Перешагни пропасть недоверия - Сюзанна Макмин

Казалось, Хейден не очень хотел делать это, но кивнул. Он посмотрел на Гаррета, и Лэйни поняла, что брат почуял что-то неладное, когда сказал:

— Хорошо, если понадоблюсь тебе, я буду в гостиной.

Лэйни дождалась, когда Хейден с Далтоном скроются за дверью дома, и повернулась к Гаррету.

— Мне не верится, что ты мог хоть на секунду подумать, что я была с другим мужчиной, — проговорила она тихим голосом. Злость закипала у нее внутри. И она нуждалась в этой злости — только злость могла затмить жгучую боль. — Я же тебе говорила, что ни с кем не встречаюсь, и потом, мы с тобой… — она остановилась и тяжело сглотнула. — Ведь именно так ты подумал, да? — продолжила она. — Неожиданно приехал, увидел меня с мужчиной и тут же сделал выводы. Ты решил, что это то же самое, что уже было с тобой, когда ты застал изменяющую тебе жену, да?

Скулы Гаррета сжались. Темные глаза наполнились болью, но в них уже не было холода.

— А чего ты ожидала? — спросил он зло. — Я примчался сюда, жутко скучая по тебе, и застал тебя с каким-то мужчиной. Он обнимает тебя, потом ты целуешь его… — он с силой стиснул зубы. — Это было нормальным заключением.

— Я хочу, чтобы ты доверял мне, вот и все, — ответила Лэйни. — Такими должны быть отношения, настоящие отношения… Они должны основываться на любви и доверии — на том, что, как ты говорил, бывает лишь в сказках. Я решила, ты действительно так думаешь. Но когда ты сказал, что готов открыть чистый лист, я позволила себе надеяться… — Она остановилась, покачала головой и продолжила: — Видно, я была не права. Мы оба были не правы. Ты не готов двигаться дальше.

Ее злость исчезла так же быстро, как и появилась, оставив после себя горькое чувство поражения.

— Но двигаться дальше вовсе не значит забыть о прошлом, — возразил Гаррет. — Человек должен учиться на своих ошибках. Это я и пытаюсь делать.

В его голосе слышались напряжение и досада, а в глазах Лэйни увидела страдание. Оно пронзило ее всю с головы до ног. Она хотела дотронуться до Гаррета, залечить его раны, но понимала, что сейчас не сможет сделать это. Единственный человек, который мог залечить раны Гаррета, был сам Гаррет. И Лэйни не следовало даже пытаться…

— Ты узнал, что любить и доверять кому-то рискованно, — нежно произнесла она. — И теперь ты прячешь свою любовь и доверие внутри, как и Уолтер. Неужели ты хочешь прийти к тому же, к чему пришел он, — к одинокой старости?

— Ты не знаешь, о чем говоришь, — ответил Гаррет.

Она посмотрела на него очень внимательно.

— Возможно, ты прав. Возможно, я не имею права говорить тебе, что тебе нужно. Но я знаю, что нужно мне, чего хочу я. — Слезы подбирались к ее глазам. Она прикусила губу, чтобы не заплакать. По крайней мере, не сейчас. — Я хочу любви, — сказала она ему. — И мне нужно доверие. Я хочу всего того, что ты относишь к сказкам. И не соглашусь на меньшее. Думаю, ты не сможешь дать мне и капли того, что я хочу… никогда. Я не буду противиться твоим встречам с Далтоном. Но нам с тобой нет никакого смысла продолжать отношения. Ты согласен?

Воцарилась тишина. Гаррет удивленно смотрел на нее. С первого раза, как он увидел Лэйни, он хотел понять, чего она хочет. Но теперь, когда наконец понял это, он решил, что она хочет слишком многого.

Она хочет воскресить в его сердце все эти глубокие, пугающие чувства… И она хочет, чтобы он не прятал их, а положил перед ней, как раскрытую книгу.

Только через свой труп он позволит кому-нибудь снова заполучить такую власть над ним.

— Думаю, да, — грустно ответил он ей.

Вспыхнувшее ощущение разочарования побудило его быстро дойти до машины. Он повернул ключ в замке зажигания, и мотор заработал. Со свистом Гаррет рванул с места и уехал из городка.

Лэйни решила отдохнуть от покраски дома, когда зазвонил телефон. Она смотрела сериал и ела сандвич. Далтон лежал на одеяле, гукая и дрыгая ручками и ножками. Лэйни выключила звук и взяла трубку. Ее сердце екнуло в груди, когда она услышала голос Гаррета на том конце провода. Боль эхом отдалась у нее внутри.

Все это время она не переставала убеждать себя, что все произошло, как и должно было произойти. Ведь если Гаррет не мог двигаться дальше, было очень хорошо, что она обнаружила это сейчас. И Лэйни убеждала себя, что время — лучший доктор и скоро ее боль утихнет.

Что касается первого, то в этом Лэйни была практически уверена, второе же ее убеждение оказалось неверным. Его голос воскресил всю боль спустя две недели после их разговора.

Гаррет не стал терять времени и перешел сразу к делу:

— Уолтер в больнице.

Лэйни ахнула.

— Что случилось?

— У него был сердечный приступ, — быстро и холодно ответил Гаррет.

— Сочувствую, — автоматически, но искренне произнесла Лэйни.

Уолтер все же был дедом Далтона. И она никогда не желала зла старику.

Какая-то часть ее все еще надеялась, что она сможет найти способ свести Уолтера с Далтоном, но не такой страшный способ. И теперь Лэйни осознала, что всегда думала — у нее для этого впереди еще много времени. Наверное, она ошибалась.

— Как он? — быстро спросила она. — Он поправится?

— Ему нужна операция. Но он настаивает на другом. Сначала он хочет увидеть Далтона.

Лэйни глубоко вздохнула. Ею овладели противоречивые чувства. Она сожалела, что Уолтеру плохо. Но в то же время ей казалось, что он использует свое состояние, чтобы она выполнила очередное его требование, и это злило ее… потому что она не могла в этом ему отказать. А именно на подобное и рассчитывал Уолтер. Он все-таки сумел прижать ее к стенке. Да, она хотела познакомить Далтона с дедом, но желала сама диктовать условия.

— Насколько серьезна операция? — спросила она.

— Это операция, Лэйни! Это серьезно. Это хирургическое вмешательство.

Она молчала.

— Хорошо, — наконец услышал он ее голос. — Я привезу Далтона. Скажи мне, в какой больнице Уолтер. Приеду, как только смогу. Надеюсь, ты нас встретишь.

Гаррет передал ей всю информацию и резко повесил трубку.

Лэйни положила трубку и долго смотрела на нее, охваченная страхом. Нравилось ей это или нет, но она скоро впустит Уолтера Блэкмора в жизнь своего сына.

И выдержит ее сердце или нет, она скоро снова увидит Гаррета. Эта мысль заставила ее содрогнуться.

Но разве у нее был выбор?

Она отнесла Далтона наверх, одела его в один из лучших выходных костюмчиков и переоделась сама. Схватив сумку с детскими принадлежностями, сбежала по лестнице, села в машину и отправилась в Остин с тревожным ощущением в сердце.