Тепло наших сердец - Нора Робертс

— На этот раз она тебя действительно достала?

— Еще как! — Флинн вздохнул, а потом рывком открыл ящик письменного стола и стал искать упаковку аспирина.

— Отличная у тебя работа!

— Да уж… — пробормотал он, доставая из другого ящика бутылку воды.

— Никакой иронии. Я серьезно. Ты прекрасно справляешься. Не хуже, чем Лиз. А может быть, в чем-то и лучше, потому что более доступен. Кроме того, ты пишешь лучше любого из твоих сотрудников.

— Что это с тобой? — Флинн внимательно посмотрел на сестру, запивая таблетку.

— Ты и правда неважно выглядишь. — Дана не могла видеть его несчастным. Раздраженным, смущенным, злым или угрюмым — сколько угодно, но, когда она знала, что Флинн страдает, у нее разрывалось сердце. — Плезант-Вэлли нужен «Курьер», а «Курьеру» нужен ты. В отличие от Роды. Она все прекрасно понимает, и это ей как кость в горле.

— Думаешь? — Мысль ему явно понравилась. — Я имею в виду кость в горле.

— Можешь не сомневаться. Полегчало?

— Да. — Флинн закрыл бутылку и сунул в ящик стола. — Спасибо.

— Второе доброе дело за сегодняшний день. Я целый час проторчала у Мэлори, а потом еще двадцать минут слонялась поблизости, размышляя, рассказать все тебе или пусть это останется нашим женским секретом.

— Если речь идет о прическах, критических днях или ближайшей распродаже в торговом центре, пусть останется между вами.

— Ты настоящий женоненавистник. Я не собираюсь… Что за распродажа?

— Смотри объявления в завтрашнем «Курьере». У Мэлори неприятности?

— Хороший вопрос. Ей приснился сон, только она верит, что это не сон.

Дана пересказала утренний разговор и достала из сумки распечатанные Мэлори листы.

— Я за нее волнуюсь, Флинн. И за себя тоже — ей почти удалось убедить меня в своей правоте.

— Минуту.

Он дважды прочитал текст, а затем откинулся на спинку кресла, устремив взгляд в потолок.

— Тебе не кажется, что мы похожи на Скалли и Малдера?[23]— в голосе Даны послышалось раздражение. — Рассуждаем о богах, магии и плененных душах.

— Речь идет о возможностях, а возможности должны быть исследованы. Где сейчас Мэлори?

— Сказала, что собирается в «Галерею». Хочет кое-что разузнать о картине.

— Хорошо.

Значит, она придерживается плана.

— Ты ее не видел?

— Нет, но увижу. А как дела у тебя? Что-нибудь нашла?

— Распутываю пару ниточек.

— Ладно. Давай вечером встретимся у меня. Предупреди Зою, а я скажу Мэл. — Флинн улыбнулся, поймав хмурый взгляд Даны. — Ты же пришла ко мне, дорогая. Теперь я в деле.

— Я так тебе благодарна…

— Милая, день, когда я могу что-нибудь сделать втайне от нашей тупой блондинки, для меня настоящий праздник.

Тем не менее Тод с опаской оглянулся по сторонам, прежде чем открыть дверь бывшего кабинета Мэлори, который теперь превратился в территорию Памелы.

— Боже, во что она превратила мой кабинет?

— Ужасно, правда? — Тод передернул плечами. — Единственное, что меня утешает, — Памеле самой приходится на это смотреть, когда она сюда приходит.

Комната была до отказа набита вещами. Овальный письменный стол, кресла, журнальные столики и две украшенные кисточками оттоманки — все это теснилось на аляповатом красно-золотом ковре. Стены были увешаны картинами, утопавшими в роскошных «золотых» рамах, а все свободные поверхности занимали статуэтки, декоративные чаши и шкатулки, стеклянные и другие безделушки.

Мэлори отметила, что каждая вещь сама по себе была настоящим сокровищем, но собранные вместе в таком маленьком помещении, они производили впечатление очень дорогой гаражной распродажи.

— Как она умудряется руководить?

— У нее есть рабы и подчиненные — то есть я, Эрнестин, Джулия и Франко. Этот Симон Легри[24]в юбке восседает здесь, словно на троне, и раздает указания. Тебе повезло, Мэл.

— Возможно.

Мэлори подумала, что все равно тяжело приходить сюда, осознавая, что теперь она тут чужая. Интересно, а где она своя?

— Где сейчас Памела?

— В клубе. У нее ланч. — Тод посмотрел на часы. — У тебя два часа.

— Более чем достаточно. Мне нужен список клиентов, — сказала Мэлори и подошла к компьютеру, стоявшему на письменном столе.

— Ага, хочешь украсть клиентов прямо из-под ее искромсанного пластическими операциями носа?

— Я бы с радостью, но нет. Пытаюсь найти автора одной картины. Мне нужно выяснить, кто интересуется произведениями в этом стиле. И еще данные о живописи на мифологические сюжеты. Черт, она сменила пароль!

— «Мой».

— Она использует твой пароль?!

— Нет. Это ее пароль. М-О-Й. — Тод покачал головой. — Записала его, чтобы не забыть, после того как не смогла вспомнить два предыдущих. Совершенно случайно я… э-э… наткнулся на эту запись.

— Я тебя люблю, Тод! — воскликнула Мэлори, вводя столь нетривиальный пароль.

— Достаточно сильно, чтобы рассказать, в чем дело?

— Более чем достаточно, но пока не могу. Вроде как дала слово. Сначала нужно кое с кем посоветоваться. — Мэлори работала быстро — нашла подробный список клиентов и скопировала на свой диск. — Обещаю не использовать его для чего-то незаконного или неэтичного.

— Чертовски жаль!

Мэлори усмехнулась и достала из сумочки распечатку цифровой фотографии картины.

— Знакомо?

— М-м-м… Нет. Разве что стиль.

— Вот именно. Никак не могу вспомнить, и это не дает мне покоя. Я уже где-то видела работу этого художника. — Скопировав файл, она перешла к следующему и вставила в компьютер новый диск. — Если вспомнишь, позвони. В любое время дня и ночи.

— Похоже, дело серьезное.

— Возможно. Если только я не сошла с ума…

— Это имеет отношение к мистеру Хеннесси? Ты работаешь над статьей для его газеты?

Мэлори вытаращила глаза.

— С чего ты взял?

— Позавчера вы вместе обедали. Я все знаю, — прибавил Тод.

— Это никак не связано с ним. По крайней мере, напрямую. Ты знаком с Флинном?

— Только в мечтах.

— Ну а я теперь знакома… Кажется, мы встречаемся. Я не собиралась, но так вышло.