Счастье по рецепту - Теона Рэй

Усмехнувшись своим мыслям, вернулась к делам хозяйственным. Уборка, сделанная мной в первый день проживания, не подлежала сохранению, как в игре. Пыль снова осела на поверхностях, на полу все еще виднелись грязные следы ботинок незваного ночного гостя, да и стирки уже накопилось.

Чувство лени было мне свойственно. Но если раньше я знала, что бардак в доме уберут отец или бабушка, потому что им надоело, приходя ко мне в гости, спотыкаться о разбросанные вещи, то сейчас у меня никого нет. На личную служанку я не заработала, да и чем еще заняться? Валяться на кровати с книжкой мне не по душе, так и от скуки помереть можно. Я бы прогулялась по городу, и уже даже собиралась это сделать, как вдруг остановилась посреди лестницы, ведущей на второй этаж, и выглянула в гостиную.

Мне ведь понравилась та чистота, которая была после моей первой уборки. Ну разве не приятно приходить в дом, где все на своих местах, а воздух чист и свеж? Муки совести оказались сильнее желания гулять, чертыхнувшись, я вернулась вниз и отправилась в баню.

Пока мыла полы, согнувшись, потому как швабры не было, все думала, как докатилась до такого. А еще думала, какой была бы моя жизнь на Земле, если бы я не умерла?

– Хреновой она была бы, – буркнула самой себе под нос и с еще большим усердием принялась тереть пятно на полу.

Вместе с пятном стерла из своей головы воспоминания о родном мире. Я устала думать о нем, устала думать, что было бы “если бы”. Хватит, надоело! Пора уже смириться с тем, что дома мое отсутствие даже не заметят. Новая жизнь, новые привычки, новые черты характера буду в себе развивать.

Минутка аффирмаций закончилась, немного вдохновив меня на подвиги. Вымыв пол во всех помещениях, постирала вещи, развесила их на улице на бельевой веревке и глянула на часы. До обеда еще было много времени, но ноги и руки гудели от усталости. Я позволила себе спокойно выпить чашку чая и вновь вернулась к уборке. О том, что устала, старалась не думать. Со злостью стискивала челюсти и отмывала пыль на чердаке. Стеллажи, пол, и даже стены я протерла мокрой тряпкой с порошком. Котел ведьминский, который мы забыли увезти болотному королю, не тронула. Он и без того был чистым, словно его ежечасно вытирал от пыли кто-то невидимый. Эта мысль мелькнула в моей голове и тут же исчезла, не задержавшись.

Спустя несколько часов уборки на чердаке можно было готовить прямо на полу, настолько тщательно я выскоблила и вымыла каждую дощечку. Почти онемевшими руками подняла ведро с грязной водой и на негнущихся ногах побрела вниз. Шагала по ступенькам, останавливаясь едва ли не на каждой, чтобы передохнуть.

В таком состоянии меня и застал Тиммион.

– На тебе лица нет, – заявил он встревоженно, заходя в гостиную с улицы. Прикрыл за собой дверь и бросился ко мне, чтобы забрать ведро.

Я в этот момент стояла уже в конце лестницы, привалившись к перилам. Ведро отдала с радостью и, чувствуя головокружение, присела на ступеньки.

– Я наводила уборку, – произнесла устало.

– Довольно чисто, – Тиммион оглянулся по сторонам. – Но ты могла бы не убиваться так и сделать все постепенно…

– Нет! – я глянула на мужчину раздраженно. Разве он не понимает, что если один раз отложить дела на потом, второй раз отложить, то так ничего и не сделаешь?

– Ладно-ладно, – сосед примирительно вскинул свободную руку. – Я так понимаю, обед не готов?

Обед? В панике взглянула на часы и застонала. Я еще час назад должна была его приготовить!

– Прости, Тиммион… – хлопнула себя по лбу, прикрывая покрасневшее со стыда лицо. – Я уже в который раз тебя подвожу. Сказала бы, что это из-за отсутствия холодильника, мне не в чем хранить еду, но это не так. Мне очень стыдно! Если ты меня уволишь, я пойму.

– Что за холодильник? И не собираюсь я тебя увольнять, еще чего. Ты всего-то дважды забыла о своих обязанностях, да и к тому же в первый раз на ужин еще оставался суп.

– Ты слишком добрый, – хмыкнула, не отвечая на вопрос о холодильнике. Выпрямилась, колени заныли, и я поморщилась. – Но не думай, что я буду пользоваться твоей добротой. Обещаю, больше никогда не оставлю тебя голодным!

– Ты – главное – пекарню свою открой, пусть у тебя получится, хорошо? – мужчина тепло улыбнулся. – Не знаю, кто придумал, что женщина не способна вести свое дело, но мне эта установка не нравится. Все вы можете.

Тиммион оставил меня на лестнице в растерянности. Унес ведро на задний двор, я не успела ему сказать, что из бани есть выход в уборную. Правда, дырку в полу не хотелось гостям показывать, я и сама-то в ту комнату старалась заходить как можно реже. Но и выливать грязную воду на изумрудную травку, заботливо выращенную ведьмой, не стоило.

“Все вы можете”. Как же сильно эта фраза отличалась от: “Анька, бестолочь, не пытайся прыгнуть выше своей головы”! Короткое “Пусть у тебя получится” заставило меня вскинуть голову и выпрямить спину. Уже и боль в коленях чувствовалась не так сильно, да и усталость схлынула волной.

Тиммион вернулся в дом, держа уже пустое ведро перед собой.

– Куда его?

– Оставь здесь, – я сбежала с лестницы. – Идем на кухню, приготовлю что-нибудь на скорую руку. Прости еще раз, что я…

– Как ты смотришь на то, чтобы пообедать где-нибудь? – мужчина сказал это и сам же хмыкнул. – Правда, “где-нибудь” не получится, в Каане всего два заведения – таверна Ивона и ресторан в центре. Куда бы ты хотела?

– Мне неловко принимать твое приглашение, Тиммион. Я должна готовить для тебя трижды в день, а ты собираешься вести меня в заведение, где придется заплатить за то, что еду для тебя и твоей кухарки приготовит кто-то другой.

– Сделаем исключение один раз, хорошо? – мужчина закатил глаза, улыбаясь.

Его улыбка была такой искреннеей, что веселье передалось и