучше, чем магия. Тебе понравилось?

— Да, но… — Дженни оборвала свои возражения. — Я не могу тебя критиковать. Ты потратил кучу денег.

— Да ладно, не жалей меня. Ты просто вынудила меня сделать то, что мне следовало предпринять сто лет назад. Мне приходилось развлекать клиентов в аптеке у автоматов с газировкой потому, что я стыдился этих «гор мусора», говоря словами кого- то, очень нами хорошо известного и любимого. — Он усмехнулся, когда ее щеки покраснели. — Кстати, у меня для тебя несколько календарей на выбор.

Он протянул первый, и она тихо охнула.

— Властитель грез на каждый месяц, — торжественно провозгласил Кейдж, с трудом удерживаясь от улыбки. Мускулистый джентльмен, лежавший на животе, вольготно раскинув свое роскошное тело, был оснащен узкой полоской плавок, футбольным шлемом и широкой улыбкой. — Это мистер Октябрь. Понимаешь, футбольный сезон. Хочешь взглянуть на другие месяцы?

— Этого вполне достаточно, — хрипло пробормотала Дженни. — Что у тебя есть еще?

Кейдж отложил календарь в сторону и достал другой.

— Красавчик дня. Лиц нет, одни торсы.

Лоснящаяся от масла грудь, перекатывающиеся мускулы и упругий живот «смотрели» на нее с картинки, оказавшейся в ее руках. Дженни брезгливо поморщилась и покачала головой.

— Или, — провозгласил Кейдж, открывая третий вариант, — Энсел Адамс[13].

— Повесь Энсела Адамса.

Довольный Кейдж бросился исполнять ее пожелание.

— Но сохрани и остальные. Они прекрасно украсят интерьер туалета, — с озорной улыбкой добавила она. Он одарил ее самой сердитой гримасой, и они оба закатились в приступе хохота.

— Кейдж, офис просто чудесный, правда. Он мне безумно нравится.

— Хорошо. Хочу, чтобы тебе здесь было удобно.

— Спасибо за цветы, — сказала она, обходя стол и опробуя кожаное кресло.