Раздвоение чувств - Натали Митчелл

Опустившись на низкий диванчик, я развернула сложенный вдвое листок. На нем было всего несколько фраз: «Тебе не нужно бояться меня и убегать. Криса больше нет. Том проболтался ему, и малыш наглотался снотворного. Мне больше не нужны твои деньги. Я хотел еще раз извиниться и поговорить о нас. Но, видимо, поздно».

Подписи не было, но я и так знала, кто это написал. Апатия сегодняшнего утра обернулась тоской — Криса больше нет. Я зажмурилась от стыда: в то время, когда я собиралась драться за свои паршивые деньги, этот ребенок уходил из жизни, чтобы из-за него брат не пошел на еще одну подлость.

— Мы оба недостойны тебя, Крис, — прошептала я, закрыв губы листком бумаги, на котором было его имя.

И продолжением проявилось явное: и мы с Дэвидом достойны друг друга. Парочка мерзавцев, дерущихся из-за долларов. Сможем ли мы стать лучше, пережив эту боль? Пережив ее вместе…

Я закрыла лицо руками, но слез не было, все во мне словно выгорело. Найдется ли на свете такое, что сможет оживить это пожарище? Опустив руки, я попыталась представить, каково же сейчас Дэвиду. И снова увидела его лицо, каким оно было вчера в ресторане: давно не бритое, измученное… Как же я могла не понять, что случилось нечто ужасное?!

Он пришел ко мне за помощью, ко мне! а я даже не пожелала выслушать. Приказала выставить его из ресторана, как назойливого попрошайку, хотя Дэвид искал всего лишь сочувствия. Ему уже были не нужны мои деньги, а я думала только о них…

Вскочив, я быстро пошла к выходу, забыв попрощаться с портье, о чем вспомнила гораздо позднее. Такси все еще ожидало меня у крыльца, дверца была распахнута. Юркнув внутрь, я на секунду задумалась: «Не пожалею?», потом назвала водителю адрес. И, откинувшись на спинку, закрыла глаза.

Мне больше не хотелось спать, и не о чем было подумать. Все было решено, все теперь зависело только от того, как примет меня Дэвид. Заставит ли он меня снова пройти через немыслимые унижения? Или молча прижмет к себе, чтобы мы напитались теплом друг друга, и обоим стало легче? Я полностью отдавала себя в его власть.

Возле знакомого домика я попросила таксиста подождать, может, мне еще придется уехать из города, как и собиралась. Осторожно прикрыв дверцу, я бесшумно подошла к калитке, оказавшейся не запертой, и, крадучись, пошла к дому.

Только сейчас я вспомнила, что, скорее всего, Том тоже все еще здесь. Вряд ли его нога уже зажила. Вот кого мне меньше всего хотелось бы видеть… Или Дэвид выставил его после того, что случилось с Крисом? Мне все это предстояло узнать прямо сейчас…

Но в доме не оказалось вообще никого. Я постояла возле пустой инвалидной коляски, оглядела заваленный грязной посудой стол, перешагнула через пару пустых бутылок из-под виски, и вышла на задний двор. И тут увидела Дэвида. Присев возле одной из грядок, он возился в земле, и не заметил меня сразу.

— Что ты делаешь? — спросила я так, будто мое появление здесь было вполне обычным делом.

Вскинув голову, Дэвид долго смотрел на меня молча. Лицо у него было все таким же заросшим и темным, а глаза больными. Потом он сказал:

— Сажаю желтые тюльпаны.

Это поразило меня:

— Ты сажаешь цветы?

— Он любил тюльпаны. Вообще любил цветы. Он давно просил посадить их здесь, а я все тянул… Вот, что надо было сделать для него!

Сморщившись, Дэвид опустил голову. Я быстро подошла к нему и присела рядом.

— Почему именно желтые? — спросила я, чтобы как-то отвлечь его.

Дэвид громко шмыгнул и проговорил, не поднимая головы:

— Это ведь цвет надежды.

Я взяла его перепачканную землей руку и прижала к своей щеке. Он поднял покрасневшие глаза:

— Ты заехала выразить соболезнование? Такси ждет на улице, верно?

— Ждет, — подтвердила я.

Он зло усмехнулся:

— Не стоило менять маршрут. Я и так знаю, что тебе жаль Криса. Но не меня. И я заслужил это, сам знаю.

— Глупый, — я погладила его спутанные волосы. — Я здесь не проездом. Я приехала помочь тебе посадить тебе эти тюльпаны. Чтобы в нашем домике поселилась надежда. Солнечного цвета.

Дэвид с недоверием переспросил:

— В нашем?

— Или ты против? — я убрала руку. — Тогда я действительно могу уехать. Такси ждет.

— Глупая, — подражая мне, сказал он. — Думаешь, я позволю себе потерять тебя еще раз?

Я улыбнулась ему:

— Не знаю. Нет?

Улыбнувшись в ответ, Дэвид лукаво спросил, на миг став собой прежним:

— И потом, разве ты сможешь жить без меня?