Дыхание снега и пепла - Диана Гэблдон

Что благо общее причиной послужило Акту?

Да ну, я отвергаю эту блажь:

Вам всякий скажет, выбирая из двух зол,

Меть в то, что меньше, если не осел,

Я прав, а правду не продашь!

Ну хорошо, допустим, если хорошенько поискать,

То дюжину путан за год возможно насчитать,

Которые, внезапно перепив, сыграли в ящик.

Но разве стоит из-за десяти распутных девок

Лишать невинных работяг их хлеба

И издавать закон, отчаянье плодящий.

Не думайте, ни в коей мере джину я не адвокат,

И это говорю не потому, что множить грех я рад,

А только лишь смиренно размышляю:

Хотя, как водится, намеренья благие возбудили дело,

Радетели о здравом смысле позабыли смело.

В Писанье говорится — коему я доверяю — Когда грехи Содома воздаяния просили,

Десяток праведников гнев господень б усмирили,

И город мог бы ими быть спасен;

А в наши дни содействием десятка грязнолицых дебоширок,

Что вызвали у местных Эпикуров вдруг поток придирок,

Весь город хаосом почти дотла спален.

— Никогда бы не додумалась до рифмы, как здесь: «Не думайте, ни в коей мере джину я не адвокат,/И это говорю не потому, что множить грех я рад», — повторила Брианна, хихикая. — Вы заметили, он, или она, не упоминает виски. Кто такие путаны? Оп, сиди спокойно, малыш!

— Шлюхи, — сказал Джейми рассеянно, натачивая свою бритву и читая через плечо Роджера.

— Кто такие шлюхи? — спросил Джемми, его радар, как обычно, опознал единственное неприличное слово во всем диалоге. — Это сестра Ричи?[151]

Сестра Ричарда Вулама Шарлотта была очень привлекательной девушкой, а еще была убежденным квакером. Джейми обменялся взглядами с Роджером и кашлянул.

— Нет, я так не думаю, парень, — сказал он. — И, ради всего святого, не произноси этого слова! Ну-ка, ты готов бриться? — Не дожидаясь ответа, дед поднял кисточку и намылил стриженую голову Джема под аккомпанемент его довольного визга.

— Цирюльник, цирюльник, побрей свинью, — сказала Бри, наблюдая за процессом. — Сколько нужно волос, чтобы сделать парик?

— Много, — ответила я, подметая ворох упавших волос и бросая их в огонь в надежде, что вместе с ними уничтожаю популяцию вшей. Волосы Джемми были невероятно красивыми, и их было ужасно жалко. Как бы там ни было, они вырастут снова, к тому же стрижка обнажила прекрасную форму его черепа, красивого и круглого, как канталуп.

Джейми тихонько напевал мимо нот, двигая бритвой по голове своего внука с такой осторожностью, как если бы он брил пчелу.

Джемми слегка повернул свою голову, и у меня перехватило дыхание. Меня сразили вдруг замелькавшие воспоминания… Джейми в Париже, его волосы острижены почти налысо, Джейми перед встречей с Джеком Рэндоллом, готовый убить или быть убитым. Потом Джемми повернулся снова, ерзая на стуле, и образ исчез — но только чтобы привлечь наше внимание к кое-чему другому.

— Это еще что? — Я наклонилась вперед, чтобы посмотреть, когда Джейми провел бритвой вниз летящим жестом и сбросил последние остатки пены в огонь.

— Что? — Бри наклонилась рядом со мной, и ее глаза расширились при виде маленького коричневого пятна. Оно было размером с фартинг, почти идеально круглое, прямо над линией роста волос, позади левого уха.

— Что это? — спросила она, хмурясь. Она нежно его коснулась, но Джемми этого не заметил. Он ерзал все сильнее, желая спуститься со стула.

— Я абсолютно уверена, что бояться нечего, — уверила я ее после беглого осмотра. — Это похоже на то, что называют «невус» — что-то вроде плоского родимого пятна, оно безвредное.

— Но откуда оно взялось? Когда он родился, у него этого не было, я точно помню! — возразила она.

— Младенцы очень редко рождаются с родинками, — объяснила я, развязывая полотенце, обмотанное вокруг шеи Джемми. — Ну вот, ты готов. Иди и будь хорошим мальчиком. Ужин будет готов, как только мы сможем его приготовить. — Я повернулась к Бри: — Родинки обычно появляются в возрасте около трех лет, и чем старше люди становятся, тем их больше.

Джемми, освобожденный от плена, трогал свою бритую голову обеими руками, будучи при этом страшно довольным, и напевал практически про себя:

— Шарлотка, шарлюха — шлюха.

— Ты уверена, что все в порядке? — Брианна все еще хмурилась и сомневалась. — Это не опасно?

— О, да ну, это ерунда, — уверил ее Роджер, взглянув поверх газеты. — У меня точно такое есть, с самого детства. Прямо… здесь. — Его лицо внезапно изменилось, когда он задрал руку и опусти ее на заднюю часть головы, прямо над линией роста волос, за левым ухом.

Он посмотрел на меня, и я увидела, как дернулось его горло, когда он сглотнул, его неровный шрам от веревки потемнел на внезапно побледневшей коже. Тонкие волоски на моей руке встали дыбом.

— Да, — сказала я, отвечая на его взгляд и надеясь, что мой голос не дрожит. — Этот вид родинок… часто наследственный.

Джейми ничего не сказал, но его рука крепко сжала мою.

Джемми стоял на четвереньках, пытаясь уговорить Адсо вылезти из-под скамейки. Его шея выглядела маленькой и хрупкой, а бритая голова выглядела почти по-инопланетному белой и шокирующе голой, как шляпка гриба, выглянувшая из-под земли. Глаза Роджера на мгновение задержались на ней, затем он повернулся к Бри.

— Я уверен, что сам подхватил пару вшей, — сказал он, его голос был только самую малость громче обычного. Он поднялся, расслабил ремешок, который держал в хвосте его густые черные волосы, и отчаянно зачесался. Обеими руками. Затем, улыбаясь, он поднял ножницы и протянул их ей. — Яблоко от яблони, знаешь ли. Не поможешь и мне с этим?

Часть 10

Где же Перри Мейсон[152], когда он так нужен?

Глава 76

Опасная переписка

Плантация Маунт Джосайя, колония Вирджиния.

Лорд Джон Грей

Мистеру Джеймсу Фрэзеру, эсквайру,

Фрэзер Ридж, Северная Каролина,