Здесь тебя ждут - Барбара Макколи

- Это моя любимая фотография, - послышался вдруг над ухом глубокий мужской голос. - Эта и та, что над ней.

Кейси застыла, словно примерзла к полу. Медленно, очень медленно она обернулась.

Слейтер!

Подойдя к стене, он взял в руки верхний снимок.

- Здесь Джини всего два годика, а мне девять. Снято незадолго до маминой смерти. Последнее Рождество, которое мы встретили вместе.

Кейси с трудом оторвала взгляд от его лица и взглянула на фотографию. Мать Слейтера с малышкой на руках сидела на фоне роскошно наряженной елки и улыбалась в камеру. Рядом прислонился к стене худенький мальчуган - Слейтер. Отец его стоял позади и немного в стороне, как бы отстранившись от семьи.

- В том году мне подарили велосипед, - задумчиво улыбнулся Слейтер.

Повесив фотографию на стену, он повернулся к Кейси.

- Кейси, прости меня.

Кейси потрясенно молчала: он был здесь, в доме отца, и он просил прощения.

- Ударь меня, если хочешь, - продолжал Слейтер. - Делай все что угодно. Только скажи, что ты меня прощаешь.

Ударить - хорошая мысль, решила Кейси. Но прощать или нет, она еще подумает.

- Что ты здесь делаешь?

Слейтер подошел к окну, за которым двое работников подстригали траву.

- Я хотел уехать из города, но доехал только до кладбища. - Он повернулся к ней. - Ты знаешь, что отец посадил на могилах розы?

Кейси неуверенно кивнула. Она не понимала, что происходит, и боялась даже думать о том, что еще может произойти.

- Почему же ты мне не сказала?

- Потому что ты взрывался всякий раз, как я заговаривала с тобой об отце.

- Ты права, я не хотел ничего слушать. - Он подошел и взял ее за руку. - Боялся. Все эти годы меня поддерживала только злость, она помогала мне бороться с горем. Я чувствовал: если уйдет злость - на ее место придет невыносимая скорбь по единственному человеку, который меня любил.

- Твой отец любит тебя, - тихо ответила Кейси. - И всегда любил. Просто не знал, как выразить свою любовь.

- Похоже, у меня та же проблема.

Он взглянул на нее, и Кейси показалось, что глаза его стали глубже и темнее обыкновенного. Или, может быть, так их преобразил взгляд, полный нежности и любви?

Снаружи доносились обычные звуки: ржание лошадей, голоса ковбоев, чей-то веселый свист… Но в кабинете царила тишина.

- Я почти сразу понял, что натворил, - заговорил Слейтер, - каким оказался глупцом, когда выплеснул гнев на тебя. Я думал, что, если уеду, так будет лучше для всех. По дороге свернул на кладбище - и встретил там отца. Он принес цветы для мамы и Джини. - Слейтер грустно улыбнулся. - Как-то нехорошо кидаться в драку у них на глазах, как ты считаешь? По-моему, мы с отцом нормально поговорили впервые в жизни. Не спорили, не ссорились, не кидались обвинениями - просто разговаривали. Ты оказалась права: он любил нас с Джини, всегда любил, но смерть матери сломила его; после нее он как бы закрылся от всех, притворился, что ничего не чувствует. Иначе было бы слишком больно жить.

Он поднес ее пальцы к губам, и Кейси почувствовала, как по телу пробежала дрожь.

- Ты была права, во всем права. Сегодня я, в сущности, сделал то же, что и тогда, после смерти Джини, - сбежал, потому что боялся любви, боялся ответственности за тех, кого любил, особенно за тебя, Коди и Троя. Сама мысль о том, что я могу вас не уберечь, пугала меня до полусмерти. Вот я и сбежал, как делал все десять лет.

- Не бойся за нас, любимый, - прошептала Кейси, крепче сжав его руку.

Она не ошиблась: глаза Слейтера изменились. В них появился свет, которого не было раньше, - свет мира и покоя. Как обрадовались бы такой перемене его мать и Джини! Но, может быть, они и радовались, глядя на Слейтера с небес.

Он наклонился, чтобы поцеловать ее, и вдруг отступил в сторону.

- Ах да, совсем забыл! - Он вытащил из кармана аккуратно сложенный листок бумаги. - Я нашел себе новую работу и хочу с тобой посоветоваться.

Новую работу?! Только что признался в любви, а теперь говорит о работе?

- Мне казалось, у тебя уже есть работа, - сдавленным голосом произнесла она. - На Аляске.

- Ну, Кейси, ты же знаешь, я не выношу холода. Нет, я нашел в газете объявление, которое мне пришлось по душе. Одна беда: в такой работе у меня нет никакого опыта!

Кейси стиснула зубы - нет, она не закричит и не бросится на него с кулаками. Не доставит ему такого удовольствия.

Слейтер развернул листок и начал читать:

- «Уважаемая миссис Акасия Донован Морган! Недавно мне случилось прочесть в «Грэнит-Ридж газетт» ваше объявление. Меня очень заинтересовало предлагаемое вами место мужа и отца. К сожалению, мне не хватает опыта и квалификации, однако я люблю работать и быстро учусь».

Кейси схватилась за стену, вдруг ощутив, что ноги ее не держат.

- «Я люблю детей, - продолжал Слейтер, - особенно двоих, которых зовут Коди и Трой. Разумеется, они заслуживают всего самого лучшего, но я буду, не жалея сил, работать над собой, чтобы стать для них достойным отцом и примером в жизни. А главное - я буду их любить».

Он аккуратно сложил бумагу и, положив ее на стол, устремил на Кейси вопросительный взгляд.

- Может быть, и муж из меня не лучший, - продолжил он, шагнув к ней, - но знаю одно: в целом мире мне не найти работы лучше и важнее этой. И еще знаю, что люблю тебя больше жизни. Пожалуйста, скажи, что тоже меня любишь! Скажи, что выйдешь за меня замуж!

Кейси не могла говорить. Она всхлипнула и бросилась ему на шею. Слейтер подхватил ее и закружил по комнате, покрывая ей лицо поцелуями.

- Так ты любишь меня? - спрашивал он. - Ты не ответила!

- Конечно, люблю! И всегда любила, дурень ты этакий!

Не слишком романтическое признание, но Слейтер, похоже, не обиделся.

- Ты выйдешь за меня замуж? Немедленно! Прямо сегодня!

- Может быть, лучше завтра? - прошептала она. - Знаешь, к такому событию надо подготовиться. Я хочу, чтобы твоя невеста была неотразимой!

- Ты всегда неотразима, дорогая. - Из кармана джинсов он достал кольцо. - Это обручальное кольцо моей матери. Его отдал мне отец. - С этими словами он надел кольцо ей на палец.

- Так твой отец все знает?

Слейтер широко ухмыльнулся.

- Разумеется! И счастлив, что у него наконец появятся внуки. Требует, чтобы мы с тобой нарожали еще с полдюжины.

Слезы счастья хлынули у нее из глаз и потекли по щекам. Кейси боялась, что сердце ее разорвется от радости.

- Полдюжины? - Она подняла на Слейтера сияющие глаза. - Похоже, твой отец не разменивается на мелочи!