Только ты и я - Джил Мансел

— Тебя называют «сексуальной маньячкой из Беверли-Хиллз».

— Бедная мама.

Прошло три дня, а сравнение со степным пожаром оказалось слишком слабым. Голливудская машина по производству сплетен уже плавилась от перегрузки, а Кей официально превратилась в человека, которого ругала и поносила вся Америка. Перейдя по другой ссылке, Лу увидела фотографию, на которой Шарлин со слезами на глазах прижимает к груди портрет Ягненочка. Сопровождавшая снимок статья была озаглавлена: «Не знаю, как переживу похороны. Мне хочется умереть».

Тилли сказала:

— Прекрати читать эту муть.

— Не могу. Ведь они говорят о маме. Смотри, вот на снимке ее доставляют в полицейский участок. Она выпила один бокал вина и прошла тест на содержание алкоголя, но они все равно пытаются повернуть все так, будто у нее проблемы с алкоголем. Если раньше у нее проблем не было, то сейчас они могут появиться.

Тилли через плечо Лу взглянула на фотографию Кей, где та была запечатлена, естественно, расстроенной, растрепанной и в порванной юбке. Снимок был сделан в день происшествия. Взяли ту фотографию, где она моргает, поэтому ее глаза были полуприкрыты и выглядела она так, будто не просыхала целую неделю.

«Совершенная Английская Роза или Горькая Пьяница?» — кричал заголовок.

«Опасности ревности, — говорил другой. — Карьера Кей Макенны рухнула из-за безнадежной любви к ее боссу и минутного помешательства, закончившегося убийством».

— Дензилу Вейнтраубу за шестьдесят. — Лу с отвращением покачала головой. — Почему никому не приходит в голову, что маму не заинтересовал бы жирный старый директор с неудавшейся трансплантацией волос и носом-картошкой?

— Потому что он мультимиллионер и суперуспешный жирный старый директор. — Тилли указала на описывающую все это строку в тексте.

— Но мама не такая! Она не гоняется за уродливыми стариками только потому, что они богаты!

— Мы это знаем. Не переживай, она с этим справится. А теперь, солнышко, выключи компьютер.

— Ты, случайно, не пытаешься уберечь меня от прочтения следующей ссылки? — Это позабавило Лу. Она слабо улыбнулась и сказала: — Ладно, я ее уже видела. Чокнутый психолог утверждает, что у мамы отложенный нервный срыв из-за того, что ее муж оказался геем. Все это бред.

Тилли сжала ее худенькое плечико.

— Конечно.

— А компьютер я пока выключить не могу. Мне нужно посмотреть кое-что по Шекспиру. Он такой скучный.

— Мы сдавали «Макбет» на GCSE[9]. — Тилли скривилась. Она искренне сочувствовала Лу.

— А мы будем сдавать «Ромео и Джульетту». Я почти не понимаю, что каждый их них пытается сказать, диалоги ужасно пустые и запутанные. Ну почему они не могут говорить на простом английском?

— Моя дочь обычная мещанка, — объявил Макс, входя в кухню с рисовальной доской под мышкой. — Если это не журнал «Хит», ей неинтересно.

— Спасибо, папочка. Должна довести до твоего сведения, что я, между прочим, очень умная. Просто мне не нравится Шекспир.

— Это потому, что ты не видела его пьесы в театре. Ладно, с этим надо будет что-то сделать. Подвинь попу. — Поставив на пол доску, Макс ловко сдернул Лу со стула и занял ее место перед лэптопом. — «Королевская шекспировская компания», Стратфорд. Смотрим здесь. «Ричард III»… вряд ли. «Кориолан», гм. — Стуча по клавишам, он просматривал репертуар. — «Двенадцатая ночь», тебе понравится. Принеси мой бумажник, мы прямо сейчас закажем билеты. Тилли, ты с нами?

Потрясенная, Тилли спросила:

— Ты серьезно? Тебе действительно нравится Шекспир?

— Ха, она думает, я слишком прост, чтобы оценить барда. Но это не так. — Макс помахал у нее перед носом пальцем. — Он великолепен. Просто отдайся течению, и тебя затянет, поверь мне. О да, я вобью в ваши головы капельку культуры, даже если это будет стоить мне жизни. Проклятие, в среду и в четверг я не могу — буду в Лондоне с клиентом. Придется брать билеты на пятницу, двадцатое.

Фу, пронесло.

— Я не смогу пойти. На этот день назначен благотворительный бал. Очень жалко, — сказала Тилли.

— Благотворительный бал? — встрепенулась Лу, заинтересовавшись.

— В Челтнеме. Джек ее пригласил. Тогда я закажу два билета. — Макс принялся вводить данные своей кредитки.

— Тебя пригласил Джек? — Усмехнувшись, Лу заявила: — Ну и ну! Мне казалось, ты говорила, что не хочешь стать еще одной зарубкой на столбике его кровати.

— А я и не хочу. — Господи, а теперь над ней издевается веснушчатая тринадцатилетняя девчонка. — Это не свидание. Он попросил меня пойти с ним только потому, что оказался в затруднительном положении.

Лу кивнула с видом человека, знающего знаааачительно больше.

— Тебе придется позаботиться о том, чтобы он тебя не загнал в затруднительное положение.

Атмосфера на съемочной площадке не улучшалась. Где бы Кей ни оказывалась, она везде видела, как люди собираются группками и перешептываются, а потом при ее появлении будто растворяются. Это было не очень приятным ощущением: вероятно, так чувствуют себя бездомные, от которых плохо пахнет.

Ей также стало известно, что вызвали группу сценаристов и заперли в каком-то трейлере, где они в спешке меняют сценарий финального эпизода сериала.

Гм, интересно, к чему это все? И при этом она продолжает ждать, что с ней продлят контракт. Забавно.

В гримерном вагончике тишину нарушал только звук телевизора, настроенного на развлекательный канал.

— …А теперь перейдем к делу Кей Макенны, — объявила ведущая.

Кей сухо заметила:

— Ради разнообразия.

Эллис, гримерша, отложила кисть для румян.

— Хотите, я переключу на другой канал?

— Нет, оставь. Мне уже безразлично. Давай послушаем, что они сегодня скажут.

— Сегодня утром у нас в студии трое гостей, и у каждого из них есть много общего с Шарлин Вейнтрауб. — Ведущая сделала многозначительную паузу. Желая подчеркнуть важность момента, она сложила губки в кружочек, из-за чего ее рот стал похож на кошачий задний проход, и указала на женщину слева: — Вот Паула. Она рассказывает, что однажды — это было в прошлом году — она шла по улице по своим делам, как вдруг из-за угла вылетела машина, за рулем которой сидела Кей Макенна, и понеслась на нее. Если бы она не отскочила в сторону, ее переехали бы, как Ягненочка.

— Боже мой!.. — выдохнула Эллис, в ужасе глядя на отражение Кей в зеркале. — Вы действительно это сделали?

— Естественно, нет. Я этого не делала! Я в жизни не видела эту тетку! Я очень осторожный водитель!