Здравствуй, Аннабелль - Мари Розенберг

Адам Клэман, наконец, проснулся. Он открыл машину. На Аннабелль смотрел так, как смотрят обычно родители на детей, застукав за шалостями.

— Я бы попросил без выражений, — произнес он, — мы встречались три года. Эта девушка — мне не чужая.

— Вы давно расстались?

Парень нахмурился.

— Ее мама была против наших отношений. Она — важная шишка, работает в посольстве. Отец у нее умер. Мама ходит на какие-то свидания с разными мужиками. Ингрид места себе не находит. Это не оправдывает жестокости и тирании с ее стороны, но я бы стал ждать от неё извинений. Клянусь тебе, она намного лучше, чем себя показывает.

— Ужас, — заметила Морган, — какие страсти.

Она перевела взгляд на улыбающегося парня. Мягкие волосы цвета горького шоколада лежали в лёгком беспорядке. Причём, видно, как парень старательно причесывал их, но они все равно не укладывались. На правом ухе — проколот хрящ, надета сережка в виде колечка. Губы у Адама бледные, ничем не выразительные. Самые обычные. Но глаза. Столь космические. Серо — голубые. Аннабелль проваливалась в них, будто ища другие вселенные в сером омуте.

— Она тебя на дух не переносит. В семье у нее все очень плохо, поэтому она цепляется за любое внимание за стороны. Она бить-то тебя, наверняка, не хотела. Вскипела из-за чего-нибудь.

Дождь за окном начал притихать.

— Уильям сказал почти тоже самое. Только-то я то не виновата, что она психичка.

— Уильям? — усмехнулся Адам. — Понял. Нет. Ты не виновата. Не лезь к ней, делай вид, как будто ее не существует. Держись от неё подальше! Мы едем? — он взглянул на часы. Они сидели в авто ровно пятьдесят минут.

— Да, едем. На самом деле, все это странно, но я хочу сказать, что не собираюсь мириться. Пусть скажет спасибо, я не пошла в полицию.

— Тебя никто и не просит.

В машине играла одна из любимых песен Адама — Don't You Cry от Guns'n'Roses. Как он сказал — «мелодия проникала в сердце». Аннабелль отвернулась к окну. Тучи не собирались расходиться, им было хорошо в компании неба, надушенном туманом. По телу девушки прошлись мурашки от одного только ощущения — предстоит вернуться домой! А вдруг родители ещё не ушли? Что она будет делать? И это оказалось правдой.

Рэндж Ровэр остановился около коттеджа Морганов.

— Мы приехали, — тихо сказала Аннабелль, — здесь я живу.

Адам ухмыльнулся.

— В прошлый раз я отвозил тебя в другой дом. Переехала?

— Нет, — в груди у девушки защемило, — это… неважно. Спасибо, что привёз, Адам.

— Попалась мне сама на глаза. Шучу, Аннабелль. Иди, кажется, твои старики собираются на работу. До встречи!

Клэман глядел на то, как Лилиан Морган открыла входную дверь и кричала на Эммета. Но так как звука не оказалось слышно, картина была крайне забавной. Мама без конца открывала рот и махала руками.

— До встречи, — попрощалась Аннабелль и выпрыгнула из огромной машины.

Девушка медленными шагами направилась в дом. В дом, где ее уже ждала мать с расспросом.

— Аннабелль Эллисон, Вы не хотите объяснить своё поведение? Кто привёз вас сейчас на автомобиле? — деловито спросила Лилиан, держась за ручку двери.

Женщина собиралась уходить.

— Не имеет значения кто это, мама. Он не связан со мной никак. Он никто, — дерзко ответила девушка, хмурясь от того, как капли воды стекают по ее спине.

— Очень любопытно, Аннабелль. Неужели, моя дочь — отличница, шляется по машинам незнакомым мужчин в девять часов утра? Эта мысль очень греет мне душу, — Лили бросила сарказм.

Непобедимое оружие.

— Вся в мать! — ответил отец, захлопнув дверь в ванную.

— А о вас поговорить не хотите? Вы отправили меня в школу, тогда, когда все дети пьют дома чай и едят бутерброды с арахисовым маслом, потому что занятия отменили! — Белль скинула с себя плащ, с которого струйками лилась вода. На полу появилась грязь от сапожек.

— Не сахарная, не растаешь. Все, доченька любимая, мы уходим на работу. Будем поздно. Можешь привезти сюда своего ухажера. Какая разница — лучше уже все равно не будет, помой полы, кстати, — провопила мать, натянула на худые ноги чёрные сапоги и ушла, громко хлопнув дверьми.

От звука Аннабелль вздрогнула. Следом, с таким же шумом, вышел и отец. Её осенило: она дома. Казалось, еще несколько мгновений назад, Морган разговаривала с Адамом в машине, которая по обстановке была гораздо теплее, чем коттедж Морганов. Сняв с себя всю одежду — мокрую насквозь, Белль села пол в своей комнате. Косой дождь бил окна, словно певец, не попадающий в ноты. Она готова была взять слова об Адаме назад — с ним рядом казалось безопаснее, чем всегда.

В голове девушки поселился её таинственный спаситель. Никак не укладывалось то, что этот парень встречался с Ингрид. Той совершенно невоспитанной жестокой дрянью. Хотя сам Адам напоминал ей взрослого мудрого мужчину, легко разбирающегося со всеми проблемами.

Как они могли сойтись? Может быть, Ингрид вела себя с ним по-другому. Может быть, сильно любила его?

Аннабелль выглянула в окно, убедившись, что дождь все ещё шёл.

Недалёко от коттеджа Морганов, Адам Клэман оставил свой автомобиль. Девушка закрыла окно шторами, поняв, что сам парень стоит рядышком, покуривая, и смотрит прямо ей в окно.

Стоило ли его бояться?

14. Я тебя прощаю

Наше время, Монреаль.

Солнечные лучи пробивались сквозь легкие занавески панорамных окон. Этот свет играл с Аннабелль, грея ее бледную кожу. Девушка мысленно находилась в прошлом дне. Она раньше никогда не была на похоронах. Похороны бабушки дались тяжело, Морган винила себя в том, что не общалась с ней так много лет. Самое главное — бабушка ее бы простила, как прежде, когда Морган сворачивала не на ту дорожку, Валери вытаскивала ее оттуда, давая наставления.

Аннабелль и Ронан пришли после того, как все разошлись. Она не нашла в себе сил встретиться с матерью, тем более в таких обстоятельствах, после стольких лет молчания. Хрупкая блондинка в чёрном плаще, утирала слёзы, глядя на могилу, устланную красными цветами, сзади девушки стоял Ронан, обнимая ее за талию, целуя в затылок. Оба — подавленные и сжавшиеся от горя. Аннабелль прокляла себя в тот момент — как она не успела? Почему не звонила бабушке, почему не вернулась раньше?

Предала семью ради мальчишки, который просто тешил эго.

Даже после стольких лет, Аннабелль не сделала нужного