Прекрасная стерва - Кристина Лорен

Когда мелодия закончилась, единственным звуком, слышным в комнате, было учащенное дыхание танцовщицы.

Она собирается уйти? Мне нужно что-то сказать?

Мой живот свело от дискомфорта, и я ясно понял, что, наверное, шоу начнется именно сейчас. К моему ужасу, танцовщица наклонилась вперед и провела зубами по моему подбородку.

Тут… я замер, и мое нетерпение начало сменяться смутным подозрением.

– Привет, мистер Райан. – Она горячо дышала мне в ухо, и при звуке этого голоса я дернулся и замер. Что за хрень? Мои руки сжались в кулаки. – Мне правда очень хочется поцеловать ваши сердитые губы.

Я открыл рот, чтобы заговорить, но не смог выдавить ни слова.

Чертова Миллс.

– Я только что чуть не стерла задницу, а ты совсем не возбудился? – Она придвинулась еще ближе, лизнула меня в шею и поерзала на члене. – Вот оно как… – Она хихикнула мне прямо в шею. – Ну-ну.

Меня охватила буря чувств: облегчение и злость, шок и растерянность. Хлоя здесь в Лас-Вегасе, а не катается на лыжах в дурацком Катскилле, и она явилась сюда, чтобы увидеть меня с завязанными глазами в ожидании танцовщицы, которая будет делать ровно то, что сделала она сама: танцевать у меня на коленях, тереться о мой член. Но на этот раз я умудрился сделать с Хлоей то, что у меня каждый раз получается в моих деловых отношениях: скрывать свою реакцию, пока она не изменится на ту, которая нужна.

Я сосчитал до десяти, перед тем как спросить:

– Это что, проверка?

Она прижалась еще теснее и поцеловала меня в ухо.

– Нет.

Я не чувствовал необходимости объяснять, почему я в этой комнате. Я не сделал ничего плохого. Но все же внутри меня что-то бурлило: странное возбуждение при мысли о том, что она танцевала для меня, и злость, что она меня обманула.

– У тебя проблемы, Миллс.

Она прижала палец к моим губам и потом коротко поцеловала.

– Я просто рада, что оказалась права. Макс должен мне пятьдесят баксов. Я сказала ему, что тебе не понравится идея с лэп-дэнсом. Неверность не по твоей части.

Я сглотнул, кивая.

– Я использовала все свои приемчики, но ничего. Ничто даже не шелохнулось. Я очень надеюсь, что ты в самом деле не знал, что это я, иначе, по правде говоря, я бы немного оскорбилась.

Покачав головой, я ответил:

– Нет. Духи… не твои. Ты не любишь жвачку со вкусом корицы. И я тебя не вижу и не чувствую.

– Теперь можешь, – произнесла она, беря мои руки и укладывая на свои обнаженные бедра. Я провел ладонями по ее телу вверх и почувствовал твердые камешки на ее белье. Что на ней надето, черт возьми? Я умирал от желания снять повязку, но поскольку она до сих пор этого не сделала, я заподозрил, что она хочет, чтобы я еще подождал.

Я снова провел ладонями по ее бедрам, вниз к икрам и внезапно меня охватило желание заняться с ней сексом прямо здесь, в этой комнате, в сомнительном лас-вегасском клубе. На меня нахлынуло облегчение от того, что на моих коленях сидит Хлоя, а не какая-то незнакомка, и адреналин наполнил вены.

– Располагайте мною, мисс Миллс. Можете трахнуть меня прямо здесь.

Она подалась вперед, прижалась губами к моему подбородку.

– Гм… возможно. Как насчет того, чтобы еще раз насладиться танцем?

Я кивнул и выдохнул, когда она стянула с меня повязку и дала возможность рассмотреть ее… наряд. На ней был крошечный лифчик на атласных завязках, весь состоящий из блестящих камней и крошечного клочка шелка. Трусики были такими же символическими и привлекали еще больше внимания. Тонкие атласные бантики на боках намекали, что мне не стоит их рвать.

Проведя кончиком пальца по своей груди, она прошептала:

– Тебе нравится мое новое белье?

Я уставился на крошечные подмигивающие камушки, украшавшие ее тело, зеленые и блестящие, словно бриллианты. Она выглядела произведением искусства.

– Сойдет, – проговорил я, наклоняясь вперед, чтобы поцеловать ее между грудей. – На крайний случай.

– Хочешь потрогать меня?

Я снова кивнул, глядя ей в лицо и видя, как она на меня смотрит – одновременно с жадностью и неуверенностью.

Она улыбнулась и облизнула губы.

– Отправить тебя сюда – это был не тест. Но, – произнесла она, переводя взгляд на мои губы, – тот факт, что ты действительно пришел в эту комнату в ожидании незнакомки, которая станцует для тебя… Ты надел повязку, и любая другая женщина могла войти сюда и прикоснуться к тому, что принадлежит мне. – Она склонила голову, рассматривая меня. – Думаю, я заслуживаю кое-какую награду.

О да.

– Могу согласиться с тобой.

– И правила остаются прежними, – она кивнула в сторону таблички на стене с надписью, что мужчин, применяющих насилие к танцовщицам, вышвырнут из клуба и сбросят с плотины Гувера. – Тебе нельзя меня трогать по своему желанию.

Я не был уверен, что она подразумевает под «своим желанием», и она все равно сидела на мне верхом, поэтому я просто положил ей руки на бедра и ждал указаний. Мое тело напряглось и было готово ко всему, что она пожелает.

Она встала, подошла к стенке и снова включила ту же композицию.

Все-таки я чертовски везучий ублюдок. У меня самая горячая подружка в мире. Облизывая губы, я разглядывал ее упругую классную задницу, пока она не повернулась и не подошла ко мне своей фирменной походкой, покачивая бедрами.

Хлоя оседлала меня.

– Сними с меня трусики.

Я потянул за ленты на ее бедрах, развязывая бантики, и медленно стянул с нее трусики, бросив их куда-то вбок.

– А теперь положи ладонь себе на бедро и покажи, сколько пальцев ты хочешь в меня засунуть, – прошептала она.

Я моргнул.

– Что?

Она рассмеялась, прикусила губу и очень медленно и отчетливо проговорила:

– Положи руку ладонью вверх себе на бедро и подними столько пальцев, сколько ты хочешь в меня засунуть.

Она что, серьезно? Не отводя от нее взгляд, я скользнул ладонью по своей ноге и подставил ей средний палец.

– Вот.

Она глянула вниз и хихикнула.

– Неплохо, но мне кажется, понадобится еще хотя бы один. Хочется что-то ближе по размеру к твоему члену.

– Ты что, действительно хочешь, чтобы я трахнул тебя пальцами? Мой член в полной боевой готовности, и ты не можешь поспорить с тем, что это наилучший вариант для всех заинтересованных сторон.

– Тебе светил лэп-дэнс от лас-вегасской шоу-герл, – возразила она, подняв брови, – и пять минут назад твой член вообще ничего не интересовало.