В путь за любовью - Эйна Ли

– Позерка! – проворчала Ребекка, когда невозмутимая Клементина прошествовала мимо нее вниз.

Ребекка сумела подняться на колени, а потом сесть. Ее обогнала стайка весело смеющихся ребятишек – они съезжали прямо на попе. Для них все это было что-то вроде забавы. Так почему бы и ей не последовать их примеру? Ребекка завершила спуск на пятой точке опоры.

Клэй ждал ее у подножия. Выглядел он обеспокоенным, и это удивило ее.

– Что случилось? Ты подвернула ногу? – с тревогой спросил он.

Ребекка встала и с достоинством отряхнула юбку.

– Нет, все в порядке, – ответила она. – Решила, что лучше уронить свое достоинство, чем себя. Фургон и мулы в порядке?

– Да, но мне нужно возвращаться наверх. Я оставил фургон вон в том лесочке. Клементину я привязал к фургону сзади. Отсюда по тропе около мили до Ясеневой лощины. Бекки, ты и представить себе не можешь, что это за место! Там повсюду пруды и ручьи! Нам потребуется еще два-три часа, чтобы спустить все фургоны, и Скотта сказал, что на ночь мы остановимся там. – Клэй собрался было уйти, потом задержался, – Кстати, в лагере индейцы, но ты их не бойся – это сиу, а не павни. Они приехали вместе с Гартом и Ястребом. Ястреб сказал, что угроза осталась позади. Мы теперь на территории сиу, а они сейчас не воюют с белыми. – Он осклабился. – Впрочем, Ястреб не предупредил их, что ты уже близко.

– Очень смешно, Клэй!

Черт его подери, последнее слово всегда остается за ним!

Ребекка долго смотрела, как он взбирается вверх по склону – спокойным, уверенным шагом, будто восхождение дается ему очень легко. Похоже, он все события воспринимает так же – спокойно и уверенно. Кроме разве что их «свадьбы»…

Поблагодарив мулов за отличную работу, Ребекка принесла извинения Катарине и Леди Макбет за тряскую поездку. После этого она влезла на козлы и поехала по тропе, куда указал ей Клэй. Она встретила по пути несколько пеших путников и предложила их подвезти, но они отказались и только помахали руками.

Добравшись наконец до Ясеневой лощины, Ребекка глазам своим не поверила. Может, она умерла и попала в рай? Гигантский луг порос высоченными ясенями и пышными кустами смородины и крыжовника. Журчали ручейки, образуя здесь и там прозрачные заводи; бессчетное множество полевых цветов устилало луг, будто пестрый ковер, и воздух дышал сладким запахом жасмина и роз.

Ребекка нашла фургон Гарсонов и остановилась неподалеку. Этой ночью им не придется жаться друг к другу плотным кольцом: Скотт сказал, что они могут рассредоточиться и наслаждаться красотами пейзажа. Ребекка отвела мулов на отдаленное пастбище – его огородили веревкой, чтобы скот мог пастись и пить, не загрязняя чистую воду в озерцах.

Вернувшись к фургону, Ребекка обнаружила, что Хелена и Элеонора Гарсон уже варят смородиновое варенье. Она схватила кастрюльку и отправилась собирать ягоды вместе с теми женщинами, кому пришла в голову та же идея. Наполнив кастрюлю ягодами, Ребекка поспешила к своему фургону.

Она как раз месила тесто для пирога, когда мимо проехали пятеро индейцев. Они покидали лагерь. Ребекка никогда прежде не видела могучих сиу. Мистер Скотт был в восторге от этого народа: он считал их благороднейшими из воинов и при этом смертельно опасными, когда они выходят на тропу войны.

Один из них привлек ее внимание.

Он ехал на вороном жеребце и благородством осанки напоминал коронованного монарха. Его мускулистое бронзовое тело, прикрытое лишь набедренной повязкой, было начисто лишено волос. На голове черные волосы были заплетены в косу, конец которой украшало белое перо. Но самым красивым в его облике Ребекке показались черные глаза. Проезжая мимо, он подарил ей пронзительный взгляд, но лицо его осталось невозмутимым.

Ребекка, охваченная благоговейным страхом, поспешила вернуться к своему занятию. Когда приехали Клэй и Гарт, она испекла уже два пирога с крыжовником, а в кастрюльке на костре побулькивало смородиновое варенье.

Хорошо бы раздобыть кружечку молока. Ребекка взглянула в сторону фургона. Мужчины задремали, а будить их ей не хотелось. Они весь день спускались и поднимались на эту гору и, должно быть, жутко устали.

Вот проклятие! Она же видела, как доят коров, неужели теперь сама не разберется? Вооружившись подойником и складным табуретом, Ребекка направилась к корове, которая пощипывала травку неподалеку от фургона.

– Клементина! – торжественно начала Ребекка. – Окажи мне небольшую услугу. Я хочу приготовить сливочный соус, и мне понадобится кружка молока. Я буду тебе очень признательна, дорогая, если ты мне ее дашь. Более того, должна сказать тебе, я никогда прежде коров не доила, так что будь снисходительна ко мне.

Корова подняла голову, посмотрела на Ребекку большими круглыми глазами и продолжила кушать травку. Ребекка уселась на табурет, поставила под вымя подойник и потянулась к коровьим соскам. На ощупь – как кожа, только очень плотная. Клементина повернула голову. В ее глазах читалось удивление. Ребекка надавила, но ничего не произошло. Она попробовала еще раз – с тем же успехом.

– Дорогая, ты совсем мне не помогаешь, – укоризненно сказала Ребекка. – Попробуем еще раз?

На этот раз Ребекка сдавила соски чуть посильнее. Корова взмахнула хвостом. Ребекка попробовала уклониться от удара, но не успела, и хвост больно хлестнул ее по щеке. Ребекка упала, не удержавшись на табурете.

Она долго сверлила животное взглядом.

– Это нехорошо, Клементина. Совсем нехорошо. Мне нужна всего лишь кружка молока! – Потирая пылающую щеку, Ребекка вновь уселась на табурет. – И я не уйду, пока не получу ее.

Она снова схватила корову за соски и сжала. Молока не было, зато на этот раз Ребекке удалось увернуться от хвоста.

– Послушай, дорогая, – прошипела Ребекка сквозь зубы, – я очень стараюсь быть осторожной.

– Вероятно, ты сжимаешь недостаточно сильно.

Она обернулась – позади стоял Клэй. Он опустился на колени и, заключив ее в кольцо своих рук, накрыл ее ладони своими.

Жар его тела обволакивал ее, сильные руки обнимали ее, над ухом звучал чувственный, с хрипотцой, голос. Сосредоточиться на корове стало совсем невозможно.

– Теперь сжимай, – сказал он, надавливая на ее руки.

Ребекка нырнула вниз и увернулась от удара. Клэй получил хвостом по лицу.

– Какая подлая корова, – изрек он и вернулся на прежнее место. – Вся штука в том, чтобы поймать ритм. Давим – тянем, давим – тянем. Повтори сама.

– Давим, тянем, давим, тянем, – послушно повторила Ребекка. Она уже пожалела о том, что вздумала приготовить картофель в сливочном соусе, бобы вполне устроили бы всех. Клэя ее готовка вообще не интересовала.

– Теперь попробуй доить в этом ритме.

Его близость совершенно мешала сосредоточиться, но Ребекка хотела поскорее покончить со своим делом.