Врачебная тайна. Шанс на счастье - Кэти Свит

Дико сомневаюсь, что Александра вытащит меня из подобной передряги. Она, конечно, умница и красавица, но ещё слишком юна для подобных дел.

– Я уже понял, – заверяет друг. – Не переживай! Александра справится!

– Думаешь? – по-прежнему сомневаюсь.

–У верен! – говорит твёрдым голосом. – Ты не смотри на её возраст, она настоящий ас!

– Надеюсь, – кидаю в сторону молоденькой девушки беглый взгляд.

Ладно, всё равно других вариантов у меня нет. Придётся рассчитывать на этот.

– Мой телефон у вас? – перевожу взгляд с одного своего помощника на другого.

– Да, – кивает Александра. Открывает небольшой рюкзачок и достаёт оттуда чёрный непрозрачный пакет. – Держите, – протягивает мне. – Здесь все, которые у вас изъяли при поступлении.

– Спасибо, – принимаю свои вещи. Если честно, то я немного обескуражен. В голове не складывается картинка.

Уж слишком миниатюрная и милая девушка стоит передо мной, не похожа она на матёрого юриста.

– Сань, тебя до дома подкинуть? – Марк своим вопросом возвращает меня обратно в реальность. Зарассуждался…

– Если не трудно, – соглашаюсь. По пути и поговорим.

Александра инструктирует меня касаемо поведения, настоятельно рекомендует не конфликтовать с коллегами и лишний раз не показываться в отделении, где лежит сын мэра.

Но нет! Я не смогу отказаться от посещений, ведь в палате напротив лежат Василиса и мой сын. Они нуждаются в моей помощи и я буду чувствовать себя последней тварью, если не пройду с моей семьей сложный путь нога в ногу.

Лисе в принципе тяжело, а без меня и подавно! Поэтому, наплевав на все и вся, я буду рядом с ней.

Мы договариваемся о следующей встрече, рассаживаемся по машинам и мчим к моему дому. Благо, пробки уже закончились.

На протяжении всего пути мы рассуждаем о причинах подобного поступка Али, досконально разбираем выдвинутое против меня обвинение, пытаемся разобраться во всем, что произошло.

Марк делится своими предположениями касаемо поведения Рузановой, ее связи с руководством клиники и чем больше мы об этом говорим, тем сильнее понимаем, мы распутываем змеиный клубок.

Там замешаны огромные деньги, множество связей. Это целая махина по отмыванию денег!

Вот это я вляпался… М-да.

Если только кто-нибудь из наших врагов поймет, что мы начали копать против них, то никому не поздоровиться. Особенно Степке и Василисе, которые находятся в клинике на данный момент.

Твою ж мать! Один неверный шаг и моя семья окажется под ударом.

Но даже при этом раскладе я понимаю четко, что не мог позволить сыну мэра умереть.

Уверен, Валентин Юрьевич обязательно разберется в ситуации, если я предоставлю ему доказательства. Он поверит мне, а не Але или Марьям.

Теперь осталось дело за малым, найти запись операции и каким-то чудом ее изъять.

К сожалению, у Макса Майорова пока не получается отыскать доступ в серверную клиники, а предоставленные Алей сведения сфабрикованы, там взято видео с другой операции.

Только вот разве кто будет спорить с руководителем? Дураков нет.

Я должен. Я просто обязан найти способ и достать то видео! Лишь в этом случае мы сможем отстоять правду и вывести мою семью из-под удара.

Чем дольше об этом думаю, тем сильнее завожусь. Несправедливость и осознание болота, в котором повязли, добивает.

Но я обязательно справлюсь! Найду выход!

Ради Лисы. Ради наших мальчишек. Ради своей семьи!

– Сань, ты только не отсвечивай сильно, – просит Марк, паркуясь напротив моего дома. – Ты потом в клинику? Могу тебя подождать.

– Если не сложно, – прошу друга. Он согласно кивает.

У меня есть немного времени, чтобы проведать Марину с Феденькой и вещи собрать.

Поднимаюсь на свой этаж, открываю дверь, захожу в квартиру и тут же оказываюсь сжатым в объятиях маленького человечка. Он жмется к моим ногам.

– Привет, – присаживаюсь напротив сына. – Ты чего не спишь? – удивляюсь.

– Никак не могу уложить, – говорит Марина, выходя из кухни со стаканом кефира в руках. – Паршиво выглядишь, – встает неподалеку, облокачивается на стену.

– Спасибо, сестра, – ухмыляюсь печально. – Могла бы брату хоть немного соврать.

– Ну ты же мой брат, – продолжает ерничать. – Кто ж тебе еще кроме меня правду скажет?

– Ох, Маринка! Да ну тебя! – отмахиваюсь.

– Чего это? – вопросительно выгибает бровь. – Снова торопишься?

– Да, – киваю. – В клинику надо, – поясняю. – Лисе со Степкой помочь.

– Поняла, – вздыхает. Берет Федю за ручку. – Дружок, пойдем с тобой в кровать, – говорит ласково. Но малыш стоит и не двигается с места. Смотрит исключительно на меня.

– Феденька, – скидываю с себя грязную одежду и быстро обрабатываю руки антисептиком. Конечно, мне как можно скорее нужно в душ, но сейчас на него банально нет времени. Так что придется обойтись урезанным вариантом. – Иди ко мне.

Беру сына на руки, рассказываю ему забавную историю про то, как медвежонок искал папу и заговаривая укладываю в кровать, Марина подсовывает разомлевшему малышу кефир.

Феденька делает несколько глотков из кружки, переворачивается на живот, поднимает кверху попку и мгновенно засыпает.

– Саш, ты вернешься? – шепчет Марина, видя, что я собираюсь выйти из комнаты.

– Как только смогу, – обещаю сестре.

– У меня занятия через неделю начнутся, – поясняет свою тревогу.

– Не беспокойся. За неделю все решу, – обещаю ей.

Теперь осталось, чтобы организм Степы справился и восстановился. Тогда я поговорю с Кириллом и его сразу же выпишем. Дома будет приходить в себя.

Бросаю напоследок взгляд на сына, прощаюсь с сестрой, быстро собираю все необходимое и покидаю квартиру.

Мне нужно к Лисе и Степке. Они ждут!

Возвращаюсь к Савельеву в машину. Как только я усаживаюсь в кресло, друг тут же срывает тачку с места и мчит на пределе скорости к медицинскому центру.

Он словно чувствует мою потребность как можно быстрее оказаться рядом с Лисой. Объяснить ей состояние Степки, успокоить, обнять…

Меня тянет магнитом к любимой, буквально каждой клеточкой своего тела ощущаю ее состояние, чувствую, как ей плохо, как она горюет без меня.

Нашу связь ничто и никогда не способно разрушить. Даже время над ней оказалось не властно.

Прощаюсь с Марком, выхожу из машины, прохожу сквозь турникеты и поднимаюсь на лифте на нужный этаж. Широким твердым шагом прохожу мимо медицинского поста, бегло здороваюсь и направляюсь в сторону палаты, где находится моя семья.

– Александр Петрович, – медсестра бежит следом за мной. На ее лице тревога. – Вам нельзя сюда! – шепчет.

– Кто сказал? – останавливаюсь и вопросительно смотрю на нее. Хоть она не виновата, но я все равно не скрываю своего гнева.

– Изольда Альбертовна, – шепчет, бледнея.

– На каком основании? – спрашиваю требовательно.

– Н-не знаю, – вжимает голову в плечи.

– Вот тогда пусть Изольда Альбертовна