Невеста ледяного дракона - Александра Черчень

– Не-а, – фыркнул он. – Вообще нечем. Значит, драконида… Интересненько! И за что ж тебя сослали в нашу глушь? Кого убила?

Второй раз за день меня записывали в убийцы! И это начало мне порядком надоедать.

– Я никого не убила! И не драконида я! Я из другого мира. И очень скоро вернусь обратно. Так что если ты не возражаешь…

– Ух, ты! – мальчишка аж присвистнул. – Из другого мира? Это где магии, что ли, нет?

– Угу, – я уже корила себя за неосмотрительность и решила, что лучший способ прекратить допрос – не выдавать новую информацию.

– Что, и драконов нет?

– Нет, – я скинула туфли, забралась под одеяло и повернулась к стене. По-моему, вполне явный намек на то, что разговор окончен! Правда же?

– Так и как же вы там живете? – малой только сильнее раззадорился. – А кто защищает ваши города? А замки кто строит? А что, у вас там у всех вот такие рыжие волосы?..

Меня буквально бомбардировали вопросами! Теперь-то я поняла, что чувствовал Надр, когда я просила посвятить меня в нюансы драконьего мира. Бедный, бедный Надр! Это было просто чудовищно! И сколько дней мне придется провести бок о бок с этим балаболом? Он вообще хоть на секунду заткнется? Или так и будет терзать меня, пока у меня не отъедет крыша? К черту чистоту, уж лучше бы я сидела в каком-нибудь клоповнике, зато одна!

Как я только ни пыталась отвадить юного любознайку. И грубила, и рычала, и приказывала немедленно уйти, но от мальчишки все отскакивало, как от стенки горох. Узнав о том, что я прибыла в Эрдору из другого мира, он вцепился в меня мертвой хваткой.

Отчаявшись бороться со злом, я решила ему поддаться. Сменить тактику: завалить пацана информацией, да в таком количестве, чтобы у него на переваривание ушли месяцы. К тому же, пока говорила я, молчал он, а от этого звонкого пронзительного голоска у меня едва не началась мигрень.

Я выложила ему чуть ли не все, что знала сама. И про свой мир, – машины, самолеты, телефоны и компьютеры, – отчего у мелкого глаза полезли на лоб, и про то, что случилось со мной после того, как я вышла из портала. У меня даже во рту пересохло. Не помню, когда я в последний раз столько говорила! Голосовые связки сморщились и пожухли, как завядшие цветы, а мышцы лица ныли от усталости.

– …Поэтому он решил, что я хотела его отравить, и выгнал меня из замка, – из последних сил закончила я свой рассказ, откинулась на подушку и закрыла глаза.

Тишина была полной и восхитительной. Бальзамом она стекала мне в уши, обволакивала коконом блаженства. Я, наконец, обрела покой. Не зря все-таки придумали исповедь: выговорившись совершенно незнакомому подростку, я почувствовала странное облегчение. Вдобавок, этот часовой монолог так меня утомил, что для переживаний и обид на Араэна сил попросту не осталось. Конечности налились тяжестью, и я начала проваливаться в глубокий сон…

– Я одного не пойму, – прорезал воздух мерзкий мальчишеский голос. – Если отравитель не ты, то кто тогда?

Я чуть не зарыдала! Может, Араэн неспроста заселил меня именно сюда?! Может, он специально отбирал мне в соседи самого неуемного, болтливого и приставучего ребенка во всей Тирре? Это была кара. Сущее наказание. От богов ли, от драконов, – не суть. Главное, что вынести его я не могла физически.

– Да плевать я хотела! – застонала я, накрываясь одеялом с головой.

– Так это ж самое интересное! – мальчишка в конец обнаглел и, спрыгнув со своей кровати, пересел на мою. Да-да! Прям как кот: взял и беспардонно устроился у меня в ногах. – И потом: его же снова попытаются убить! – он подергал мое одеяло. – Эй, слышишь? Кто-то же должен спасти повелителя!

Выдыхаем. Ме-е-едленно. Ага, еще разок. Теперь про себя до десяти: один, два, три…

– Ну ты чего, спишь, что ли!

Боги, прием! Я тут! Северный, Южная, Рассветный, Юго-западный… Да по фигу! Хоть кто-нибудь! Заберите его от меня немедленно, или случится страшное.

– Сплю! – заорала я, резко сев.

– А вот и нет, – довольно ухмыльнулся мальчик. – С открытыми глазами не спят.

– Слушай, ты, как тебя там… – начала я, разжевывая каждое слово.

– Можешь звать меня Кей!

– Не собираюсь я тебя звать! Вообще! Уйди, растворись в тумане, исчезни с глаз, от-ва-ли! Найди другое развлечение?

– Какое? – Кей моргнул.

– Откуда я знаю?! Сколько там времени? Иди обедать! Руки перед едой вымой, жуй по тридцать раз и все такое. И зубы еще почисти. А до тех пор не вздумай здесь появляться.

– Ну… – он впервые за все это время смутился. – Дело такое: есть-то как бы и нечего.

– Здесь что, не кормят? – я так удивилась, что забыла про злость. Мальчик и правда выглядел очень худым. Каким бы поганцем он ни был, за что ж его голодом-то морить? Приют ведь, наверное, рассчитан на тех, кому нечем заплатить за еду…

– Кормят, конечно, – с энтузиазмом кивнул Кей. – Вот вчера вечером мне достался вот такой кусище хлеба! – и он показал сжатый кулачок. Размером он был с очень скромную горбушку.

Вчера вечером?! А я-то считала Араэна хорошим правителем! Да у него под носом дети с голода чахнут, а он своим гостям мечет на стол поросей! Еще и Таиру с ног до головы украшениями заваливает. На одно только ее платье можно накормить полгорода!

Я заранее знала, что пожалею о своем поступке, но ничего поделать с собой не смогла. Вот накормлю Кея – а уже потом поставлю его в угол и велю молчать до самого вечера.

– Пойдем на рынок, – вздохнув, предложила я. – Купим тебе что-нибудь поесть.

Кей оживился. То есть мне и до этого казалось, что парнишка мне в соседи достался не в меру энергичный, а тут он и вовсе будто батарейку проглотил. Он не просто шел со мной рядом, он чуть не пританцовывал от нетерпения, болтая без умолку. А когда я сказала, что еду он получит, только если до самого рынка не произнесет ни слова, Кей изобрел новый способ действовать мне на нервы: свист.

Признаюсь честно: я не могу похвастаться абсолютным слухом. В детстве бабушка безуспешно пыталась запихнуть меня в музыкалку, чтобы я исполняла на аккордеоне ее любимые песни, но меня вежливо выпроводили оттуда. Так вот, даже по моим скромным меркам Кей фальшивил просто фантастически. Он выводил какую-то мелодию, но выходило душераздирающе. Нечто среднее между свистком полицейского и криком дельфина. Зато с чем у мальчишки проблем не было, так это с громкостью. Затыкай уши, не затыкай – все равно можно проститься с барабанной перепонкой. По дороге Кей умудрился вспугнуть десятка два птиц, пару лошадей и осла. Не думала я, что ослы умеют бегать галопом, но молодецкий посвист моего спутника творил чудеса.

Ближе к рынку я сдалась.

– Ладно, – выдохнула обреченно. – Можешь говорить. Только умоляю, больше никогда не издавай эти звуки!

– Надо же! – хмыкнул Кей. – А раньше всем нравилось. Хозяйка приюта, Лаэрта-най, сказала, что у меня такой талант! И никак нельзя тратить его впустую. Если уж свистеть – то только на главной площади.

– Мудрая женщина, – с завистью протянула я. И почему сама не додумалась до чего-то подобного?

На рынке Кей ориентировался, как рыба в воде. Я едва успевала за кепкой, что мелькала между людьми с немыслимой скоростью. Вскоре мальчик вывел меня к пекарне, и я набрала целый мешок свежего хлеба самых разных форм и размеров: и длинные батоны, похожие на багеты, и круглые краюхи из более темной муки, и пышные припорошенные мукой лепешки. Как выяснилось, Надр был очень щедр, потому что пары его монет мне с лихвой хватило на все это великолепие. Самой мне недолго осталось мерзнуть на севере драконьей империи, а вот обитателям приюта такая помощь пришлась бы кстати.

Осознав, что экономить я не планирую, Кей впал в шопоголический раж и поволок меня дальше. Мы набрали овощей, сыра, мяса и так умаялись, что присели за столик перед небольшой лавкой, где разливали горячий пряный напиток, похожий на наш глинтвейн. После тяжелого дня и долгих прогулок он зашел мне на ура. Кею я, само собой, алкоголь давать не стала, хоть он и канючил, как привокзальный цыганенок, так