Под созвездием Любви - Сандра Мэй

Лихорадка не отпускала Морта еще несколько дней, и все это время Дженнифер неотлучно находилась при нем.

На пятый день он встал и попытался пройти по коридору, но сил хватило всего на несколько шагов, после чего Дженнифер отвела его обратно и погрозила кулаком.

— Рано еще! Ты слаб, как новорожденный котенок.

— Дженни… ты очень красивая.

— Вот! А ты хотел меня прогнать! Жил бы… без такой красавицы.

— У тебя кожа светится.

— Не смущай меня, граф. Я думала, ты не помнишь…

— Здрасте! Я все помню. И знаешь, Дженнифер? Как честная женщина…

— Начинается!

— Ты обязана выйти за меня замуж. Ты меня видела голым.

— Взаимно. Ты меня — тоже.

— Выйдешь за меня?

— Выйду.

— Что?

— Что слышал. Попался? Думал, я откажусь? А я согласна. Я люблю тебя и выйду за тебя замуж.

— Здесь, на острове?

— Да хоть посреди океана.

— А как же Саванна? Ты ведь хотела домой?

— Дом там, где сердце. Берне сказал, а он в этом разбирался. В Саванну поедем… в свадебное путешествие. А в качестве подарка я куплю себе чемодан трусов и настоящие кроссовки.

— Бедная моя девочка. Босая и раздетая.

— Ты куда это руками полез, граф бессовестный? Морт…

— Дженни…

И потянулись дни, полные нежности, любви и разговоров…

— Морт?

— Мм…

— Ты спишь?

— Сплю.

— Врешь, не спишь. Поговори со мной.

— Говорю. О чем?

— Не знаю. Мне хочется знать о тебе все или хотя бы половинку. Я же тебе рассказала про себя. Конечно, у меня вовсе не такая насыщенная событиями жизнь…

— Ты обо мне тоже почти все знаешь. Мне двадцать девять лет. Четыре последних года я живу на Острове. Мне казалось, я обрел покой, и этого вполне достаточно, но теперь я обрел еще и счастье. И понял, как бедна была моя жизнь до тебя.

— А как ты жил до Острова? В Англии?

— Ну… Маму я почти не помню. Меня воспитывал отец. Я с детства был довольно романтичным ребенком, играл в пиратов и Робин Гуда… всякое такое.

— Теперь тоже можешь играть в пиратов.

— Не могу. Разучился. Возможно, со временем…

— Давай дальше. Ты был богатым… кем?

— Сначала я был просто богатым наследником, и мне казалось, так будет всегда. Но когда мне исполнилось шестнадцать, отец умер от сердечного приступа.

— О боже! И ты остался совсем один?

— У меня были хорошие опекуны, друзья отца. Морин с детства заменила мне мать. Арбетнот управлял замком и всем хозяйством. Мне не позволили растеряться и впасть в отчаяние. Я поехал учиться в университет.

— Оксфорд?

— Кембридж. Оксфорд потом, когда магистратура… В общем, в двадцать два я занял место отца в совете директоров и стал акулой бизнеса.

— Ой, надо же. Такой молодой…

— Я в некотором смысле зануда, так что быстро освоился на новом месте. Только вот не нравилось мне это ужасно. Я рвался в Сомерсет, а приходилось мотаться по всему свету, сидеть на совещаниях, встречаться с партнерами. И как-то раз я решил устроить себе отпуск. Все рассчитал.

— Не получилось?

— Не то чтобы не получилось… Мне оставалось только слетать в Лос-Анджелес, встретиться с партнерами — и после этого я должен был вернуться в Англию и провести целый месяц в Лайонел-Касл. Я так мечтал об этом!

— Что же помешало? Случилось что-то?

— Да. Я встретил одну женщину…

— Сесили… Ты встретил Сесили Клейборн?

— Она себя называла Золотой Девочкой. Красивая, звонкая, солнечная, властная — я никогда таких не видел.

— Ты влюбился…

— Да. До беспамятства. Я про такое только в книгах читал. Не мог без нее и часу прожить, все ходил за ней хвостом, ездил по всем ресторанам, по гостям… Она смеялась, представляла меня женихом.

— Ты был счастлив?

— Очень. Так мне казалось. А потом начались проблемы.

— Вы поссорились?

— Нет. Просто я узнал, что она замужем. Собственно, что там узнавать, это всем было известно, кроме влюбленного теленка по имени Морт Риджвуд. Сесили нравилось, что в нее влюблен настоящий английский граф. У нее была слабость к титулам.

— Ты потребовал развода?

— У Сесили никто ничего потребовать не мог. Она по жизни была королева, понимаешь? Все, что она хотела, она получала. Она и сама никакого развода не требовала, просто вызвала своих адвокатов и расторгла брак задним числом. Муж, бедняга, узнал обо всем из газет.

— Ты его видел?

— Д-да… кажется… понимаешь, Джен, я все же не все помню… Был какой-то человечек, волосы светлые, глаза голубые… вполне возможно, что это и не он…

— Рассказывай дальше, а то передумаешь.

— Я про ее развод тоже узнал из газет. А еще там же было объявление о нашей помолвке. Я разозлился.

— Ты не хотел жениться на ней?

— Я был измучен ею, Дженнифер. Она высосала из меня все соки. Ради нее я забыл про все на свете, а она играла со мной, то отталкивала, то приближала, то флиртовала с другими, то приезжала ко мне посреди ночи… Увидев сообщение о помолвке, я разозлился и поехал к ней на виллу. «Севеноукс»…

— Морт, давай-ка передохнем? Закрывай глаза, а я буду гладить тебя по голове.

— Джен, мы не договорили.

— Если ты не хочешь говорить — не надо.

— Я не хочу, чтобы между нами оставались тайны.

— А я не хочу… Морт, а когда мы поженимся, этот портрет…

— Он останется в комнате, но я жить в ней больше не буду. Мы с тобой будем жить вообще в другом доме. Я построю его для тебя. Совсем новый дом… без эха моего бреда, без призраков моей тоски…

— Морт, что случилось, когда ты приехал к Сесили на виллу?

— Ничего. Я прожил у нее на вилле неделю. Она никак не хотела вести серьезные разговоры. То гости приезжали к ней, то она уезжала к подругам… Потом я все же улучил минуту и настоял на разговоре. Мы крупно поругались. Я говорил, что не желаю быть ее игрушкой, что она не вправе распоряжаться чужими судьбами, а она плакала — от злости, исключительно от злости. По-моему, я вообще был первым в ее жизни человеком, который не подчинился ее прихоти. Она достала из стола пистолет и стала кричать, что покончит с собой. Это был отвратительный спектакль, но он мог плохо кончиться, потому что она совсем не умела обращаться с оружием. Я бросился к ней… Я хотел забрать пистолет…